Невеста под прикрытием, или Свадьбы не будет!

– Я видела его из окна, – сказала я.
А еще – Нортона, разгуливающего полуголым. Сейчас он набросил белую рубашку, которая слегка прилипла к влажному торсу, и оставил верхние пуговицы не застёгнутыми. Может, Фрида всем советует эту фишку с пуговицами, и теперь Нортон соблазняет меня? Его темные волосы были мокрыми и завились кудряшками, а я поймала себя на странном желании накрутить прядь на палец.
– Где-то поблизости есть озеро? – не сдержала я любопытства.
– Если пойти вдоль забора к лесу, в конце тропинки есть небольшая заводь. Но вода довольно прохладная.
Я покивала. Нортон разлил чай по чашкам, подвинул одну ко мне.
– Я говорил, что приму вас на работу с сегодняшнего дня, – начал он.
– Надеюсь, вы не передумали, господин Мрок.
Он вынул из кармана небольшую дощечку размером с ладонь и, положив ее на стол, сказал:
– Обычная процедура. Вроде небольшой проверки.
Я мельком глянула на руны, и у меня внутри словно что-то оборвалось.
– Какие-то проблемы? – спросил Нортон.
– Никаких, – заверила я, собравшись.
На боевке нас учили, как вести себя на допросах с применением магических средств, а сейчас меня ждал именно он. Передо мной лежал клятвенник, и я запоздало поняла, почему Фрида так убеждала себя, что поступает во благо хозяину.
– Я так понимаю, все слуги приносят вам клятву верности?
– Это не то чтобы клятва, – возразил Нортон. – Обещание не причинять вред. Кроме того, я хотел бы задать пару вопросов, на которые вам, Мариэль, не удастся солгать.
Ну, это мы еще посмотрим.
– Можно я выпью чай, пока не остыл? – попросила я. – А это, – кивнула на артефакт, – используем позже.
– Разумеется, – разрешил Нортон.
Съев творог, поморщился и, взяв чай, выпил едва не половину.
– Творог суховат, – прохрипел он.
– Хотя знаете, Нортон, слегка обидно, что вы мне не доверяете, – кокетливо произнесла я. Попытка – не пытка: вдруг удастся соскочить.
– Было бы странно, если бы я доверял вам, Мариэль, – заметил Нортон. – Я вас не знаю.
Забавно, что взять меня в жены он при этом готов.
Я оттягивала момент как могла: взяла булочку и сделала бутерброд с сыром, доела творог, в котором по счастью больше не попалось побелки, выпила чай.
Нортон расправился с завтраком, не вспомнив про сакральное число двадцать шесть, и терпеливо ждал, когда я закончу. Мое белое полотенечко вместо фартука тоже вполне его устроило. Нортон расслабленно сидел на плетеном стуле, любуясь ухоженным газоном и буйством цветов в саду, но я видела горящее в синих глазах предвкушение. Я думала, что легко переиграю женишка, но сейчас казалось, что это он играет со мной.
– У вас хороший аппетит, Мариэль, – сказал он, когда я поставила на поднос пустую чашку.
– Вычтите из моего жалованья, если считаете, что я вас объедаю, – предложила я. – Может, все же обсудим, сколько вы готовы мне платить?
– После, – отрезал Нортон, придвигая ко мне клятвенник и коварно улыбаясь. – Приступим?
***
Выдохнув, я положила ладонь на руны, которые тут же зажглись, подсвечивая мою кожу разноцветными искорками.
– Клянусь не причинять Нортону Мроку умышленного вреда, не портить специально его имущество, не красть, не подличать, работать честно, – выпалила я на одном дыхании, но Нортон обхватил мое запястье, не позволяя убрать руку.
Сильные пальцы держали меня аккуратно, но твердо.
– Я не собираюсь вырываться, – заверила я. – Добавить что-то к стандартной клятве? Чего вы хотите, Нортон?
Его взгляд вновь скользнул к моим губам, и я их облизнула. Вроде не перепачкалась.
– Вы действуете по чьему-то указанию? – спросил Норт после паузы.
Ах, вот оно что! Господин великий артефактор боится подсылов. Я ухмыльнулась.
– Я не собираюсь воровать ваши драгоценные артефакты.
Свечение клятвенника стало голубым, подтверждая, что я не вру.
– Отвечайте на поставленный вопрос, – потребовал Норт. – Вас кто-то подослал?
