Иоанна Хмелевская (Избранное)

Мальчик набрался мужества и вылез из своего угла.
— Это сделал я, — признался он.
— Очень мило с твоей стороны, что ты это сделал сейчас, а не дожидался зимы, — мягко заметила мама.
— Я не мог ждать зимы, — оправдывался мальчик. — Дело срочное.
— У вас нормы установлены? — поинтересовался папа. — Сдельщина? Или ты работаешь почасовиком?
Закрыв лицо диванной подушкой, Каролина захлёбывалась от смеха. Чувствуя, как в его бедной голове все перемешалось, Стефек неуклюже пытался оправдаться:
  
— Да нет, просто мне надо было познакомиться с пани Полинской.
— Тогда, может, имело бы смысл выбить стекло пани Полинской? — опять мягко спросила мама.
— Так я же так и собирался! — обрадовался мальчик. — Но ошибся. Да вы не беспокойтесь, у меня есть деньги, я заплачу.
— А я уж подумал, ты сын стекольщика, — заметил папа.
— Нет, не стекольщика, и уже все ей объяснил, — сказал Стефек, кивнув на Каролину.
Та наконец отбросила подушку и, вытирая слезы, энергично кивала, подтверждая слова мальчика. Способность говорить пока ещё не вернулась к ней.
Тут с лестничной площадки снова послышалось радостное повизгиванье. Возвращалась с прогулки пани Полинская.
— Я сейчас! — крикнул Стефек и выскочил из квартиры.
Родители Каролины переглянулись, а потом выжидающе уставились на дочь. Уже придя в себя и успокоившись, Каролина объяснила им, что, собственно, произошло и почему. Пересказывая родителям эмоциональные признания Стефека, девочка, наоборот, засунула Зютека на задний план, все внимание посвятив поискам утерянной коллекции ценных марок, которыми занимается дедушка Яночки и Павлика, и помощи его внуков. Услышь Стефек сейчас рассказ девочки, от отчаяния принялся бы рвать на себе волосы, поняв, что выдал тайну, которую поклялся хранить вечно. А он так старался напустить побольше тумана…
А в заключение девочка сказала:
— Мне все это очень нравится, и я бы тоже хотела принять участие. У них очень умная и воспитанная собака. И они были с ней в Алжире. И вообще, у них такая интересная жизнь! А может, вы их знаете? Оказывается, Хабровичи жили в том же доме, что и мы. По соседству с пани Виолеттой.
— Хабровичи, как же, помню! — радостно вскричал пала Каролины.
— И Виолетта отзывалась о них как о чрезвычайно симпатичных людях, — сказала мама, пряча шляпу в шкафчик у вешалки. — И особенно подчёркивала, какие у них вежливые и воспитанные дети. Только, на её взгляд, излишне предприимчивые.
Папа наконец перестал почёсывать собачье пузо и поднялся с кресла. Оба глядели на дочь, не узнавая её. Обычно флегматичная, равнодушная во всему, Каролина сейчас вся пылала от возбуждения. Она повторила:
— Я тоже хочу с ними… И Кара нам пригодятся. Я тоже хочу им помогать!
И она с вызовом поглядела на родителей, ожидая с их стороны осуждения и категорических запретов. Родители молчали. Ладно же! И девочка с отчаянием добавила:
— И поеду с Каруней на автобусе!
— Только не забудь надеть на неё намордник, — сказала мама совсем не то, чего боялась дочь. — И ошейник с шипами.
— И алая города захвати, — посоветовал папа — А если заблудишься, не дрейфь, бери такси и поезжай. Лучше к одной из бабушек. Каждая из них заплатит!
— Нет, домой тоже можешь приехать, — добавила мама. — Мы тоже заплатим. Но лучше к бабушке, нас может не оказаться дома.
Они ещё и издеваются! Каролина совсем разбушевалась:
— Нечего учить меня, как маленькую! Я сама знаю, что мне делать! Сколько можно меня опекать: «сделай то, не делай того»! Сама знаю, что мне делать, и не потеряюсь! Вот вам!
И обиженная девочка с достоинством удалилась в свою комнату.
Родители молча глядели вслед дочери. Потом отошли в дальний угол и стали там шептаться.
— Господи, как хорошо! Наконец-то нашу клушу что-то проняло!
— Самое время Каролинке стать самостоятельной! И хоть чем-то заинтересоваться? А то все сидит дома, книги читает, никуда не ходит, ни с кем не дружит, ничем не интересуется…
