Станционный хранитель (СИ)
— Поэтому, — продолжает Коля, — в том, что тебя сюда подняли на волне хайпа, ничего нет удивительного. Мне интересно другое — наше правительство правда верит, что за тобой прилетит НЛО?
— Убедить в чем-то политиков — не так-то сложно, — морщится Женя.
— Обязательно прилетит, — вдруг говорит Нараян. — Наверняка были стальные доказательства.
— Ага, — кивает Руслан, — титановые, — и смеется.
— А как хоть выглядит этот пепелац? — спрашивает Коля. — Эти умники из ЦУПа ничего мне не сообщили.
— Не знаю, — развожу я руками. — Я вам могу нарисовать основные виды космических кораблей для каждой из рас, с которой я сталкивался, но мне не сказали, какой за мной прилетит. Похоже, отправят попутку.
— Знаешь что, а нарисуй ты мне правда эти силуэты, — говорит Коля. — Хоть знать будем примерно, чего ожидать.
— Но они могут и по-другому выглядеть! Я же не знаю, как именно наши дезигнеры над вводными поиздевались! — тут я соображаю, что на самом деле мне все эти «вводные» кинули, их нужно просто посмотреть. Черт, надо было выкроить на это время… например, оторвать от тех пятнадцати минут в день, которые я проводил за едой.
Космонавты переглядываются.
Коля вздыхает.
— Ладно, будем надеяться, что нас предупредят о дорогих гостях хотя бы за час-другой.
— Слушай, и ты правда этого всего чисто через игру добился? — спрашивает вдруг Женя.
В глазах у нее неподдельная зависть.
Почему-то — путь ассоциаций извилист — вспоминаю Оксану, и мне становится жаль, что я не попрощался с ней. Даже номер не взял, так что и написать потом не мог.
— Чисто через нее, — говорю я. — Сперва тестировал… ну как тестировал, получилось, что больше просто играл. Потом оказалось, что с моей помощью искин настоящей станции решал свои задачи…
— И кот был с тобой? — это уже недоверчиво спрашивает Олег. Последнюю минуту он почесывает Белкина за ухом, надеясь, что тот перейдет на руки к нему, но тот пока хранит верность индийцу.
— И кот, — говорю я.
— А они точно нормально там к нему отнесутся? — спрашивает Руслан. — А то, может, пусть он тут лучше с нами потусуется? — и смотрит с надеждой на Колю.
— Соблазнительно, но нет, — серьезно говорит наш командир. — Программой полета не предусмотрено.
— А что предусмотрено программой полета?
— Предусмотрено, что сейчас и до семнадцати ноль-ноль, то есть до ужина, мы все находимся на своих рабочих станциях. Кроме кота.
У меня тоже есть рабочая станция. И даже работа есть: я занимаюсь изучением массива документов, присланных мне с настоящей станции «Узел». Как я понял, кое с чем я уже успел познакомиться через игру, а пуще того, через данные, которые мне передал Нор-Е — один из живых операторов, общавшийся со мной посредством своего непися-аватара. Но теперь их объем разбух в несколько раз.
А у меня за эти две недели не было времени даже одним глазком заглянуть в эту инфу: предполетная подготовка сжирала все время и даже немного больше.
Теперь же время наконец появилось.
С трудом, перебирая руками по стенке, мне удается доползти до своей зоны. (В невесомости я за эти две недели тренировался только два раза, и не сказать чтобы делал большие успехи.)
Думаю, что даже странно: почему-то меня совершенно не волнует, что будет со мной, если меня не заберут. Во-первых, я счастлив оказаться в космосе, можно сказать, всю жизнь ждал. Во-вторых, это все не моя забота. Моя забота — хорошо сделать дело, на которое я подписался, и только. Стоит так решить, и жить вообще становится легче.
В этот момент на командирском пульте загорается сигнал о выходе на связь.
— Станция «Мир-2», — говорит голос незнакомого мне диспетчера, — к вам приближается неопознанный летающий объект!
— Вас не понял, повторите, — нейтральным тоном произносит Коля.
— Неопознанный летающий объект, на восемь часов от вас в плоскости эклиптики. Переключаю на него.
