Станционный хранитель (СИ)
— И чего хотят?
— Обычно просто пообщаться. Могут оказать помощь в сложной ситуации, но по этому поводу есть сомнения — кажется, документально ни один случай не подтвердился. Именно поэтому многие считают, что нет никаких Предтеч, а есть просто повторяющиеся галлюцинации. Сарги, мол, придумали красивую легенду, а остальные подхватили. И могут даже в нее искренне верить. Есть множество непроверенных историй и анекдотов… Ну, вы слышали, что сказала Аллероп: будто бы встреча с кентагирцами — знак будущих грандиозных свершений. Есть мнение, что это не древняя раса, а наоборот, люди из будущего, которые навещают великих деятелей до того, как те прославились. Или, может быть, этот эффект обусловлен самосбывающимся пророчеством. Или, как считает Аллероп-Аллероп, после встречи с ними люди просто переосмысливают свою жизнь и пытаются что-то изменить. У некоторых получается.
Помолчав, Миа признается:
— Мне правда очень бы хотелось увидеть кентагирцев. Даже если они галлюцинация. В космосе их встречают чаще, чем на планетах.
Мне приходит в голову неожиданная мысль.
— А из тех, кто работает на станции, их видели многие?
— Нор-Е видел, — отвечает Миа. — И вроде бы адмирал Виоланна, хотя она у нас и не работает, просто часто бывает.
Тут я окончательно убеждаюсь: я их видел тоже. Та ожившая фотография из комнаты моего деда — что это еще могло быть?
Интересно только, зачем они приходили? Даже разговаривать не стали! Может быть, собираются еще раз навестить?
Знак грядущих свершений, говорите? Хорошо, коли так. Хотя что-то мне подсказывает: встреча с ними может быть и признаком грядущего великолепного провала.
Короче, поглядим.
Глава 12 (без правок)
Кулинарный конкурс — та еще напасть, это я даже по игре помню. Причем там многие условности здорово облегчали мне жизнь, хотя тогда я думал, что в капсульной версии игры все максимально приближено к реальности.
Ну, что сказать? Наивный чукотский мальчик.
Хотя нет. Чукчи, судя по тому, что я о них читал, народ веселый, оптимистичный и смышленый. Я же чувствовал себя, скорее, ничего не соображающим идиотом откуда-то из мрачного гетто, который видит весь мир в черных красках.
— Почему вы хотите обязательно пропускать все блюда через анализатор непосредственно на мероприятии? — удивляется Миа. — Вы думаете, что участники попытаются кого-то отравить? Но мы ведь проверим их рецептуру заранее… Ах, вы думаете, что они нарочно? Но зачем?!
На этом месте я ощущаю себя выходцем из мрачного гетто. В самом деле, зачем участник экспериментального предприятия на экспериментальном космическом объекте может попытаться это мероприятие саботировать? Смешно же.
— Правильно думает, — одобряет меня Вергаас. — Наш капитан — молоток. Только специально лезть в каждую плошку не нужно, просто настроим камеры наблюдения на спектрографический анализ. Загоним в базу данных то, как эти блюда должны выглядеть, на предварительном прогоне, и чуть что-то отличается — вуаля, дисквалификация.
На этом месте я ощущаю себя идиотом. В самом деле, если у них даже средства дезинфекции практически неощутимы и не доставляют неудобств, то, ясное дело, и способы бесконтактно проверить наличие вредоносных агентов тоже наверняка есть. И я даже должен был про эти способы читать. И наверняка читал. Но ни хрена не помню.
Но это так, цветочки. Главная головная боль — многочисленные согласования по поводу того, что запрещено, что разрешено подавать на конкурсе. А поиск и оборудование помещения — то, что прошло мимо меня в прошлый раз? А реклама? Офигенная задачка — найди средства на рекламу в бюджете, которым тебе запрещено распоряжаться!
Впрочем, как и в игре, мы воспользовались внутренней системой оповещения станции. А еще помог Абдуркан Рахман, который согласился, во-первых, раззвонить о конкурсе в своем блоге, во-вторых, прилететь в качестве почетного гостя и члена жюри. Ведущим, однако, он стать не согласился. Мийгран показала мне его ответ на ее письмо: «Нет уж, дорогая, слишком часто я попадал в такие переделки, где ведущего потом съедали!»
— У него какая-то мания насчет съедения, — говорю я, взглянув на это письмо. — При мне он тоже об этом говорил.
— Ах, капитан, — отвечает Мийгран, — если бы вас попытались съесть хоть раз, вы бы знали, какой глубокий шрам это оставляет на психике! А с Абдурканом это случилось, кажется, раз пять.
— Если верить его словам.
— Абдуркану можно верить, он исключительно правдив и очень наблюдателен. Понимаю, по его манере болтать этого не скажешь, но тем не менее. Вы же читали его книги… по крайней мере отрывки.
— Допустим, — неохотно говорю я, — но что он написал о Земле в своем блоге…
— Блог — это одно, а серьезная монография, даже научно-популярная — совсем другое. В ней хайп не нужен и неуместен… ну, если вы считаете себя исследователем, а не шарлатаном. Кроме того, скажите, положа руку на сердце, что он взял с потолка хотя бы один факт, а не просто приукрасил или слегка адаптировал имеющееся?
Мне хочется высказать Мийгран все, что я думаю об этом «приукрашивании» и «легкой адаптации», но понимаю, что не время и не место.
В общем-то это не главное — пусть Абдуркан врет и в своих блогах, и в своих книгах, пусть хоть вообще ни слова правды не напишет! Главное, что люди это читают, и что им нравится. И что таким образом он сумел собрать довольно большую аудиторию, которая, при удаче, явится на наше мероприятие.
И, как всегда, хлопоты по поводу конкурса не отменяют всех прочих хлопот. Одна из них — поиск финансирования и помещения для нашей будущей медицинской академии. Другая — работа над экстерриториальностью станции. По словам Миа и Бриа, тут может помочь только адмирал Виоланна, которая вхожа к сильным мира сего. Без нее, мол, обе девушки даже не знают, как браться за дело.
Для меня это все несколько странно: в игре Виоланна была явной антагонисткой, к тому же не слишком умной; на «босса» не тянула. Конечно, я уже неоднократно слышал о том, что она на самом деле крупный союзник станции, наша «мохнатая лапа» в кулуарах Межзвездного содружества. Но одно дело слышать, а другое дело — верить. Тем более, что когда я прибыл на станцию, Виоланны на ней не было: она официально не входила в экипаж, а занимала должность старшего координатора-консультанта от Межзвездного содружества, а значит, спокойно могла заниматься своими делами в других местах и бывать на «Узле» только наездами.
И вот наконец пришло время с ней встретиться: она должна была прибыть как раз накануне кулинарного конкурса.
Не могу сказать, что эта встреча меня нервирует и что накануне я не сплю, однако Белкину достается дополнительная порция поглаживаний: пока я не наладил стабильную работу этой самой межвидовой медицинской службы, никаких других успокоительных (или наоборот, возбуждающих) средств принять я не могу. У меня есть небольшая аптечка, которую я привез с Земли — действительно небольшая, и больше всего в ней препаратов для Белкина (и почти все остальные — двойного назначения, которые можно принимать и людям, и котам в разной дозировке) — но ее содержимое я берегу для совсем безвыходных случаев.
А что касается сна, то с ним у меня проблем нет: мои желания в этой сфере по-прежнему намного опережают мои возможности.
* * *С Виоланной мы встречаемся не у меня в кабинете, а в ее апартаментах в модуле преи. Впервые мне выдается случай побывать здесь в реальности, хотя мне в руки попадали видео с камер службы безопасности. Если верить им, то внутри обиталище особенно не отличается от того, что нарисовали в игре: огромная оранжерея, внутри которой в невесомости парят растения и постоянно в воздухе влажная взвесь.
Однако, как оказалось, видео не передавали главного: оранжерея встроена в многоуровневый город.
Именно встроена… или, лучше сказать, город встроен в оранжерею?
На входе меня встречают две неулыбчивые зайки — именно женщины, это видно по их более хрупкому сложению. Они в военной форме, но говорят со мной вежливо, без истеричной нахрапистости игровых преи.