— Надо позвонить Виолетте и порасспросить её о Хабровичах.
— Их предприимчивые дети могут оказаться для нас просто даром небес!
— Езус-Мария, неужели она преодолеет свою пассивность и лень?
— Этому парню, который выбил стекло, я готов поставить мороженое!
Ещё не зная об отношении родителей к се новым планам, возбуждённая и встревоженная Каролина сидела в своей комнате и ждала возвращения Стефека. Он обязательно вернётся, хотя бы из-за Каруни…
* * *
Пани Полинская оказалась просто ангелом. Она все поняла с первых же слов и обещала помочь. Литературная сотрудница, в обязанности которой входило разбирать почту, была её хорошей приятельницей и имела право забирать письма домой, чтобы работать над ними дома. Вот только трудно носить женщине сумки с письмами, бумага ведь такая тяжёлая! Если бы нашёлся желающий ей помочь…
Стефек просиял. Все получалось так, как он задумал — Зютек будет при деле. Они договорились с пани Полинской о том, где и когда встретятся, и окрылённый Стефек, не чуя ног под собой от радости, выскочил из её квартиры. О Каролинке он вспомнил уже на первом этаже.
Кара вела себя миролюбиво, со Стефеком её уже познакомили и объяснили, что это не враг. Каролинин отец наотрез отказался говорить о компенсации за разбитое окно, предложив мальчику приберечь эту компенсацию для очередных знакомств.
А потом Каролина прихватила Кару и они вместе со Стефеком отправились на вечернюю прогулку. Мальчик воспользовался случаем и показал дом, где живёт Зютек. Совсем недалеко, на соседней улице.
— Что же, я согласна, — сказала девочка. — Мы с Карочкой придём сюда хотя бы завтра, и я притворюсь, что с трудом сдерживаю её, а она вырывается и того и гляди растерзает этого Зютека.
— Здорово! — обрадовался Стефек. — Только мне надо все продумать и организовать. И показать вам с Каруней Зютека, чтобы ненароком на постороннего человека не напала. Сдаётся мне, очень удачный у меня сегодня день. Познакомиться с тобой и Карой — это похлеще будет, чем выиграть в лотерею!
* * *
Яночка не успела прийти из школы, как позвонила пани Пекарская.
— Я очень горжусь собой, — таинственно и непонятно заявила она. — Хотелось бы, чтобы вы как можно скорее приехали ко мне. Когда сможете?
— А что случилось? — спросила Яночка, поставив ранец на пол у своих ног и лихорадочно вспоминая, сколько сегодня у Павлика уроков.
— Ах, это не телефонный разговор, — ответила запинаясь пани Пекарская. — Конечно, связано с марками. И вообще обо всем этом деле.
Очень важно!
— Мы обязательно придём сегодня же! — взволнованно ответила Яночка. — Есть новости?
— Да, и потрясающие!
— Постараемся быть у вас в пять часов, хорошо?
— Хорошо, буду ждать.
Не успел Павлик прийти из школы, как вновь зазвонил телефон. Стягивая ранец с плеч одной рукой, Павлик другой схватился за трубку телефона. Звонил пан Левандовский.
— Я все разузнал о сыне пани Наховской, — с места в карьер начал он. — Глупейшая история!
Надо поговорить.
И Павлик тоже с места в карьер пообещал прийти вечером, к пяти часам. Яночка не успела прибежать в прихожую, не успела предупредить брата об уже назначенной встрече. Напустилась на брата, да было уже поздно.
— Что теперь делать? — ломал голову Павлик. — Ведь не разорваться же нам!
— Разорваться нельзя, а перезвонить и передоговориться можно. Звони пану Левандовскому. Павлик послушно позвонил, но телефон психолога молчал. Значит, тот звонил с работы, а номера его рабочего телефона у детей не было.
  
— Перенесём пани Пекарскую, — предложил Павлик.
Телефон пани Пекарской тоже не отвечал. Значит, позвонив Яночке, она ушла и могла вернуться домой только к условленному часу.
— Ничего не поделаешь, придётся нам опять разделиться, — расстроилась Яночка. — Я поеду к пани Пекарской, а ты к пану Левандовскому. Только чтобы мне потом все подробно рассказал!