Необычный пациент (СИ)

— Алкоголь устраняет ментальные границы и рамки, мешающие человеку расслабиться в полной мере, но при этом он ещё и устраняет клетки головного мозга, так что всё-таки лучше уметь радоваться этой жизни без подобных помощников. Давай попробуем поучиться, — многозначительно заулыбался Азиз и, опустив руку на приближающуюся волну, предложил мне тоже зачерпнуть ладонью воду.
  
11 глава
 
Не понимая для чего это делать, я всё же с любопытством повторила действие Азиза. Прохладная морская влага приятно растеклась по коже.
— Что ты чувствуешь? — поинтересовался он.
— Рука стала мокрой.
— А что ещё?
— Что она стала чуть прохладнее.
— А теперь опусти эту ладонь в воду и подержи её так какое-то время.
— Для чего? Я ведь итак понимаю, что она станет совсем холодной.
— Теория не то же самое что практика. Мыслями можно представить что угодно, но лишь чувственный опыт позволяет нам осознать что-то по-настоящему.
— Это глупо, Азиз, я не буду больше поддерживать твои странности.
— Ты уже начала этот урок, Лина, и так или иначе теперь его нужно пройти до конца, — с этими словами он резко загрёб руками воду, направив её в мою сторону, и крупные холодные капли до замирания сердца стали покрывать оголённые участки моей кожи.
— Да ты реально псих! Зачем ты это сделал⁈ — От неожиданно испытанного мной дискомфорта я вся покрылась мурашками.
Аз тут же снял свою футболку и, не смотря на мои возмущённые брыкания, укутал меня ею, крепко прижав к себе:
— А теперь чувствуй, как твоё охлаждённое тело благодарно принимает тепло.
— Благодарно⁈ Сначала облил меня, а теперь греть пытаешься? Добряк фигов! — сопротивляясь, я продолжала рассержено ворчать, пока на мгновение не словила настолько приятное чувство исходящего от Азиза тепла, что проникало будто в самую мою душу, полностью умиротворяя меня.
Почувствовав, как я расслабляюсь, Аз ослабил свою хватку, обняв меня нежнее.
Мне ещё никогда не было так хорошо и спокойно рядом с кем-то, что, впервые в жизни я, наплевав на все свои правила поведения в отношении малознакомых мужчин, просто позволила быть тому, чего сама хочу на данный момент.
Было так уютно стоять в мягких объятиях Азиза, что защищали меня от холодных порывов ветра, и, прислонившись к оголённой крепкой мужской груди, я наслаждалась пьянящим ароматом его горячей кожи.
Азиз был выше меня ростом, и, опустив свою голову, едва заметно вдохнул запах моих волос. В эту самую секунду настолько трогательное чувство пробрало меня прямо до дрожи, что, словно электричество, пронеслось волной через всё моё тело.
Я старалась не подать виду, как сейчас просто млею от переполняющих меня приятных ощущений, но, кажется, мой пациент всё прекрасно понимал.
Да и мой внутренний голос подсказывал, что Аз действительно искренне желает, чтобы я хоть ненадолго забыла обо всех насущных проблемах, и почувствовала, что нахожусь в безопасности. Мы стояли молча, но я без слов считала его посыл, о том, что он не даст меня в обиду и ни за что не обидит сам.
— А теперь взгляни вот на это скопление звёзд, — заговорил он негромко, продолжая погружать меня в настоящий момент, — если мысленно провести между основными точками линию, то, что это тебе напоминает?
— Похоже на вешалку для одежды. — Нехотя отлепив свою голову от Азиза, я посмотрела на небо.
— Отлично, — засмеялся он. — А мне это напоминает утюг, хотя на самом деле это созвездие Льва.
— Смотри падающая звезда! — воскликнула я восторженно, увидев, как яркий огонёк черкнул по тёмному полотну неба.
— А ты знаешь, что падающая звезда, вопреки своему названию, на самом деле просто кусок космической пыли или камня, который называется метеор?
— В курсе, мистер сэнсэй, тут для меня ты ничего нового не открыл, — самодовольно улыбнувшись, я посмотрела на Азиза.
Удивительной глубины взгляд его карих глаз вмиг обжёг меня своей заинтересованностью. Я почувствовала настолько сильное напряжение между нами, что, не выдержав, тут же отвела взгляд.
 
