Иоанна Хмелевская (Избранное)

Лесь с Янушем старательно укладывали вокруг мины фрагменты электрического оборудования, чтобы оптический эффект был наибольшим.
– Пан Лесь! – крикнула из темноты Барбара, в нетерпении ожидая Каролека.
Зов любимой женщины был всегда для Леся приказом. Ничего не видя, он устремился в ее направлении, и в следующие пять минут он должен был под аккомпанемент проклятий Януша выпутываться из проводов и вновь водружать горб к себе на спину.
  
– Пан Лесь, черт бы вас взял! – гневно кричала Барбара. – Пойдите к Стефану и посмотрите, не умерли ли они там! Кароль должен был принести бензин!
– Ну откуда я возьму, ты что, с неба свалился?! Я же не вожу с собой столовых сервизов! – ворчал Стефан, разозленный требованиями Каролека. – Кружка и кружка!…
– Термос! Может быть, у тебя есть термос?…
– Какой там термос?! Я же не на курорт сюда приехал!…
– Бензин! – крикнул Лесь с драматическими нотками, появляясь возле них в темноте. – Барбара ждет бензин!
– А, черт! У Влодека на шоссе есть моя канистра!
– Ну так поезжай к нему! Еще успеешь!
– А как я возвращусь?!
– Задом!
– В зад меня можешь поцеловать!…
– Давайте бензин, черти, что вы тут делаете столько времени?! – процедила сквозь зубы Барбара, появляясь среди них как горбатое воплощение фурии.
Когда ей сказали о возникшей трудности, она мигом приняла решение.
– Шлангом на древесину! Стефан подъедет на рельсы и несколько кусков обольет бензином!…
До момента появления поезда осталось немногим больше пятнадцати минут, когда ужасно проклиная все на свете и плюясь на все стороны, Стефан добыл наконец тоненькую струйку бензина из шланга. Барбара, Каролек и Лесь в страшной спешке, спотыкаясь в темноте и натыкаясь друг на друга, подносили к струе куски деревяшек. Недалеко Януш нервничал возле мины и дергал волосы на голове.
– Что вы делаете, холера ясная! Не лейте на землю! Будильник у меня сгорит!!!
– Факел!… Намочите мне факел!!!
За пять минут перед появлением поезда общими силами Стефана столкнули с пути, а потом ему удалось уже завести мотор. Он съехал на место ожидания. Барбара и Каролек, со спичками в руках, наклонились над штабелем дров в огромном напряжении. Лесь схватил в руки факел, не заметив, в нервном напряжении, что он весь облит бензином…
– Зажигайте!!! – скомандовал Лесь трагическим шепотом.
Все спички высыпались из трясущихся рук Барбары. Каролек с непонятным упорством чиркал их обратной стороной и выбрасывал как негодные. Общими силами они использовали безрезультатно уже три коробки. На четвертой наконец появилось пламя!
Одновременно Лесь воткнул в огонь свой факел и сразу же отбросил его в естественном самозащитном движении, потому что, облитый бензином, он запылал весь более интенсивно, чем даже костер. Отбросив реквизит, с которым он должен был бежать на свидание с прибывающим поездом, Лесь в первое мгновение совершенно растерялся и поглупел. В довершение ко всему, он обжег себе руку и, махая этой рукой, двинулся по рельсам, но уже после первых же шагов понял, что делает что-то не то. Он вернулся к костру, откуда уже бежал к нему Януш.
– Что ты делаешь, кретин, бери другой! – визжал, вкладывая ему в руки незажженный кусок дерева, Януш.
Лесь уже хотел броситься бежать с этим незажженным куском, когда его остановил новый крик:
– Куда, к черту! Зажги же его!!!
– Бензин! – крикнул одновременно почти в обмороке Каролек. – Вымочи его в бензине! К Стефану!!!
Ошеломленный Лесь бросился на дорогу, в направлении невидимого в темноте автомобиля, который, обеспокоенный удивительными отблесками огня и криками на рельсах, двинулся в их направлении.
– Бензин!!! – взвизгнул Лесь. – Обмакни!!!
– Иди ко всем чертям! – огрызнулся Стефан, однако сразу поворачивая. – Ноги себе обмакни! А я уже напился той отравы досыта!
Мечущегося вокруг машины Леся внезапно в самое сердце поразил страшный крик нескольких людей:
– Поезд!!!
И одновременно услышал раздирающий призыв:
