Именем закона

— Как насчет этого случая? Думаешь, это он?
— Возможно. Сколько Гарри собирался получить?
— Шестнадцать пятьсот.
— При такой сумме это мог быть Бобби Део, а мог быть кто угодно. Сказал бы Гарри, что должник не хочет платить, а сам оставил бы деньги себе.
— Но он позвонил Гарри и сказал, что должник заплатил, и предложил встретиться на Делрей-Бич.
— Значит, он передумал. Эти деньги у него. Что Гарри мог сделать — так это позвонить в полицию. Послушай, если это был Бобби Део… Всякий, кто нанимает такого типа, заслуживает быть обворованным. Гарри, дурачок, слишком поздно спохватился и теперь, я уверен, чувствует себя неважно. Ты знаешь, какой он на самом деле? Под старомодной меланхолией, которую он на себя напускает, это — сущий ребенок. Прячется, чтобы мы его искали.
— Хочет внимания к себе, — сказал Рейлан.
— Обожает такие фокусы. Подождет еще несколько дней. Его не найдут — тогда ему надоест прятаться, и он объявится. Спросишь его: «Где ты был?» Он ответит: «Что значит — где я был?» Если он не покажется до этого уик-энда, объявлю его в розыск.
— Думаю, ты прав, — кивнул Рейлан. — Но я все-таки не стал бы возражать против того, чтобы поговорить с Бобби… Как его фамилия?
— Деограсиас. Я видел ее в документе об его освобождении. Можно найти адрес, но даст ли это что-то или нет…
— Буду признателен, — сказал Рейлан. — Может быть, ты нападешь на след машины Гарри. Новый «кадиллак». Проверь, не брошен ли он.
Торрес кивнул:
— Сделаю.
— И можешь заодно посмотреть одно имя для меня, пока у нас есть доступ к базе данных, — сказал Рейлан. — Дон Наварро.
Рейлан вошел в прохладный холл «Санта Марты» на Оушен-Драйв. Из бара доносились звуки латиноамериканской музыки. Рейлан подошел к клерку за стойкой — симпатичному молодому латиноамериканцу в темном костюме, с блестящими волосами и сказал:
— Извините.
Клерк работал на компьютере, вращая при этом бедрами в такт музыке. Он ничего не ответил и не оторвал глаз от монитора.
Рейлан продолжил:
— Я как-то заходил сюда…
Клерк нажал какую-то клавишу и взглянул на монитор.
— Вы, возможно, вспомните — я был с группой. Это была группа парней в куртках с надписью: «Прокуратура Федерального Округа».
Теперь клерк смотрел на Рейлана в упор.
— У нас были ордера на обыск, но вы не захотели нас впустить в номера. Вспоминаете? Так что мы взломали кое-какие двери, нашли тех, кто был нам нужен, и прихватили вас с собой. Припоминаете? Начнешь валять дурака, приятель, и я уведу тебя снова, в наручниках. Меня интересует номер комнаты мистера Деограсиаса.
Клерк помялся.
Рейлан терпеливо ждал.
Клерк сказал:
— Четыре ноль восемь.
— Он там?
— Не думаю.
— Я звонил, к телефону подошел какой-то мужчина.
— Это, должно быть, Санто.
Рейлан сказал:
— Очень признателен.
Дверь открыла девушка в зеленой футболке с надписью «Харлей Дэвидсон» и коротких белых шортах. Она была босиком. Симпатичная, но ей не мешало бы причесаться и, возможно, принять ванну.
— Я звонил некоторое время назад, — сказал Рейлан, — спросил Бобби Део, но какой-то парень ответил, что не говорит по-английски, и повесил трубку.
Девушка крикнула через плечо:
— Эй, Санто!
Она смотрела на Рейлана, прислонившись плечом к дверному косяку и поставив одну босую ногу на другую. Рейлан почему-то вспомнил школьницу себя дома. Она сказала:
— Мне нравится ваша шляпа, — и даже голос ее был как у тех школьниц. Она застенчиво улыбалась.
Раздался мужской голос:
— Кто это? — и молодой латиноамериканец в солнцезащитных очках вышел из спальни, откуда лились латиноамериканские ритмы. Парень был невысокий, с расстегнутой «молнией» на брюках, в которые были заправлены концы рубашки.
Девушка обернулась к нему:
— Он спрашивает Бобби.
— Зачем?
