Иоанна Хмелевская (Избранное)

– Погоди, – перебил Каролек, – кто трутень-паразит, я уже понял. А кто скунс-вонючка?
– Два скунса, – сердито буркнул главный инженер. – Первый – заказчик, я на него насел, чтобы он утряс все с товарищем Глухом. А заказчик замандражил, дескать, речи быть не может. Я даже настаивать не стал, у него жена и дети. А товарищ Глух – вторая вонючка. Боится разговаривать даже по телефону, я его так, лично поймал… Дурацкий паразит отказывается выделить полметра территории для больницы, вот и бейся головой об стенку…
  
Вся бригада прекрасно ориентировалась в вопросе пятидесяти двух сантиметров, недостающих Каролеку. Все разом посмотрели на него с тревогой и любопытством. Каролек побледнел.
– Я уже сделал освоение территории, – глухо сказал он. – Смежники получили основания и грунты. Ограда перенесена, как мы говорили, на пятьдесят пять сантиметров…
Главный инженер тоже спал с лица.
– Мать моя родная, – прошептал он мертвенным голосом.
В комнате воцарилась гробовая тишина. Ее нарушил вопрос Януша:
– Какой из себя этот паразит? Молодой?
Главный пожал плечами:
– А черт его знает. Наверное, молодой. Минутку… Ну да, ясное дело – молодой. А что?
– Тогда, может, ему с глазу на глаз втолковать, что к чему? Старику вроде как не годится наносить телесные повреждения, а молодому – почему нет?…
– Ну? – оживился Каролек.
Главный инженер безнадежно махнул рукой:
– Мысль неплохая, но коту под хвост. Во-первых, неизвестно, кто есть этот паразит…
– Как это?
– Товарищ Глух – наподобие доверенного слуги, а трехбунчужный паша – бери выше. Он вообще не засвечивается. Участковый даже фамилии не знает. К тому же, дашь ты ему по морде анонимно, а цель твоего мордобоя сама укажет виноватых. Нет, такой метод убеждения не годится. Да и я не лыком шит, я с самого начала стал проверять разные ходы. Поверьте – официальным путем ничего не добьешься. Ничего не получится, мы в нокауте. Теоретически мы обязаны перепроектировать целое крыло больницы. Между тем технический проект утвердили, рабочий наполовину готов…
– Еще мы можем убить того типа из отдела строительства, – подсказал помрачневший Каролек.
– Судя по всему, в конце концов так и придется поступить, – поддакнул, не слушая, главный инженер. – Господи помилуй, сколько же работы!
– Сколько уж? – удивился Лесь. – Куском газовой трубы его шандарахнуть – и готово, тоже мне работа.
Слегка ошеломленный Каролек посмотрел на него с сомнением:
– Но это, наверное… Надо как-нибудь этак… Ну, чтобы на нас не пали никакие подозрения…
– О чем вы говорите? – возмутился главный инженер. – Какое подозрение, вы о чем?
– Они ищут неофициальные лазейки, раз вы утверждаете, что официальный путь закрыт, а обычный мордобой – коту под хвост, – вежливо объяснила Барбара. – Я их поддерживаю.
– И я тоже, – присоединился Януш. – Только вот прикидываю, не лучше ли похищение. Продержать его до поры до времени… Есть же у него замена на такой случай?
– Само собой! – оживился вновь Каролек. – Пару недель, думаю, хватит, глядишь – можно будет выпускать. Гуманно…
Вопрос, как убрать с дороги педантичного бюрократа из Городского управления моментально сделался животрепещущим. Заместитель непременно окажется более покладистым. Лесь добавил в качестве ободряющего аргумента, что сейчас лето и вопрос, где держать заложника, трудности не составит. В качестве казематов могут выступать дачные домики. Главный попытался слабо протестовать, сам не понимая, против чего.
– У меня идея! – вдруг воскликнула Барбара. Разговоры как обрезало на полуслове. Лицо Барбары разрумянилось, а прекрасные очи засияли голубым светом.
– На территории нет никаких живых изгородей, – объявила она. – Точно помню – изгородей нет. Не уверена, правда, насчет кустиков и деревьев. Растут?
– Нет, – хором ответили Каролек и главный инженер и продолжали говорить одновременно:
