Любимая проблема генерала искателей (СИ)

— Как только поедите, обе бегом на места службы. Рядовая Ролс — в ветгородок, а рядовая Криз — в лазарет. Свои вещи перенесете в казарму сегодня же. С этого момента режим не нарушать, командиров слушаться беспрекословно!
Поднялся и ушёл.
— Ну ты додумалась, конечно, Рав. Кто же так в лоб по самому ценному бьет? — упрекнула меня подруга.
— Ничего, он отходчивый. Подумает-подумает и согласится, — подбадривая себя, промямлила я.
  
Но ослушаться генерала мы не осмелились, поэтому весь день «служили», не жалея сил.
— Тебя заставляли работать на аптекарском огороде? — посочувствовала я, покосившись на руки Оли.
Они у нее были в идеальном состоянии.
— Это образное выражение. Я весь день делала заготовки вспомогательного материала: катала ватные шарики, крутила марлевые треугольники, складывала салфетки для перевязок. В общем, словно на практику после первого курса вернулась. Плечи затекли, сил нет. А ты чем занималась?
Ну а у меня командир — душка. И как только он узнал, что я напросилась-таки в аномалию и генерал обещал его тоже взять, служба моя превратилась в курорт. Я отправилась в вольер к церберам, обложилась щенками и тискала их часа два. Потом заворочалась Золотка, и я достала её из-за пазухи. Она открыла глазки, посмотрела на меня осмысленно и разинула рот. Я вложила в него небольшой рубин, который прихватила с собой на всякий случай, потом щенки мою девочку с любовью облизали, она от них немного радостно побегала, пошипела и уснула прямо во время игр. Я убрала ее обратно за пазуху и пошла в центральный корпус — захотелось с Вырвилапом поболтать про аномалию.
Но он как назло был страшно занят. Оказывается, один из кобелей церберов проглотил инородное тело, и майор собирался оперировать несчастного трехглавого пса. Тогда я принялась командиру помогать и, благодаря моим способностям, отличным знаниям и ловкости управления даром, хирургического вмешательства удалось избежать.
— Нарадоваться на тебя не могу, звездочка моя ясная! — чуть ли не со слезами на глазах благодарил меня гоблин. — Вот бы ты осталась у нас. Или бы кого-то такого вместо тебя взяли. Хотя чего это я? Таких в ветеринарии нет. С таким уровнем дара все в целители идут.
— Да ладно вам, Рогун, печалиться. Может, я и останусь у вас. А если даже и не останусь, то, клянусь, примчусь на помощь по первому вашему зову в любое время. Мы же теперь друзья. А расскажете мне про аномалию? Вы там были?
— Конечно был! — с гордостью похвастался Вырвилап, забираясь на свой командирский стул за командирским столом.
Высоким, между прочем. К стулу вели ступеньки, а на нём лежала королевских размеров подушка — видимо, гоблин из-за своего роста все же немного комплексовал.
— А нашли что-то интересное? — с горящими предвкушением глазами спросила я.
— Ага, конечно, — проворчал майор, — меня туда вызывают, только когда кого-то из живности находят, чтобы я проверил, не носитель ли монстр чего-то для нас опасного и можно ли его в гарнизон забирать. Вот в последний раз вызывали драконьи яйца проверить. В той вылазке аж семь штук нашли. Правда, забрали только пять. Два пришлось оставить — я сердцебиения в них не расслышал.
Вот на этом месте у меня зародилась очень интересная мысль: а что, если мы с Оли все же найдем в том шестом и седьмом яйцах жизнь и сможем её укрепить? Тогда одно можно будет вместо Золотки отдать стоящему в очереди на дракона искателю, а второе — дать возможность новенькой женщине-искателю получить соратника.
— А вы бы хотели стать искателем, командир?
— Эх, Равенна, какой из меня искатель? Боевик из меня слабый совсем. Меня бы там в два счета сожрали, — с тоской чуть ли не проныл Вырвилап. — Я когда бываю в аномалии, генерал выдает мне в охрану аж четверых бойцов.
И вот что странно — если раньше меня бы слова гоблина насторожили и от похода в аномалию мигом отвадили, то сейчас пришла уверенность, что ничего плохого со мной там не случится. Это же дом мой родной. И ощущение это было не мое — его мне транслировала Золотка. Надо же, какая она у меня умница!
