Ренонс (СИ)

— А родной язык какой?
— Немецкий.
— Понятно.
— Вообще, у Хорса пять секторов-планет, — углубилась Урсулла в объяснения. — Планета-столица Джой — англоговорящий. Сайберия — планета русского сектора. Еще есть сектора: индийский, китайский и арабоговорящий.
Некоторое время я опять залипал на экран: там происходили интересные вещи. Но Урсулла как-то развернулась, и сверху начали опускаться полупрозрачные нежно-сиреневые полотнища, закрывая обзор.
— Что это?
— Массдвигатель, на носу. А зрительные сенсоры, которые дают картинку на экран, находятся прямо под ним. Точнее, это не сам двигатель. Это разворачивается гравиантенна, которой я ищу объект, чтобы прыгнуть к нему. Сейчас мы маневрируем. А вообще, объекты мы видим гравилокаторами и летаем только у гравитационных объектов. Массдвигатель не может по-другому, — пояснял голос в моей голове.
— Но это же ограничение, — нахмурился я. — Значит, вы привязаны к гравитационным объектам. В чем тогда радость полёта? В чём свобода?
Загораживающие обзор полотна исчезли, видимо, развернулись на полную. Урсулла ещё повертелась, явно настраивала нос в сторону прыжка и… словно в колодец нырнула. Синий-синий, будто врата в рай. Не знаю, что это за колодец такой, поскольку всё, что касается путешествий с околосветовыми скоростями, а тем более со сверхсветовыми — область теории. В самой «Space expansion» скорее простор дизайнерской фантазии, хоть и основанной на научном принципе.
— Не совсем так, — вернулась к объяснениям Урсулла. — Мы можем вырастить и другие двигатели. Биотехнологии, конечно, специфические, но позволяют повторить нам любые существующие технологии. Просто гравитация-антигравитация для нас самый экономичный способ движения. Самый простой и первый, который мы получаем. Для технических рас он, наоборот, самый затратный и сложный, потому что требует много энергии, реакторов. С другой стороны, мы в космосе в своих полях плаваем, как рыбы в воде, — похвалилась Урсула уникальностью расы. — Корабли на других движках не могут совершать такие маневры. Например, резко поменять направление движения на большой скорости. Поэтому и нужны ремни. Гравикомпенсаторы есть, но они не всегда справляются. Или вот… Корабль большой массы не может входить в атмосферу без угрозы развалиться. У левиафана эта критическая масса почти вдвое больше, чем у обычных кораблей, что в итоге дает некоторые преимущества в боях около планет. Ну, это в общей массе. Я ещё не говорю об уникумах, что раздобыли какие-то интересные технологии и встроили в корабли. На самом деле всё решают технологии и гены. Они расширяют наши возможности. Хотя из чужих технологий с нами легко совмещаются только Илейские. Телепатия на основе Био. У Нави поля на основе техно.
— А порталы? Они же вроде не биотех. У них, кажется, нет гигантских реакторов. Но работают тоже от гравитации.
— Порталы это отдельное. Ты предысторию игры смотрел? Ну-у… Один из вступительных роликов?..
— Нет, я в детали не зарывался, — вздохнул я. — Хотя было бы интересно послушать.
Экраны все ещё показывали «врата в рай». Однотипно, хотя и красиво. Поэтому я весь переключился на разговор.
— Порталы — это технология более продвинутого человечества. Другой уровень развития. Понимаешь, у технологий, как и у вещей, есть свой цветовой индикатор. Серые — простейшие. Так вот, порталы — это легенда. Ходят слухи, чтобы ее повторить, нужно собрать воедино технологии всех рас. А что даёт свободное владение порталами независимо от админов? Самое простейшее — это перенос плазмы и любого количества вещества с места на место через порталы. Перенос гигантских объектов типа солнц, планет, лун. По легенде Игры мы можем заполучить только матрицы порталов, которые вырастают в сам портал и которые мы, Гиги, по объектам раскидываем. Порталы уже настроены в своем развитии. То есть как-то менять конечные характеристики мы не можем. Свободное владение технологией позволит творить с ней разные интересные вещи. Это приравнивается к читерству при условии, что соберешь все технологии воедино. По легенде первая человеческая империя рухнула именно из-за порталов. С их изобретением стало возможным переправлять большое количество войск из одного конца Вселенной в другой. Где-то я читала, что чем больше империя, тем сложнее её контролировать. Типа пока вести и приказы доберутся из одного уголка в другой, ситуация десять раз поменяется. Тут вышло наоборот. Внутренние противоречия в империи накапливались, и когда изобрели порталы, грянула большая война за независимость. Либерийцы в какой-то мере правопреемники старой империи.