– Растет одно деревце, но с нашей стороны. И пара кустиков. Сирень, жасмин. И смородина. Но уже с нашей стороны. По ту сторону – газон.
Барбара слушала и кивала головой.
– Так я и представляла. И этот паразит бывает в доме от случая к случаю? Его целыми днями нет?
– Вроде того, – проговорил главный инженер. – А иногда он целыми днями там. И целыми ночами.
– Придется сориентироваться. Самым обычным образом провести расследование, участковый подсобит. Вычислить такое время, когда паразита не будет хотя бы в течение суток. Одних суток нам должно хватить.
– На что? – спросил Каролек, затаив дыхание, потому что слова Барбары пробуждали самые дерзкие надежды.
– Элементарно. Перенести эту проклятую ограду собственными силами, без шума и пыли, никто и не чухнется. Сколько нас?… Пятеро! В конце концов, возьмем еще кого-нибудь в помощники. Одна ночь – и с плеч долой!
– Господи помилуй! – прошептал ошеломленный революционной идеей Януш, прерывая набожную тишину.
Главный инженер и Каролек взирали на Барбару, как на икону, на их лицах появилось обожание, не уступавшее привычному выражению физиономии Леся. В глазах главного вдобавок появился какой-то подозрительный блеск.
– Сейчас рано светает, поэтому рассвет – самое лучшее время для этого, – сказал он решительно и твердо.
Каролек вскочил со стула;
– Ну да! Конечно! Гениально! Чудесно! Единственный выход, только так и надо!
Он попробовал выскочить из-за своего стола, однако главный инженер остановил командным голосом:
– Садись, садись, не бегай тут… подумать надо…
– Какая из себя эта ограда? – деловито осведомился Януш.
– Обыкновенная: бетонные столбики и сетка в рамках, – сказал растроганный Каролек, послушно садясь на место. – Столбики вкопаны в землю, двутавр и сетка приварены.
– Точно столбики? Без заливки в грунте?
– Ясное дело – без заливки! Я над ними тысячу раз вздыхал! Столбики торчат из земли на пару сантиметров. Ну, может, сантиметров на пятнадцать…
– Нарисуй!
Каролек схватил старую фотографию местности и, используя ее обратную сторону, начал черкать, одновременно давая пояснения. Главный заглядывал через плечо Каролека, отслеживая точность рисунка.
– Да, фактически ничего особенного, – согласился Януш, рассматривая рисунок вверх ногами, с противоположной стороны стола. – Выкопать столбики и перенести. Предвижу проблемы со сварными конструкциями, они почти не гнутся.
Лесь как раз подскочил к столу Каролека.
– Порезать ацетиленовой горелкой, – рубанул он.
– Придется, иначе никак, – подтвердил главный инженер.
– Совершенно не обязательно резать все! – возразил полный энтузиазма Каролек. – Достаточно каждый второй пролет. А потом снова заварить на новом месте.
– А если переносить по два столбика, можно даже каждый третий, – поправил Януш. – Погоди, я подсчитаю вес, авось получится…
Он повернулся к своему кульману и взялся за каталог сталей и сплавов. Каролек спешно разложил план освоения территории:
– Погодите, как бы с углами не возникло проблем…
– Обязательно возникнут, – спокойно сказала Барбара со своего места. – Два крайних пролета пойдут наискосок, и нам понадобятся две стальные полосы подлиннее. Ничего особенного, просто немного больше сварки.
Ошеломляющая идея стала обретать все более ясные очертания, творческая энергия разгоралась в сослуживцах ярким пламенем. Каролек начал составлять список нужных инструментов и материалов. Януш повернулся к нему с листком в руке.
– Один столбик весит вместе с двутавром около трехсот восьмидесяти килограммов, – провозгласил он. – Весь пролет, два столбика с сеткой, – килограммов восемьсот. Ну, плюс-минус. На всякий пожарный считаю по верхнему пределу. Крана у нас не будет, так что судите сами…
  
– Пирамиды строились вручную! – лихо напомнил Лесь.
– Давайте подумаем, что лучше, – тут же стала прикидывать Барбара, – кантовать восемьсот кило или резать и сваривать каждый пролет. Потому что про триста восемьдесят кило вы мне не пойте, что справитесь!