Иоанна Хмелевская (Избранное)
— В расписке проставлено пятнадцать, а он нам надрал гораздо больше, — сообщила она уже на шоссе, когда страшный двор остался наконец позади и дикий вой смолк в отдалении. — Цифру я исправлять не стала, не пересчитывать же саженцы в таком кошмарном месте!
— Место кошмарное! — со стоном согласилась Шпулька, делавшая глубокие вдохи, чтобы прийти в себя. — Он чокнутый, а не пьяный, это точно! Для чего он выкидывал эти дикие номера?
— Какое нам дело, главное, он дал саженцев раза в два больше, чем обещал. Я только не понимаю, каким чудом он передвигал мебель в темноте и без шума. Мы же были во дворе и ничего не слышали.
Шпулька, которой удалось наконец примостить одну ногу на столешницу среди сучьев и веток, от изумления не привела в ход другую ногу, уже изготовленную для толчка…
— И правда… А мне и в голову не пришло. Нет, это невозможно! Не силой же воли он двигал мебель?
— Я подозреваю, что он вообще ничего не двигал. И где это видано, чтобы кот сорвал с дома крышу? Ты в это веришь?
— Конечно, не верю, и вся эта история мне очень не нравится. Слава Богу, нам туда больше не придётся ехать. Трогай! Темень такая, хоть глаз коли.
Таинственный автомобиль пристроился следом за поворотом. Как и в прошлый раз, ехал за ними, сохраняя дистанцию. Перепуганная до смерти Шпулька, проклиная общественные поручения и ночные вылазки, толкала стол в рекордном темпе. Заражённая её паникой Тереска тоже старалась вовсю. Тем же путём, что и вчера, они въехали в город и уже в полдевятого подкатили к дому Шпульки.
— Завтра едем в Тарчин, — непреклонным голосом объявила Тереска.
— Только не завтра! Ради всего святого, дай мне передохнуть! — умоляла Шпулька, глядя на подругу обезумевшими глазами. — Давай отложим до послезавтра!
— Исключено, послезавтра я иду в кино с Богусем. И зачем откладывать? Разделаемся с поручением и заживём спокойно. Поедем завтра, после уроков.
— Но я же с ума сойду!
— Не сойдёшь, в Тарчине живут нормальные люди, а с одним садовником я даже знакома. И вообще нам все время попадались нормальные, за исключением этого психа. А если кто-то за нами увяжется в Тарчин, пускай, мы сделаем перерыв и переждём.
— Давай сделаем перерыв сейчас!
Но Тереска была неумолима. Она уступила Шпульке только в одном: согласилась идти домой под защитой крепкой мужской руки. Зигмунт даже обрадовался случаю проверить на практике уроки дзюдо, которым он посвятил прошлый год. Отойдя от дома, они с Тереской тут же договорились, что он будет следовать за ней на расстоянии, дабы не отбить у хулиганов охоты к нападению. Домой Зигмунт вернулся сильно разочарованный: на Тереску никто не покусился.
Участковый позвонил в школу, и с последнего урока девочки отпросились. После короткого совещания они решили не открывать настоящей причины ухода с урока, а все свалить на саженцы.
— Начнут выпытывать подробности и заморочат нам голову, — рассудила Тереска. — Тут нагрубим и туда опоздаем. Лучше не нарываться. Скажем, что в садах нам обещали несколько штук, а в другое время хозяева заняты. Похоже на правду, ведь мы же в сады идём.
— Но тогда нам придётся что-нибудь принести, — возразила Шпулька.
— Да ведь нас же никто не-проверяет, никому и дела нет, что мы вчера принесли, а что сегодня. А может, мы там действительно что-нибудь выпросим по пути…
Участковый, как оказалось, не любил лазить через запертые ворота, предпочитая открытую калитку. Напрасно подруги протестовали, уверяя его, что от калитки им не найти дороги к нужному месту. Он ответил, что на нужное место их приведут.
На нужном месте атлетически сложенный молодой человек с угрюмым выражением лица прибивал рейки к беседке. Тереска и Шпулька, затаившись в кустах, рассматривали его очень внимательно, искренне надеясь опознать.
— Морда у него, конечно, бандитская, но я его ни разу в жизни не видела, — заявила Тереска после окончания смотрин. — А ты?
— Я тоже. Он мне никого не напоминает.
