Испытание смертью (СИ)
Я помню ту неизвестную атаку, после которой Люцифер проиграл. Тело престало слушаться, а контроль над силой испарился — он стал лёгкой добычей для Авеля и Валькьери.
— Не знал, что она повлияла и на вас.
— Первый к тому моменту ринулся на помощь Холоду и Пламени, а я пытался отыскать Иву.
— Эта волна спасла нам жизнь, — начала Ива. — Те, кто схватили нас, оказались одержимыми. Волна их уничтожила, но они успели покалечить Рона, когда тот пытался защитить меня… А затем один из снарядов прилетев в дома и часть его крыши обрушилась на меня. После этого я ничего не помню
— Волна слишком сильно ослабила меня, боюсь, я бы даже не смог одолеть обычного гвардейца, — Второй скрестил руки в замок, опустив голову. — Мне даже страшно представить с чем столкнулся Первый, когда схлестнулся с Драгоном.
— Когда я нашёл их Рон был в ужасном состоянии: всё лицо было в крови, множество синяков и преломив. А затем я увидел лежащую под обломками Иву и моё сердце… Я плохо помню те события. Помню, что как безумный пытался вытащить её оттуда и когда наконец у меня это получилось появился он. — Второй посмотрел на полубога, мирно пьющего чай.
— Полагаю, теперь моя очередь, — он положил пустую чашку на стол.
— Почему ты не убил Второго? — задал Даниил, интересующий его вопрос.
— Эта война изначально не была мне интересна. Я просто шёл за «следом». Такая родная и при этом чужая энергия смерти, она заинтересовала меня. И след привёл меня к ним, — EX ранг кивнул в сторону парочки. — Второй прижал к себе потерявшую сознание Иву — я сразу же распознал в нём демона и был готов лишить жизни.
— Что тебя остановило?
— … Его взгляд. Он не боялся меня, в нём была лишь решительность. Второй схватился за лук и тогда я увидел Её.
— «Её»? — переспросил Даниил.
— Смерть, она стояла позади него, спрятав косу. Тогда-то я и понял: их время ещё не пришло.
— И только из-за этого силуэта ты решил им помочь?
— Нет, — полубог покачал головой. — Дети Безликой Госпожи никогда не бросают друг друга. И наша Мать оборвёт жизнь любого, кто посмеет навредить нам, её любимым детям.
— «Безликая Госпожа? Очередной бог или нечто большее? Насколько я знаю, один из пяти величайших богов имеет титул Бога Смерти. Может ли он быть связан с этой таинственной Безликой?»
— Чёрная Смерть помог нам выбраться из Пробы и позволил укрыться здесь. С помощью своей косы он обрубил узы, что связывали нас с Люцифером, — произнёс Второй. — Отныне, мы мертвы для него.
— Но что случилось с Первым? — спросил Даниил.
В это же мгновение лица Ивы и Второго помрачнели.
— Он выжил. Их спасли… Я не знаю кто, но они смогли уйти из лап Драгона. Первый был в ужасном состоянии: всё его тело покрывали ожоги — пламя золотого Дракона не было обычным и это приносило ещё большую боль. Но хуже всего то, что… — Второго затрясло. — Эта мерзкая сука… Она обвинила его в измене и заковала в темницу.
— Откуда ты знаешь это?
— Между мной и Первым существует связь. Иногда я вижу его глазами, могу погрузиться в его воспоминания.
— Почему Люцифер и Падший не вмешаться? Первый является довольно сильный и важной фугой.
— Люцифер уже давно… сам не свой, а Падший — я не знаю его мотивов. Самое ужасное, они отдали всю полноту власти Истязательнице! Почти каждый день она приходит к Первому. Раны, нанесённые Драгоном не могут исцелиться и каждый день она истязает его из-за меня. — Второй вскочил. — На протяжении всех этих пяти лет он принимает боль, которую должен был получить я! — По его щеке демона скатилось одинокая слеза. — У меня нет силы, чтобы спасти его. Первый бы хотел, чтобы я был счастлив и забыл о нём, но я не могу забыть…
— После всего произошедшего я не могу просить вас о таком, но, — демон решительно посмотрел на Даниила, упав перед ним на колени. — Помогите мне спасти брата, повелитель.
