Испытание смертью (СИ)

— «Как насекомое», — к нему пришло понимание своей ничтожности.
Но не одна её мощь поражала — размер монстра также не подавался здравой оценке. Существо, которое могло свободно бороздить вселенные — это было ужасно и в тоже время прекрасно.
Наблюдая за удаляющимся существо, он осознавал, что сегодня прикоснулся к одному из секретов мироздания. И он точно не хотел узнать остальные.
— Значит вот что увидел Люцифер, — он восхищённо прошептал. — Всё это… Невероятно!
Ещё считаные мгновения он наблюдал за прекрасным и изменчивым «океаном» из мирозданий, как позади него образовался чёрный вихрь — из него показалась рука, будто бы созданная из ожившей тьмы, — она увлекла Падшего за собой в портал.
— Ты зашёл слишком далеко, маленький Бог, — на последнем слове пришелец усмехнулся, — тебе стоит быть аккуратней. Хаос — не то место, где тебе хотелось бы закончить свой путь. Хотя именно здесь ты не сможешь умереть окончательно.
Падший некоторое время пребывал в растерянности, не осознавая произошедшего. Ещё мгновение назад он был в мире где столько красок и цветов, а сейчас он располагался в идеально белом пространстве. Оглядевшись, он увидел несколько кресел, стоявших напротив друг друга.
В одном из них уже сидела это существо: его тело представляло из себя сгусток будто бы ожившей тьмы. Хоть у него и не было глаз, но Падший чувствовал, как он пристально наблюдает за каждым его действием.
— Опасно бродить по Хаосу без проводника знаешь ли, — произнёс тень грубым мужским голосом. — Ещё бы немного и ты мог угодить в пасть пожирателям планет — они любят перекусить маленьким богами вроде тебя, хи-хи.
— Кто ты такой? — напряжённо спросил Падший, выпрямившись.
— Твой спаситель, хи-и, — с каждым произнесённым словом голос пришельца изменялся: вначале он принадлежал старику, затем женщине. — Конфетку? — он протянул руку в которой была сладость.
Падший не шелохнулся.
— Как хочешь, — существо равнодушно пожало плечами.
В месте, где должно было находиться лицо была лишь тьма, разломившаяся на две части, создавая подобие искажённого рта. Конфета улетела в эту раскрытую бездну — пережевав, пришелец улыбнулось ему жуткой улыбкой в виде перевёрнутого полумесяца.
— Это т-ты стоишь за всем? — поборов появившийся ужас перед непонятным существом, всё же спросил Падший.
— «За всем?» — задумчиво спросила тень голосом маленького мальчика, склонив голову набок.
— Ты рассказал Авелю о наших планах? Ты тот, кто руководил всем из-за кулис?
— Хм, дайка подумать, — существо задумалось, — да! Ты прав, но не совсем.
— Так объясни! — бросил он более резко чем планировал и успел тут же об этом пожалеть, опасаясь его гнева. Но существо будто бы не заметило резкий тон бога.
— Но зачем мне это делать? — оно вновь задумчиво склонило голову.
«И правда, зачем ему мне что-то рассказать? Потому что я хочу знать?» — пришелец видел метания Падшего и устало вздохнуло.
— Вот поэтому ты всего лишь «ладья» — на секунду в его голосе проскочили истинные нотки. И в этих нотках он услышал разочарование.
— Что? — удивился Падший.
— У тебя был такой хороший потенциал, такая история, — он будто бы разговаривал сам с собой, полностью забыв о собеседнике. — Я даже хотел сделать тебя «ферзём», но планы изменились, хи-хи. — Его голос вновь изменился.
— «Ладья, ферзь…» — я ничего не понимаю!
— Ах да, прости, маленький бог, — Падшему не нравилась его пренебрежительность, — я просто огромный фанат шахмат и стараюсь всё ассоциировать с ними. Позволь же объяснить: все ваши битвы, войны, интриги и смерти — всё это для меня лишь игра или партия. И в ней, как и в шахматах — есть «игрок», но тут он один.
— И этим «игроком» являешься ты?
— Верно! И по сколько я один, следовательно, лишь Я управляю игрой. Только я решаю какая из фигур покинет доску, а какая пройдёт дальше.