Участковый заметно расстроился. По внешности парень очень даже подходил на роль искомого бандита. О нем уже была собрана информация: сын медсёстры, имеет дружков, которых частенько водит на участок мамуси. Надежда, что именно их подслушали девочки, оказалась напрасной — Я вообще сомневаюсь, тот ли это участок, — укоризненно произнесла Шпулька.
— Участок, по-моему, тот, только неведомо, откуда здесь этот парень взялся, — недовольно заметила Тереска. — На эту медсестру небось полгорода вкалывает. Те были постарше.
— Что ж, — с сожалением сказал участковый, — раз не тот, будем искать того. Пошли.
Они прошли несколько метров по аллейке, и вдруг Тереска остановилась как вкопанная. Шедший следом Кшиштоф Цегна чуть не налетел на неё.
— О Боже… — Прошептала она испуганно. — Пан сержант!
Прямо перед ними какой-то мужчина в шортах и клетчатой рубашке наводил порядок на своём участке. Он был один. Шпулька оглянулась и тихонько ойкнула. Участковый и Кшиштоф Цегна куда-то сгинули, будто сквозь землю провалились. Мужчина обернулся и, увидев их, приветливо заулыбался.
— Здравствуйте, девочки. Вы за саженцами? Они уже приготовлены.
Тереска и Шпулька, не сговариваясь, подумали, что держаться надо как можно естественнее, учтиво сказать «Добрый день» и ни в коем случае не выказывать подозрений. Однако слова застряли у них в горле, а ноги отказывались повиноваться.
— Ну что же вы, проходите! — Мужчина сделал приглашающий жест.
— Вдруг он начнёт гонять нас по беседке… — Шёпотом высказала Шпулька зловещее предположение. Тереска постаралась взять себя в руки.
— Добрый день, — мужественно сказала она, вступая в его владения. — Саженцы мы заберём, спасибо, что приготовили…
— И сколько вам удалось собрать? До тысячи ещё далеко?
— Семьсот штук у нас уже есть, — ответила Тереска. — Здорово вы тут все на участке устроили, то-то удивится жена, когда приедет… — Точно заведённая проговорила она и осеклась, услышав, как за её спиной испуганно пискнула Шпулька.
Слегка ошарашенный мужчина развеселился.
— Жены у меня нет. Дожидаюсь, пока вы заневеститесь, обе такие очаровательные… Вот, пожалуйста, я приготовил для вас четыре саженца. Вы что, носите их в руках? Это же тяжело.
— Нет, мы их возим на санках, — ответила Тереска, не соображая, что говорит. — Но эти мы в руках унесём, ничего страшного. Расписку вам дать?
Мужчина растерялся.
— Расписку? Нет, зачем она мне? А вот на санки я взглянуть не прочь.
— Да вы же… — Негодующе начала Шпулька, но тут же смолкла получив ощутимый толчок в бок.
— Большое вам спасибо, до свидания.
— Всегда к вашим услугам, запомните и на будущее…
Участковый и Кшиштоф Цегна выросли из-под земли на полдороге к калитке.
— Это он! — в один голос закричали подруги. — Он сегодня один, но это тот самый, который тогда был голый и копал!
Кшиштоф Цегна смотрел на них странным взглядом, участковый тоже выглядел не очень довольным.
— Это режиссёр с телевидения, — задумчиво пояснил он. — Что ж, все возможно, в жизни и не такое бывает. На участок к нему действительно захаживает парочка приятелей…
— Дождётся он… дождичка в четверг! — прервав участкового на полуфразе, мстительно изрекла Шпулька. — Я за него замуж не пойду! Ни за что!
— Я тоже, — поддержала подругу Тереска. — Совсем чокнулся. Везёт же нам последнее время на психов!
— Вы полагаете, что он чокнутый? — заинтересовался участковый.
— Чокнутый не то слово! — возмущённо фыркнула Тереска. — Наглый обманщик и лицемер, он же прекрасно знает, на чем мы ездим, потому что следит за нами каждый вечер. И вообще с меня хватит, вчера один, сегодня другой… Ты же обещала, что психов больше не будет!
— А что, вчера вы тоже общались с психом? — выпытывал участковый, все более оживляясь.
Тереска и Шпулька, выбитые из колеи последними событиями, довольно бестолково описали ему вчерашний визит к помешанному филантропу. Участковый и Кшиштоф Цегна обменялись многозначительными взглядами.