Бывший. Спасибо, что лгал мне (СИ)

— Черт, я нож не взяла! — вспоминаю с ужасом. — Как будем торт резать?
— Я запасливая, — отзывается Настя, извлекая из корзины с фруктами одноразовые тарелки и приборы. — Давай, Маша! Отрежь кусочек. Ира, снимай видео. Потом Маша выберет лучший кадр для фото.
Ирина берет крупным планом торт, а я краем глаза наблюдаю за публикой. Проходящие мимо шушукаются, кто-то откровенно показывает на нас пальцем.
Чувствую себя неловко, но чего не сделаешь ради карьеры. Медийные личности как-то же снимают контент на улице для своих блогов.
Некстати так вспоминаю Трофимова. Он хоть и связан с компьютерами, но ролики зачастую начинались с улицы.
Ни разу за эти месяцы я не слышала о нем, не следила за его жизнью. А в разговоре с сестрой тема и вовсе под запретом.
— Маша, тебе плохо? — озабоченно спрашивает Настя.
— Нет. А что?
— Ты в лице изменилась. Погрустнела так!
— Вспомнила кое-что неприятное, — отмахиваюсь я и беру в руки тарелочку с отрезанным кусочком торта, позируя на камеру.
— Маша, на меня смотри, пожалуйста! — просит Ира, а я не свожу взгляд с пары на дорожке. Они остановились напротив нас: мужчина и маленькая девочка.
— Ну, пап! Ну, позязя! — девчушка лет трех дергает отца за руку.
А тот смотрит на меня и улыбается. После ставит ногу на газон и шагает к нам. Дочурка весело устремляется следом, отчего ее светлые кудри мило подскакивают на плечах в такт ее движениям.
— Добрый вечер, — мужчина подходит ближе и приседает на корточки, чтобы мне не пришлось задирать голову, глядя на него. — Мы немного знакомы, не так ли? Апрель месяц. Поезд. Купейный вагон.
— Да, так и есть, — улыбаюсь в ответ, узнав в незнакомце того самого бородатого попутчика, на которого бессовестно засмотрелась, когда тот зашел в вагон на одной из станций.
Но сегодня бородка намного аккуратнее, а вот костюм как и тогда: элегантный.
— Пап! — упрямо привлекает к себе внимание его дочь, кивая головой на торт, который я держу в руках.
Девчонки в это время тихо сидят и наблюдают за сценой. А у меня щеки краской наливаются. Тщетно ищу причину своего стыда или смущения…
— Вика, терпение, — обращается к дочери и переводит взгляд на меня. — Простите, вы не могли бы дать телефон кондитера, который испек этот торт? Моя дочь, едва увидев вашу фотоссесию, канючит: «Хочу такой торт!»
— Да, конечно! — вспыхиваю еще больше, ведь кондитер это я.
Даже не ожидала столь повышенного внимания как к торту, так и к своей персоне, когда собиралась на встречу с девочками.
— У вас есть, где записать номер? — обретаю дар речи, невольно поправляя прическу и с ужасом осознаю, что я — мокрая курица: брызги шампанского угодили на волосы.
Ну супер! Представляю себе собственный видок по сравнению с таким сногсшибательным отцом. Хотя, о чем это я? Раз есть дочь, то и мама так же имеется.
— Конечно, — достает мобильный, чтобы вбить номер, — диктуйте!
Называю цифры, а сама протягиваю тарелку с тортом дочери недавнего попутчика:
— Хочешь? Бери, не стесняйся! Он вкусный. Вот тебе и ложечка. Присаживайся вот тут, — хлопаю по сухому месту на пледе.
А девчушка вскидывает голову и смотрит на отца:
— Можно?
— Да, раз угощают. А как зовут кондитера?
— Мария.
— И, если не секрет, какова стоимость торта?
— Для меня, практически, бесплатно. Только за ингредиенты заплатила. И то с карты своей сестры, — поясняю зачем-то я и дополняю: — Я и есть кондитер. А вам сделаю скидку на первый заказ.
— Вот так двойной сюрприз, — улыбается он, а я вопросительно приподнимаю бровь…
  
Глава 12
 
Наш путь еще не закончился
 
— Правда, я не ожидал, что вы кондитер, Мария.
— Вот как! Почему нет?
— В моем представление мастера кулинарного искусства имеют лишний вес, пробуя собственные сладости, — улыбается попутчик, имени которого я до сих пор не знаю. Он так и не представился. — А вы стройная и красивая девушка.
— Ну, в данный период не совсем, — меняю положение тела в попытке подняться на ноги.
  
Незнакомец подает руку и помогает встать, а дочь его продолжает уплетать торт, поглядывая на добавку.
— Как видите, я в положении.
— Этот вес не лишний! Он только красит вас.
— Вы льстите мне… — делаю паузу, — простите, не знаю вашего имени.
— Ох, мое упущение! Прошу прощения. Я Павел. Адвокат Фадеев Павел Николаевич. Моя визитка, на всякий случай, — протягивает мне глянцевую карточку, а сам дергает дочь за хвостик на голове. — Красавица, попка слипнется от чрезмерного употребления сахара.
— О нет! Протестую, — прямо как в суде восклицаю я и поднимаю крышку от торта, демонстрируя Павлу, — видите, специально написано: без сахара.
— Так не бывает, — смеется, а девушки, до сих пор сидевшие молчаливо, обретают дар речи:
— Мы тоже не верили поначалу, но так и есть: съедаем пирожные, торты и ни грамма лишнего веса. Девочке вашей не повредит. Зубки не испортит. Кушай, милая!
И вторую порцию ей на тарелочку. А та и рада: ложечка так и порхает в ее маленькой ручке. Невольно засматриваюсь на девочку, положив ладонь на живот, ощущая легкие толчки.
УЗИ подтвердило мою догадку: я ношу под сердцем сына. А Трофимов дурак, лишился наследника.
Опускаю голову, глядя на живот и охаю от досады: платье так и осталось с пятнами от пролитого шампанского. Теперь и по парку не погулять. Некомфортно!
— Девочки, я домой, наверное. Торт доедайте! И спасибо, что согласились прийти на съемку.
— Тебе, Маша, спасибо! Обязательно закажем еще те муссовые десерты. Вы тоже закажите, Павел! Вашей жене понравится.
Бросаю взгляд на него. Словно туча набежала: лицо у Павла ожесточилось, брови сурово сдвинулись. Шумно втянув воздух, он все же отвечает:
— Несомненно. Благодарю.
Но голос уже потерял тот бархат. Звучит резко, даже холодом повеяло. Чтобы разрядить ситуацию, достаю телефон и меняю тему разговора:
— Вызову такси. Пока дойду до выхода из парка, машина подъедет. На метро не смогу. Технический запах сразу тошноту вызывает. А на автобусе, боюсь, затолкают.
— Давайте, я отвезу вас домой, — тут же отзывается Павел, а взгляд снова прояснивается.
— Мне как-то неудобно. У вас дочь и…
— Но я ведь должен узнать, где мне забирать заказ, — находится с ответом Павел, а мне и крыть нечем, только разве что:
— Я оформлю доставку. Укажите дату и время, пожалуйста.
— Проблематично, Мария. Я весьма занятой человек: сбор информации для клиентов, встречи, защита в суде. Мне проще заехать самому за тортом и десертами.
— Тогда, я сдаюсь.
— Вот это правильно! Виктория, скажи: «Спасибо!», и поднимайся.
Девчушка вскидывает голову. Ротик чумазый, испачкан кремом и крошками от торта.
Я вынимаю влажные салфетки, опускаюсь на колени перед ней и аккуратно вытираю ротик девочке.
Ее большие выразительные глаза в обрамлении пушистых ресниц неотрывно смотрят на меня. Непроизвольно погружаюсь в них и улыбаюсь Виктории. Она в ответ.
Заправляю ей за ушко выбившиеся пряди и поправляю локон на детском плечике. Волосы мягкие на ощупь. Чуть оттягиваю колечко. Отпускаю прядь, и она тут же сворачивается в локон. Волосы Виктории совсем не как у Павла. Скорее всего, в маму.
Оборачиваюсь. Смотрю на него снизу-вверх. А он склонил голову и внимательно так наблюдает за нами.
— Спасибо, Мария!
— За что? — поднимаюсь.
Снова протянутая рука. Вкладываю в ладонь Павла свои пальчики, ощущая крепкую поддержку. То, чего не хватает в моей жизни. Да, сестра многое мне дает. Но Аннушке надо о себе подумать. Годы идут, а она одна…
— Как за что, Мария? За наблюдательность, за доброту. За вкусный торт.
— Вы еще не пробовали, Павел.
— Я уже весь в предвкушении! Когда будет готов заказ: торт и пирожные?
— Как только сдам контрольный торт на курсах и получу сертификат, сразу займусь вашими десертами. Пару дней подождете?