Любимая проблема генерала искателей (СИ)

  
Глава 28 
 
Как ни старалась я изобразить очень полезную помощницу для полковника Мака, но избежать строевой подготовки не удалось. Орк после второй инъекции быстро пошел на поправку — он полностью утратил агрессию, осознал, что натворил, когда был под воздействием грибка, и теперь страдал от чувства вины. И Вырвилап вдруг вспомнил, что я не принимала участия в маршевой подготовке и буквально выпнул меня на плац.
  
— Представляешь, комендант не разрешил мне пообщаться с мамой лично, а всего лишь пообещал передать письмо, — жаловалась мне Оли в перерыве между построениями, — я теперь волнуюсь, что она не поймет всю серьезность моей просьбы, и Сапфирчик останется голодным.
Драконий приворот постепенно терял силу. Вырвилап и бойцы, которые получили дракончиков, уже стали почти вменяемыми, только подругу еще слегка вело.
— Оли, не болтай глупостей. Во-первых, твоя мама обладает даром прорицания, во-вторых, ты очень сильна в эпистолярном жанре — я уверена, что ты очень хорошо донесла свою мысль и письменно. Ну а в-третьих, Сапфирчику, чтобы дойти до голодной смерти, надо сильно постараться. Ему пока много не надо, а того, что удалось выпросить у Золотки, и мха, который принесли из аномалии караульные искатели, ему хватит надолго.
Большие драконы с новенькими не поделились. Но мне удалось уговорить Золотку не жадничать, пообещав ей за это грибка.
— Так-то оно, может, и так, но очень сильно переживаю, что я плохой соратник. У Сапфира до сих пор нет зубов, и мыслеобразы он мне не передает.
— Майор же тебе сказал, что это как раз и есть нормальное развитие, — возразила я, — а Золотка просто девочка, поэтому вундеркинд.
— Сомневаюсь я в этом, Рав. И Спенсер, между прочим, тоже! — заявила подруга, для убедительности приплетя опытного искателя, который на минувшем отборе получил драконенка первым.
— А у его Хризолита уже выросли зубы и он заговорил? — хмыкнула я скептически. — Спенсор ведь наверняка уже носил его в аномалию.
— Нет, не носил, — поморщилась Оли, — их не пустили.
— Ого. Даже их не пустили? — удивилась я. — А почему?
— Генерал сказал, что до смотра вообще никому больше в аномалию входить нельзя и нужно бросить все силы на укрепление внешнего щита.
— Да что случилось-то? — встревожилась я.
— Я не знаю, Рав! Никто мне не доложил. Знаю только, что приказал генерал после того, как вернулся караул, который принес нам всё для гнезд.
Очень интересно… И мне Ксандор Драксен тоже ничего не рассказал, хотя мы с ним много раз виделись. И общение у нас стало как бы более близкое, что ли, неформальное. В груди всколыхнулась обида, как будто он обязан мне всё докладывать. Наваждение какое-то.
— Взвод, строиться! — скомандовал командир, и я тряхнула головой, прогоняя неуместные мысли. — Последний раз пройдём по периметру, и можете быть свободны!
Мы еще полчасика помаршировали, и нас распустили. Новобранки побрели в казарму, а я принялась за свое — глупые вопросы никак не отпускали: почему Ксандор мне ничего не сказал? Что такого произошло в аномалии? Это как-то связано с графиней? У меня теперь всё связано с ней! Я очень хотела выиграть наш с генералом спор и в любом происшествии искала след Лафур.
— Кстати, забыла тебе сказать. Сегодня мы гуляем с драконами в другом месте, — вдруг сообщила Оли.
— В каком? — удивилась я новости.
Обычно мужчины приходили к нам на задний двор, и мы выпускали драконят бегать и играть на траве.
— Не знаю, но Спенсор и Хантер придумали что-то полезное для наших малышей. Велели приходить к северным воротам «если не хотим своих оставить без сладкого», как они выразились.
Хантор — второй опытный искатель, получивший соратника. Оба бойца служат под началом генерала давно и множество раз были в аномалии. Их драконьим приворотом шибануло не так сильно, и они не требовали от меня ничего, поэтому у меня не было причин им не доверять.
— Хорошо, сходим. Хоть какое-то разнообразие, — кивнула я.