Голос диспетчера пропадает. Взамен звенят какие-то колокольчики, и из динамика раздается совсем другой голос. Он говорит по-русски, но неуверенно — слова проговаривает четко, а интонация совсем не та, и паузы между словами не там.
— Абдуркан Рахман вызывает станцию «Мир-2». Вы меня слышите? Прием.
Коля тянется к микрофону. Его душевное состояние выдает разве что короткая пауза перед тем, как он нажимает кнопку.
— Слышу вас хорошо. Вы собираетесь с нами стыковаться или предполагается выход в открытый космос? Прием.
— У меня универсальный переходник, могу стыковаться со шлюзами любых конфигураций. Пожалуйста, укажите стандартными обозначениями верх и низ. Прием.
Коля оборачивается на меня.
— Какие стандартные обозначения? И зачем?
К своему удивлению, я знаю ответ:
— Голубой огонь — верх, оранжевый — низ. У них искусственная гравитация.
— Да вашу ж машу! — Руслан внезапно почему-то злится, хотя только что веселился. — Вот так запросто — и гравитация?!
— Ну и дела, — бормочет Коля. — Я правда сейчас говорил с инопланетянином!
У меня шок похлеще: я только что говорил с персонажем компьютерной игрушки!
Глава 2 (без правок)
Мы все сгрудились в контрольном центре: это маленький закуток, где над «конференц-столом» (крохотным таким раскладным столиком) еще во времена МКС приклеили фотографии Гагарина и Королева, а стены увешаны компьютерами и другими приборами. В полу тут есть два крохотных иллюминатора — не то же самое, что гигантские окна Купола, но Купол развернут в другую сторону, к Земле, он нам сейчас бесполезен. Впрочем, из этих иллюминаторов тоже ничего путного не видно.
— Где же, черт возьми, этот Чужой… — бормочет Коля.
— Может, ошибся? — предлагает Олег. — Пошел на стыковку с каким-нибудь спутником побольше и удивляется, чего ему никто не отвечает?
— Типун тебе на…
Тут словно по заказу оживает радио. Оттуда снова доносится перезвон колокольчиков, потом — уже знакомый голос «этнографа и великого путешественника».
— Станция «Мир-2», нахожусь на расстоянии ста километров, приближаюсь. Прием.
— Абдуркан, наш радар вас не берет. Уточните координаты. Прием.
— А, он и не должен брать! — отзывается путешественник довольно легкомысленным тоном. — Это моя маскировка. Мне ее установили на планете… впрочем, ее название ничего вам не скажет… в благодарность за одно важное дело, детали которого я не имею права разглашать. Не снимаю ее по просьбе вашего правительства. На расстоянии прямой видимости меня можно будет заметить. Прием.
— Я пошла в Купол, — решительно заявляет Женя, пока Коля обменивается с инопланетянином техническими подробностями. — Кто со мной?
Разумеется, с ней отправляются почти все — кроме Нараяна, который по расписанию должен быть на подхвате у Коли.
В Куполе нам четверым еле хватает места. Мы как зачарованные пялимся на Землю — там сейчас ночь, почти ничего не видно, потому что мы пролетаем над океаном. Олег первым замечает:
— Смотрите-ка!
Корабль Абдуркана выглядит как блестящая точка, крупнее и ярче далеких звезд — маленький диск. Он быстро, слишком близко на мой вкус, приближается.
К моему удивлению, он совершенно не похож на формы космических кораблей, которые я видел в игре. Больше всего он напоминает сморщенный огурец или баклажан со странными выростами.
— Как он будет стыковаться? — бормочет Женя. — Ему ведь нечем…
— Инопланетные технологии, должно быть, — отвечает Олег. — Меня больше интересует, как он так быстро затормозит! Если двигателями, то там же адовы перегрузки…
— Искусственная гравитация, должно быть, — передразнивает его Женя.
— Как? Как на этой крохотуле — и антиграв?! — убитым тоном вопрошает Руслан.
Известие об антигравитации, очевидно, затронуло в нем что-то личное.
Мне тоже любопытно, как Абдуркан собирается пристыковываться. И я очень скоро получаю ответ на свой вопрос.
С нашей точки зрения кажется, будто его кораблик «падает» на наш стыковочный разъем. Ну или снижается, но слово «снижение» не передает всей скорости процесса.