Но на вопрос подруги о том, чем я занималась весь день, я решила подробно не отвечать, чтобы ей обидно не было.
— Тоже устала, — слукавила я. — В вольерах помогала, на операции ассистировала. А нам с тобой еще вещи в казарму переносить… — перевела тему.
— Да-а-а. Надо еще лучшие комнаты выбрать. Даже есть перехотелось. Давай быстренько перекусим и побежим переезжать.
Мы сосредоточились на мясной каше с грибной подливой и пропустили момент, когда в дверях отдельного столового зала столпился народ.
— Вот это сюрприз! — заявил и расплылся в улыбке вошедший первым здоровенный, но какой-то потрепанный искатель. — Неужели пока мы дежурили в аномалии, в гарнизоне произошел переворот? Вы тут какими судьбами, девушки?
Мы с Оли слегка растерялись — рафинированным аристократкам оказалось непросто переварить такое количество внезапно свалившейся на голову мужественности.
— Здорово, бойцы! С возвращением! — в зал выскочил шеф-повар и принялся жать каждому искателю руку. — Рассаживайтесь, рассказывайте, как отдежурили. А девушки — завтра у нас их целый взвод будет. Да, считайте, случился переворот!
— Ничего себе новости!
— Улёт!
— Поверить не могу! — оживлённо отреагировали на новость искатели.
Парней оказалось восемь человек. Они подхватили столы, приставили к нашему и расселись так, что мы с Олианой внезапно оказались в окружении. Мы только переглянулись и даже не стали пытаться возражать. Помощники шеф-повара мигом подали закуски, мясо, рыбу, гарниры и напитки, но никуда уходить не торопились. Они тоже уселись за стол и с огромным интересом уставились на только что вернувшихся с боевого дежурства искателей.
— Наши новости не такие увлекательные, как ваши. У нас только скорый императорский смотр, женский взвод да изменение меню в общей столовой. А у вас что? — отмахнувшись, протараторил шеф-повар, спеша поскорее перейти к тому, что его интересовало.
Судя по его горящим глазам, он мечтал попасть в развалины всей душой, но ему это не светило.
— О да, ты прав. У нас есть кое-что важное, — загадочно сообщил один из парней (светловолосый со шрамом через правую щеку) и многозначительно добавил: — Пять сильных выбросов было.
— Да ты что⁈ Целых пять⁈ Почему так много? И что это значит? — подавшись вперед к блондину, воскликнул шеф-повар.
— Это, дружище, значит, что через две недели, когда все утрясется, можно отправляться в экспедицию и снимать урожай.
— Думаю, в этом походе будет рекордное количество ценных находок.
— Скорее всего. Когда в прошлый раз аномалия так активно выбрасывала чужеродную энергию, искатели озолотились, а империя получила редчайший артефакт — Разящую Трубу, — загалдели искатели, перебивая друг друга.
Мы с Оли в очередной раз переглянулись и уже не выдержали.
— Ту, благодаря которой империя выиграла последнюю войну сто лет назад?
— Выходит, подобные волнения случаются редко? — выпалили мы хором.
— Да. Это уникальное явление, — подтвердил темноволосый здоровяк, и все закивали.
Парни действительно выглядели невероятно счастливыми.
— А опасность? Не может ли нам всем грозить опасность из-за такого волнения в аномалии? — осторожно поинтересовался один из помощников шеф-повара.
И тут парни погрузились в воспоминания и предположения. Мы с подругой даже не вспомнили о том, что собирались быстро перекусить и мчаться в дом генерала, чтобы перенести вещи. Вместо этого сидели и слушали, открыв рты!
— Тогда не только Трубу ведь нашли, но и другие удивительные артефакты. Думаете, просто так в нашу жизнь сотню лет назад вошли Ловцы Мгновений? Первый нашли в аномалии, а как только разобрались с принципом работы, пустили на поток — и теперь мы можем сохранить любое мгновенье своей жизни на память, — рассказал один из искателей, лысый худощавый молодой человек с заострёнными ушами.
  
Видимо, в его роду были эльфы.