Рейлан подумал, что это один из тех самых крутых парней, но тут девушка огрызнулась:
— Я что, твой переводчик, черт возьми? Сам у него спроси. — Она отошла от двери.
Рейлан сделал шаг в комнату, осмотрелся и увидел разбросанную в беспорядке одежду, полотенца, газеты, пивные банки. Он взглянул на Санто:
 
— Я хотел спросить у Бобби, не делал ли он недавно одну работу для Гарри Арно. Он здесь?
Санто застегнул «молнию» на брюках, затянул пояс и защелкнул пряжку, выигрывая время.
— А кто это — Гарри Арно?
— Разве, — сказал Рейлан, — ты не можешь не отвечать вопросом на вопрос?
— Все они такие, — заметила девушка. — Не доверяют никому, кроме себя. Откуда вы, кстати?
— Прямо отсюда, — ответил Рейлан, доставая удостоверение и показывая жетон, — из федеральной полицейской службы. Я не собираюсь никому причинять неприятностей.
Санто бросил девушке:
— Вранье.
А может, это было какое-то слово на испанском, Рейлан не был уверен. Хотя у него не оставалось никаких сомнений насчет манер парня, который повернулся спиной, вышел на балкон и встал там, глядя на улицу. Принял позу.
— Эти парни иногда ведут себя так, что с души воротит, — сказала девушка. — Я говорила вам, такие уж они. Иногда я с удивлением думаю: что я тут делаю?
— Я как раз собирался спросить.
— Они становятся компанейскими с наступлением темноты, танцуют как ненормальные. — Девушка начала пританцовывать, исполняя что-то вроде мамбо, под музыку, звучащую по радио. — Мы ходим в клубы.
Санто перегнулся через железные перила балкона, опираясь на руки. Рейлан тоже вышел на балкон и встал рядом, подумав, что ему надо всего лишь поднять этого парня за пояс и снова спросить, где Бобби Део.
Вместо этого он устремил взгляд на Оушен-Драйв, на выстроившиеся в ряд разноцветные отели. Это были отели с уличными кафе, где в сезон останавливалась сверхмодная публика и девушки в трусиках-стрингах носились на роликах. Молодые парни исполняли разные трюки на скейтбордах, а фотографы выводили своих тощих моделей на пляж, где ветер причудливо развевал их наряды. Только сейчас был сезон ураганов, и люди, которые бродили сейчас по Саут-Бич, были либо местными жителями, либо второсортными модниками.
Рейлан услышал, как девушка встала за его спиной, и спросил:
— Совсем не похоже на то, что дома, правда? Где бы этот дом ни находился.
Она сказала:
— Совершенно не похоже, здесь забавно.
— Санто — твой молодой человек?
Девушка возмущенно ответила:
— Нет, господи. Я с Бобби, когда он здесь.
— Где я могу его найти?
Санто, обернувшись, произнес:
— Мелинда, ты не обязана ничего ему говорить. Ты слышишь меня?
Девушка, Мелинда, ответила:
— Отвяжись, ладно?
Рейлан повернулся к ней. Она стояла в дверях.
— Я только хочу выяснить насчет одного своего друга, не видел ли он его.
Санто сказал:
— Да? А зачем же вы показывали тогда жетон?
— Может, не будешь вмешиваться, приятель? — Рейлан снова взглянул на Мелинду. — Ты знаешь, где он?
— Он работает. И вернется через какое-то время, я не знаю когда.
— Мне не обязательно видеться с ним лично, если у тебя есть его телефон.
Он ждал.
Мелинда сказала:
— Где-то был.
— Буду очень признателен. Гарри Арно мой друг. Я надеюсь, что Бобби знает, где он находится.
— Бобби работал на него?
— Да, они друзья.
Санто, повернув голову, процедил сквозь зубы:
— Никогда не слышал ни о каком Гарри Арно.
Рейлан сказал:
— Какое тут расстояние до тротуара — сорок, пятьдесят футов? Посмотри.
Обернувшись, он увидел, что Мелинда направилась в гостиную, и положил руку на плечо Санто.
— С тобой приятно поговорить.
Мелинда, наклонившись над письменным столом, стала просматривать бумажки возле телефонного аппарата. Рейлан подошел к ней:
— Тебе не достанется от него?
— От кого, от Санто? Да если он тронет меня хоть пальцем, Бобби убьет его. — Она выпрямилась. — Вот телефон. Он мне позвонил однажды и дал этот номер. Хотите, чтобы я записала его для вас?