 
— Вот как? А как же Рейнжер у либерийцев? На больших уровнях он может телепортироваться. И наши корабли способны мгновенно перемещаться. Это не телепортация разве?
— Это не совсем телепортация, скорее пространственное смещение, в которое можно втянуть себя, но не посторонний объект типа солнечной короны и подобного. В общем я на самом деле не очень понимаю в чём разница. Тут надо знать физику. Но работает это так: телепорт у Рейнжера в пределах видимости, и он не может телепортироваться в закрытое пространство.
— Хм. Интере-е-есно… Вау! Нифига себе!
Мой восхищенный возглас адресовывался неизвестной звезде, близко от которой мы вынырнули. Ну, да, логично. Если левиафаны перемещаются к гравитационным объектам, то звезда, как источник гравитации, сильнее, чем планета.
Звезда была большой, белой и лучистой. И какой-то менее лохматой, что ли, чем наше Солнце. Отчетливо виднелись большие выбросы плазмы протуберанцев. Свет резал глаза. Своей яркой слепящей энергией звезда заполняла всё. Но фиг бы я просто так на звезду посмотрел: на экраны все-таки подается обработанный сигнал. Если это обработанный сигнал, то представляю, что творится снаружи.
Хотя-я-я… Чёрт, по-моему, температура на борту повысилась. Или мне кажется?..
— Урсулла? Мы что, горим?
— Пока нет… — прозвучал в моей голове сдержанный ответ.
— Что значит «пока»? А что, планируем? — переполошился я.
— Ха-ха-ха, — зазвенел ментальный колокольчик смеха. — Нет! Но ты бы видел свое лицо, когда смотрел на солнце! Не волнуйся, сейчас я развернусь и прыгну к планете. Рисково, конечно, было в такой близости от звезды выходить из прыжка. Но риск стоит этого зрелища, правда?
— Правда, — согласился я. — Спасибо! Зрелище и правда офигенное!
Не стоит забывать, что в игре мы бессмертны. Почему не рискнуть ради такого?
Интеллект +1
Издевательски сообщила система. Но я решил не обращать внимания. ИИ шутит, наверное.
Планета, на которую мы летели, выглядела странно. Наверное, я стереотипно ожидал увидеть густые заросли кустарников и травы. Но действительность меня поразила. Зелени не было видно совсем, от этого она казалась мрачноватой. В целом планета была голубая благодаря большим пятнам океанов и воздушным облакам.
Кстати, как оказалась, именно в океанах и находилось большинство растений.
Высаживаться пришлось тем же маневром как и сюда попал. Урсулла попросила меня стать на то же место, где я появился, и меня вмиг затянуло вниз. Единственное, что успел почувствовать, как напряглись стальные мышцы под резиной пола. Потом провалился и — ву-а-ля, я уже в воздухе, удерживаемый гигантскими щупальцами.
Меня аккуратно поставили на землю, где уже ждали Череп, Оника, Лекарь-Дракон и много незнакомых людей.
 6.3 
Я поёжился от прохладного ветерка и втянул запах моря. Каменистая, в мелкую гальку почва с одной стороны тянулась неширокой полоской, уходя в отдалении в море. С другой — на самом горизонте терялась около громады гор. И ни одного кустика. Дышалось легко, но от переизбытка кислорода немного кружилась голова. Вспомнил, что все растения, из-за которых тут так много кислорода, находились в океане. В остальном планета как-будто лысая.
— Где дрон потерял? — тут же окинул меня сканирующим взглядом Череп.
— Э-э-э…