– Пан Лесь, бери ноги в руки!!! Бери ноги в руки!!!
Лесь перескочил через ошалевшего от возмущения Стефана, который, услышав возглас, успел глотнуть большой глоток бензина, и бросился назад, к полотну пути, где на фоне костра Барбара махала ему пылающей ножкой от кресла. Схватил ножку и гонимый, словно острым гарпуном, криком Януша:
– Беги, к черту, поезд переедет мне будильник!!! – помчался прямо вперед.
Нужно же было так случиться, что, хватая ножку, он оказался в той же стороне, что и мина, то есть в противоположной стороне от появившегося поезда, уже хорошо теперь слышным. В безграничном замешательстве он не в состоянии был преодолеть преграду в виде костра, повернулся и помчался в направлении, прямо противоположном направлению, откуда появился поезд.
Машинист поезда вел локомотив спокойно, не предвидя ничего необычного на этой столько раз пересекаемой им трассе. Поэтому он особенно и не беспокоился. И вдруг в слабом блеске луны он увидел пылающий на рельсах костер. Он сразу же начал экстренное торможение, еще не видя опасности, но он не успел перед костром остановиться…
В последнее мгновение три темные горбатые фигуры метнулись почти из-под колес тепловоза: одна в одну сторону а две другие – в другую. Та первая фигура заходилась при этом в крике:
– Боже мой! Мина моей бабушки!!!
С шумом и громом начинающий только тормозить поезд пролетел через костер, пролетел через громыхающий под колесами ящик, проехал через переезд, и через несколько метров за переездом смертельно испугавшийся машинист увидел такое, чего никогда в своей жизни не встречал!
Посреди рельс, перед тепловозом, мчался человек с горбом на плечах, размахивая во все стороны пылающим и рассыпающим искры факелом, не высказывающий никакого желания свернуть где-нибудь и наверняка намеревающийся мчаться так вплоть до конца света! То, что этот человек при этом еще и визжал, машинист не слышал.
Охваченный паникой Лесь мчался по шпалам, побивая все рекорды на всех дистанциях, а за ним громыхал поезд, который машинист старался любым способом остановить, прежде чем наступит таинственная непонятная катастрофа!
Случаю было угодно, что к этому поезду прицепили несколько товарных вагонов, поэтому он был чрезвычайно длинным. В момент, когда отчаявшемуся машинисту все же удалось затормозить, на переезде остановился третий от конца вагон. На той стороне, где находился автомобиль Стефана, оказался лишь один Януш. Барбара и Каролек находились в другой стороне. Желанный вагон с почтой замер на двести метров дальше, посреди луга и болота, а где-то еще дальше, во мраке осенней ночи, находился оторванный от товарищей Лесь. В этом положении все потеряли голову.
– Давай на другую сторону! – прошептал лихорадочно Каролек Барбаре. – Срываемся, потому что будет дьявольская драка!
– Как? – простонала Барбара таким же отчаянным шепотом.
– Под вагонами!… Поезд не может тронуться!… Под вагонами! Нет, это товарные! Вокруг!…
– Подожди, я сниму туфли!…
– Что?… Я тогда тоже сниму туфли!…
На всякий случай пригнувшись, с туфлями в руках, Каролек и Барбара бросились к последнему вагону, по колени проваливаясь в грязь. За последним вагоном они на четвереньках перебежали через рельсы.
Одновременно с другой стороны дороги, в тени густых кустов, разыгрывалась не менее драматическая сцена.
– К черту с твоей бабкой! – шипел Стефан. – Опомнись, или я дам тебе по морде! Где они?!
– Черти бы их взяли! – стонал Януш, почти готовый биться головой об машину. – Тот поезд их переехал!!!
Он утратил чувство реальности, и в голове у него все перепуталось: судьба будильника ошибочно была перенесена на его приятелей. Обе потери казались ему одинаково невосполнимыми.
  
– Ты что бредишь, болван, они перескочили на ту сторону! Я видел это собственными глазами! Что они могут там делать столько времени?! Иди к ним, пусть бегут сюда, потому что меня сейчас хватит удар! Надо бежать, нельзя терять ни мгновения!!!