Прекрасно понимая, что сердце начинает биться быстрее не только у меня, от греха подальше резко оборвала эти неоправданно затянувшиеся обнимашки и вернула футболку обратно Азизу, чтобы он поскорее прикрыл свой чертовски привлекательный и смущающий меня торс.
— Согрелась?
— Да, спасибо. Хотя нет! — Меня обуревали противоречивые эмоции. — Благодарности тут тебе не положено. Позволяешь себе всякое… Не люблю холодную воду, да ещё и без предупреждения! Не делай так больше, хорошо?
— Мне пора уже заводить отдельный блокнот со всеми твоими «так не делай и так не называй», — рассмеялся Аз. — А я вот очень благодарен тебе, Ангелина, за этот незабываемый для меня вечер. Я очень счастливый человек, раз жизнь даёт мне право быть рядом с такой прекрасной девушкой, пусть даже в весьма неоднозначных обстоятельствах. Нужно уметь жить между смертями.
Последняя фраза Азиза напомнила мне о том, как будучи ещё по-настоящему моим пациентом в одном из своих рассказов о путешествиях он как-то уже упоминал об этом.
Он говорил что-то о волнах некоего вселенского океана, что ненадолго отделяясь от него, рано или поздно возвращаются обратно.
Я тогда не поняла смысла сказанных им слов, думая, что речь, скорее всего, идёт о теме перерождений. А теперь меня осенило:
— Так вот что ты имел ввиду, когда сравнивал жизнь с потоком волн и говорил, что если научиться расслабляться, когда накрывает и грести когда спокойно, то можно переплыть любое море.
— Я впечатлён, — искренне удивился он тому, что я не только вспомнила то, о чём он мне мимолётом повествовал лишь однажды, но ещё и проанализировала это сейчас. Ты правда поняла смысл этой фразы?
— Ну вот если представить это на самом простом примере, то вот ты знаешь, что завтра будет конец света, без какой либо возможности спастись. К примеру, взорвётся Солнце и поглотит все близлежащие планеты. Но у тебя есть сегодня. И ты можешь провести это сегодня либо в тревожном ожидании завтрашней участи, либо просто быть счастливым целый этот день. Или, например, у человека есть какая-то фиговая хроническая болезнь, которая стабильно обостряется два или три раза в году, но если человек живёт полной жизнью, наслаждаясь и радуясь насколько ему это возможно между так называемыми смертями, когда ему становится супер-плохо, то он по сути своей — счастливый. Ведь даже будучи здоровым и независимым можно всю жизнь прожить в страхе перед неминуемой смертью, что рано или поздно ждёт каждого.
— Молодец, Лина, у тебя очень хорошо получается. А на текущем нашем опыте сможешь объяснить?
— Да, нас ищут плохие ребята, и может найдут. Да, люди, которым мы не безразличны, переживают за нас. Но сейчас мы пока что в безопасности, мы здоровы, сыты и никак не можем повлиять на эмоции наших близких. Нас окружает прекрасный пейзаж, и мы можем просто этим наслаждаться.
— А ты и правда быстро обучаешься, — шутливо подмигнул он мне, напоминая о моей недавней попытке выпендриться, что неудачно закончилась настоящим выстрелом из пистолета.
Поднялся ещё более сильный ветер и, собрав остатки пикниковой роскоши, мы двинулись в сторону дома. Взбираясь по пригорку, Азиз без спросу приобнял меня за талию.
— Что ты себе опять позволяешь⁈ — Я возмущённо отстранилась, подумав, что этот наглец из-за моей небольшой слабости на берегу, теперь решил, что ему всё можно. — Или ты меня реально женщиной лёгкого поведения считаешь?
— Что? Я просто хотел помочь тебе, — удивлённо пожал плечами Аз, — ты же босиком, а здесь такой резкий подъём.
Надо сказать, что я и правда немного забуксовала, и Азиз теперь просто подал мне руку, чтобы помочь взобраться.
— С чего ты взяла, что я считаю тебя женщиной лёгкого поведения?
— А зачем ты тогда сказал тому мужику, что снял меня по дороге?
— Подвал с вип-комнатами — это единственное место в клубе, где нет камер, но зато есть прослушка, а охранники в подобных местах не самые хорошие люди, и я решил не светить твою настоящую личность, чтобы не навлечь на тебя впоследствии дополнительных преследований.