– Нет, – резко ответила я. – Меня никто не подсылал. Я действую исключительно по своей воле.
Нортон мельком глянул на клятвенник, и я тоже посмотрела вниз. Руны под кончиками моих пальцев по-прежнему мерцали голубым. Интересная штуковина. Обычные клятвенники просто вспыхивали после обещания, принимая его, и на этом все.
 
– А если я нарушу клятву, что будет? – полюбопытствовала я. – Меня ударит разрядом молнии? Появится клеймо на лбу? Я получу проклятие неудачи и несварения?
– Никакого физического ущерба, – успокоил меня Нортон. – И уж тем более клейма. Меньше всего мне бы хотелось портить вашу нежную кожу, Мариэль. Максимум – вы покраснеете от стыда, ведь я увижу, что вы врете. Но вы очаровательно краснеете.
– Как же вы узнаете, что я не сдержала клятву? – настойчиво поинтересовалась я, пропустив мимо ушей комплимент.
– Маленькое облачко, – ответил он.
– Забавно. Значит, внешний индикатор. Выходит, если я нарочно испорчу ваше имущество, то надо мной повиснет туча? Дождь пойдет?
– Возможно, – сказал Нортон. – Зависит от размера ущерба.
– Причиненного специально, – настойчиво повторила я, поскольку мне не хотелось оставлять хоть какую-то неопределенность.
Я могла бы доставать косточки вручную, и тогда вишневый фонтан не залил бы весь потолок. Считается ли, что это произошло по злому умыслу? Но, в любом случае, это произошло до принесения клятвы. Впредь я буду действовать осторожнее.
– Выходит, ваша история про жениха – правда, – недоверчиво подытожил Нортон.
Он все не убирал руку с моего запястья, хотя я послушно держала ладонь на клятвеннике.
– Целиком и полностью, – заверила я. – А можно я спрошу вас кое о чем, господин Мрок?
– Спрашивай, – позволил Нортон. – Но только если перестанешь называть меня господином. Предлагаю перейти на «ты», Мариэль. Раз уж нам предстоит тесное сотрудничество.
Его пальцы погладили мою кожу, но я провернула руку, перехватила его запястье, и теперь ладонь Мрока лежала на дощечке.
– Ты любишь свою невесту?
– Нет, – ответил он, не задумавшись ни на миг.
Я и не ждала другого ответа, но все же было обидно увидеть голубую вспышку рун.
– Почему же ты женишься на ней?
Нортон вздохнул, глядя на меня с раздражающей снисходительностью.
– Любовь – вовсе не необходимый ингредиент счастливой семьи, Мариэль. Похоже, у тебя было слишком много времени на сентиментальные романчики. На бытовом факультете нагрузка так себе, да?
– Что же по-твоему залог удачного брака? – поинтересовалась я. – Просвети меня, Нортон.
– Общие цели, схожее воспитание, взаимная симпатия, – перечислил он. – Твой жених тебе совсем неприятен?
– Мерзкий тип, – ответила я. – А твоя невеста, значит, симпатичная?
– Вообще-то я ее почти не помню, – чистосердечно признался он. – Я не видел ее ни разу с момента помолвки. Вот уже лет десять.
Я притворно ужаснулась, а Нортон ловко убрал руку с клятвенника моим же приемом, и не успела я опомниться, как моя ладонь вновь легла на теплую дощечку. Норт придвинулся ближе, и теперь его бедро прижималось к моему.
– А я ведь подумал, что это она могла тебя подослать, – признался он, и мое сердце застучало быстрее. Как близко подошел к разгадке!
– Зачем бы ей это? – нарочито небрежно спросила я.
– Проверить жениха на твердость устоев.
– Если бы это было так, ты бы уже позорно завалил проверку, – фыркнула я. – Аккурат после первого собеседования.
– Между нами ничего не было, – напомнил он и нахально уточнил: – Пока что.
Я попыталась убрать ладонь с клятвенника, но Нортон прижал ее своею.
– А ты, Мариэль? Что чувствуешь ко мне?
– Я не хочу отвечать на этот вопрос, – заявила я.
– Это стандартный интерес нанимателя, – возразил Нортон. – Работники должны быть благонадежны. Не думай, что я не заметил, как ты перефразировала клятву, добавив слова про умышленный вред.
– Это мой первый опыт работы, – пояснила я. – Боюсь сделать что-то не так не нарочно. А то буду потом бродить под дождем.