***
Первый — бывший генерал, первый из призванных Люцифером, его некогда правая рука, а ныне — жалкий предатель. Большая часть его тела была покрыта ожогами, которые никак не хотели затягиваться. Эта ноющая боль свела бы с ума любого, но только не одного из двух первородных.
За годы пыток его тело стало покрытом множеством шрамов. Он очень сильно исхудал, почти все волосы выпали, а те что остались — поседели. И тем не менее он остался не сломлен.
В редкие моменты он мог видеть глазами Второго, его счастливую жизнь — эти моменты предавали сил Первому. Счастье его брата — это доказывало то, что он не зря боролся.
— Не смей терять сознание! — железный кнут рассёк лицо Первого.
Замыленным взглядом он уставился на свою пленительную. Истязательница — правая рука Люцифера, женщина с густыми чёрными волосами и не менее чёрной душой, если бы та у неё была. Она была красива и не менее мстительна.
Каждый день она посещала его, игралась с ним, даруя всевозможные виды боли. Но он привык… привык к тому, что она приходит каждый день в одно и тоже время, стегает его стальным кнутом, а после ослепляет, чтобы он не смел смотреть на неё.
Спустя несколько часов зрение восстановиться и Первый почти перестал обращать на это внимание.
— Почти две тысячи дней ты делаешь одно и тоже. Разве… разве ты ну устала? От этой ненависти и злобы? — охрипшим голос спросил демон.
— Мне никогда это не надоест, — она схватила его за подбородок и заставила посмотреть прямо в глаза. — Второй мёртв, как и его девка, а значит остался только ты.
— Ромео давно отпустил эту боль…
— Но не я! — она сжала его обугленную кожу, даруя очередной приступ режущей боли. — Он мягкотелый идиот без яиц! Он никогда не мог сделать то что нужно… Имена из-за этого мы оказались в той ситуации и именно из-за этого я превратилась вот в это. — Демоница посмотрела на свои окровавленные руки. — И вы ответите за это. — Она вновь замахнулась для очередного удара как вдруг резко замерла.
На её прекрасном лице отобразилось раздражении.
— Сегодня тебе повезло, господин Падший срочно вызывает меня к себе, — она развернулась на каблуках и направилась к выходу. — Я вернусь завтра.
— Как и всегда, — прошептал первородный.
Послышался грохот закрывающейся двери, и камера вновь погрузилась во тьму. Наконец, Первый мог позволить себе расслабиться. Стоило ему закрыть глаза, как весь мир окрасился в яркий цвет. Прямо сейчас он наблюдал глазами Второго, но кроме этого он ещё мог слышать его ушами.
Первый видел стоящего перед ним человека и не мог заставить себя поверить. Прямо перед ним стоял его господин, истинный повелитель. Тот самый, который призвал его в Испытании: тоже лицо, пшеничные волосы, голубые глаза.
— Прости меня, что я так поздно, Первый, — этот голос… Он так давно его не слышал, что почти позабыл. — Мы спасём тебя, только подожди… Я обещаю тебе.
В то мгновение из глаз Первого потекли слёзы. Давно погасшие чувства словно бы вновь воспылали.
Внутри него вновь зародилась надежда.
Глава 25. Начало Ереси
— Так как ты впервые познакомилась с Каином? — спрашиваю я.
Императрица на мгновение отвела взгляд — в нём промелькнула боль.
— Ты был в Испытании и должен помнить финальное сражение, — я кивнул, — Авель рассказывал, что вы сразились с гибридом… Редкая тварь — помесь дракона и не пойми чего ещё. Многое бы отдала лишь бы заполучить себе хотя бы одну такую тварь…
— Разве он настолько редкий? — я скрестил руки на груди, откинувшись на кресло. — В этом мире обитают много разных тварей.
— И ещё больше вымерло… Драконы были истреблены, последний известный представитель этого вида был убит лично Каином.
— Драгон называет себя истинным драконом, — заметил я.
— «Истинным Драконом»… — Императрица презрительно усмехнулась. — Драгон — обычная ящерица-переросток. У истинных драконов кровь золотого цвета, а у этого недоразумения даже не голубая как у гибрида — она обычного красного цвета.