В казарме мы взяли из гнезд своих питомцев и вышли обратно. А дойдя до центральной аллеи, остановились.
— Так… по-моему, северные ворота там, — махнула рукой направо Олиана.
Я ей возразить не могла, потому что с картами вообще не дружила. Просто развернулась и вместе с подругой пошла направо. Но чем ближе мы подходили к крепостной стене гарнизона, тем сильнее меня одолевало нехорошее предчувствие. Просто небо в той стороне имело очень характерный цвет — желтовато-фиолетовый, с зигзагообразными серыми тучами.
— Оли, а тебе не кажется, что эти северные ворота выводят прямиком к аномалии? — спросила я.
— Вполне может быть, — кивнула подруга, — но не думаешь же ты, что опытные и преданные генералу бойцы нарушат его приказ?
Я так не думала, поэтому пошла дальше. Однако сердце теперь билось чаще. Не то в предвкушении, не то в дурном предчувствии.
Вырвилап, Спенсор и Хантер нас уже ждали тесным кружком чуть в стороне от ворот, которые, между прочим, надёжно охранялись.
— Держите, — сказал Спенсор, протягивая нам с Олианой по ошейнику с прикрепленными к ним рулетками. На таких выгуливают собак. — Мы придумали, как драконам погулять в аномалии без нас, чтобы не нарушать приказ генерала.
— Как здорово! — обрадовалась Оли и поспешила натянуть Сапфирчику ошейник.
А вот я засомневалась. Прослыть трусихой мне не хотелось, но я не могла не спросить:
— Но ведь генерал не просто так запретил входить в аномалию. Думаете, драконов это не касается? Вдруг им там тоже грозит опасность?
— Равенна, там часть их родного мира. Что им может угрожать? — отмахнулся Хантер. — А нам генерал запретил лишь потому, что после серии выбросов там стало очень пыльно и слишком силен иномирный фон. Бойцы, которые последними туда заходили, лежат в лазарете. Вернулись нормально, чувствовали себя хорошо, а к вечеру шибанул откат. Но полковник Мак быстро поставит их на ноги.
— А мы туда не пойдем. Нам ничего не угрожает, — добавил Спенсер.
— Но, может, всё же спросим разрешения у генерала или хотя бы у коменданта? — спросила я, уставившись на майора.
Но Вырвилап мотнул головой.
— Я ходил к генералу, его нет в гарнизоне. Срочно ушел порталами на какие-то важные переговоры. А Грасесу вообще не до нас. Смотр на носу, он носится как угорелый. Так что как офицер беру ответственность на себя. За мной, бойцы! — сказал он и развернулся к воротам.
А ведь и правда. Начальник ветеринарно-санитарной службы — старший офицер. Целый майор, а не какой-нибудь лейтенант или капитан (за эти дни я начала разбираться в званиях). Вот и часовые на воротах спокойно нас выпустили по приказу Вырвилапа. Так что я постаралась выкинуть из головы опасения и думать о хорошем — Золотка сейчас что-нибудь вкусное и полезное для себя найдет.
Чем ближе мы подходили к аномалии, тем сильнее чувствовалось влияние её иной атмосферы. Казалось, что даже воздух пах иначе: в нём всё сильнее звучали звуки грозы и попахивало гарью. Однако все дракончики оживились и проявляли нетерпение. Золотка перебралась с груди на плечо и принялась показывать мне, как ей хочется скорее побегать, подкрепляя картинки радостным курлыканьем. Остальные драконята тоже что-то щебетали. Хантер спустил своего Плюмбума на землю, и тот со всех лап бежал к защитному щиту, натягивая поводок. Мальчики-дракончики были крупнее моей девочки и явно гораздо сильнее — крепкий искатель с трудом удерживал своего за поводок, едва не срываясь на бег.
Мерцающий щит скрывал аномалию, отражая стену крепости, но пост охраны было видно хорошо. Особенно с десяти шагов.
  
— Здравия желаю! — грянуло хором, когда мы подошли к центральному щитовому узлу, где несли караул дежурные бойцы.
Они выбежали из караулки и построившись, вытянулись в струнку перед майором. А я еще раз пожурила себя за то, что недооценивала авторитет Вырвилапа.
— Легкой службы! — ответил им майор и приказал: — Приоткрыть щит на вход и держать готовность его закрыть по сигналу.