В пространстве перед ними появился стол, на котором была шахматная доска, но на ней были лишь чёрные фигуры, которые располагались лишь с одной стороны — стороны пришельца.
 
— «Король» — самая важная фигура всей партии. Именно на нём строиться вся игра. У него самый большой потенциал, огромные связи с другими фигурами — на нём всё строить и без него ничего не выйдет.
— И кто является «королём» в твоей игре? — Падший сел в кресло напротив тени.
— А ты ещё не догадался? — Падший начал быстро перебирать всех известных ему людей и лишь один подошёл под это описание.
— Авель.
— Верно! Он был идеальной фигурой, — пришелец восхищённо уставился на фигуру короля на доске. — Всё это поле. — Он указал на доску. — Все фигуры и события были выстроены для него. И он не разочаровал. Но к Авелю мы ещё вернёмся позже.
— Следующий по значимости — «ферзь», — в ряд выстроилось четыре фигур. — Обычно, ферзь — это противник короля. — одна из фигур перекрасилась в белый, встав на против остальных. — На них также строиться большая часть истории и почти каждый из них незаменим. Можешь перечислить этих четверых?
Падший задумался.
— Люцифер, Кровавая Императрица, Маршал, и… Я?
— Нет, хи-хи, — тень хихикнула, — я же сказал: «ты всего лишь ладья». Хоть я и планировал сделать тебя пятым, но, нет. Четвёртым «ферзём» является Александр. Неожиданно, правда? Я тоже был удивлён, но о нём тоже немного позже.
За «ферзями» следуют «ладьи» — такие как ты, — пришелец указал на сидящего Падшего. — У вас интересная история и вы также важны для сюжета, но уже в отличии от вышестоящих вас можно заменить. И вас намного больше: например, некоторые спутники нынешнего «короля», часть EX рангов и ты. Можно сказать, вы кто-то вроде второстепенных персонажей. — Он вновь хихикнул.
Слоны, — он задумчиво повертел в руке фигуру. — Они служат чем-то вроде дополнения к вам, «ладьям». Для партии они не сильно важны и сами по себе имеют мало сюжетной ценности. К ним относятся оставшиеся EX ранги — которые не смогли статья «ладьей», — оставшиеся и малозначительные спутник «короля» и лидеры твоей организации.
«Кони», они лишь чуть значительнее «пешки». Их влияние на сюжет почти незначительно и единственное, что отличает их от безликих «пешек» — они хоть как-то взаимодействуют со всеми остальными. Можно сказать, что они «одноразовые герои».
И наконец моя любимая «пешка», они олицетворяют всех остальных. Они — все те безликие люди, которые могут умирать пачками в разборках «ферзей, ладьей и королей» и всем будет на это плевать. Они никак не взаимодействуют с другими фигурами, представляя собой лишь фон для демонстрации важности других фигур. Как-то так. — Он откинулся на спинку кресла.
Падший молчал, обдумывая услышанное. Он никак не мог понять сидящего на против него, его мотивы и возможности, но точно знал — он почти всемогущ.
— Ты обещал вернуться к Авелю и Александру, — напомнил Падший.
— И я вернусь, а теперь задай тот самый вопрос, — Падший недоумённо уставился тень, на что та явно закатила глаза. — Все задают мне этот вопрос: «зачем ты мне всё это рассказываешь?». Ну же, задай его! — требовательно и даже несколько угрожающе произнёс пришелец. И Падший не смел его расстраивать.
— Зачем ты мне всё это рассказываешь? — на его вопрос улыбка тени стала ещё более жуткой.
— Потому что ты получил уникальную возможность стать пятым! Прямо сейчас ты можешь стать «ферзём», — он по девичьи захихикал, а через мгновение его голос сменился на мудрого старца. — И собственного ради этого я вытащил тебя из Хаоса, а не оставил на корм его обитателям.
— Но… ради чего? — напряжённо спросил Падший.
— Тише, не спеши, — сейчас его искажённый голос походил на шёпот матери, предостерегающей своё дитя, — сейчас я тебе всё расскажу, но начнём сначала: