Станционный хранитель (СИ)

Вся эта внутренняя выволочка продолжается меньше секунды. Почти без перерыва я продолжаю:
— …не уронили ваше доверие. Выборы были проведены четко, с использованием максимально надежных стандартов безопасности…
Я продолжаю разливаться соловьем, мешая канцелярит с техническим суржиком. Ощущение странное: с одной стороны я чувствую себя как студент, за ночь перед сессией впихнувший в себя невпихуемый объем материала. С другой — как тот же студент, который этот материал внезапно понял, и теперь испытывает настоящее вдохновение.
Потому что — таки да! До меня все — или почти все — дошло. Я тщательно проштудировал переданные мне данные, я проверил все с Томирлом (подавив дрожь перед его студенистой внешностью) и с Нор-Е, я тщательно отрепетировал речь в своей каюте перед зеркалом (и перед Белкиным) и я рассказал все Миа. Та внесла пару небольших поправок, но в целом одобрила.
А еще из-за этой тщательной подготовки я поспал хорошо если пять часов этой ночью и даже в своей каюте не успел толком обжиться, поэтому мое вдохновение носит слегка маниакальный характер.
— …Из чего следует, — заканчиваю я, — что станция «Узел» — лучший выбор, который вы могли сделать для пилотных выборов.
Мы с Миа немного поспорили насчет последней фразы: она говорила, что это тавтология, а я — что это игра слов (на языке 3,14 «выбор» и «выборы» тоже однокоренные слова). В результате сошлись на моем варианте, но она заставила меня трижды отрепетировать интонацию.
— Большое спасибо капитану Старостину! — говорит лидер сафектийцев, тот самый Треймхарт Раго. На протяжении всей моей речи он стоял рядом на помосте, скромно потупив глаза — старался казаться как можно менее заметным. Теперь, однако, он словно расправляется: на глазах приобретает уверенность в себе и как будто даже становится выше ростом. — Он исчерпывающе описал досадное недоразумение, которое произошло у нас! Теперь можете задавать вопросы!
В первый момент меня охватывает паника, как того студента, выучившего все за ночь перед экзаменом: к вопросам-то я не готовился. Следующим приходит облегчение — да ладно, это же не настоящий экзамен, честно. Если пойму, что не знаю чего-то, скажу, что мне некогда — и был таков. Но вообще я правда на совесть разобрался в теме, что они могут спросить такого…
— Капитан Старостин! — вперед выходит очаровательная девушка. Сафектийцы похожи фигурами на людей, и, хотя у их женщин нет груди, догадаться о том, что перед вами дама, нетрудно: они меньше и значительно изящнее. Эта конкретная особенно симпатична, даже огромные выпуклые глаза, характерные для этой расы, ее не портят. — Скажите, пожалуйста, — продолжает прекрасная незнакомка, — а правда, что вам предложили занять эту должность вместо смертного приговора?
— Нет! — этот возглас срывается у меня с губ еще до того, как я успеваю обдумать ответ.
— Тогда вместо пожизненного заключения? — спрашивает очаровательное создание невинным тоном.
— Нет! — снова восклицаю я. — Мне пришлось выдержать конкурс, чтобы попасть сюда!
И ведь это правда. То, что я не знал о проведении этого конкурса, абсолютно его не отменяет.
Однако мое заявление о конкурсе производит на слушателей совсем не то впечатление, на которое я рассчитывал: они переглядываются с видом «во развели лоха».
Тут в разговор вступает Миа, делая шаг вперед к краю сцены:
— Капитан имеет в виду, что ему пришлось доказать свои профессиональные навыки и личные качества, прежде чем его допустили к этой должности.
Мне же она шепотом говорит: «Капитан, забыла предупредить! У них в общинах все друг с другом знакомы, принято допрашивать лидеров о самых личных вещах. Отказываться отвечать — значит похоронить свою репутацию».
М-да, думаю, я, вот это влип.
«Извините!» — добавляет Миа.
Однако лишь через секунду я понимаю, насколько серьезно я влип и какие прочувствованные извинения она мне на самом деле должна. Потому что через секунду из толпы прилетает следующий вопрос:
— А правда, что земляне извергают не пошедшую впрок пищу и через рот, и через зад?
 
Я открываю рот — но звука не выходит. К счастью, в толпе находится всезнайка, который отвечает за меня:
— Неправда, у них физиология еще интереснее! Они вообще из всех телесных отверстий отходы жизнедеятельности сбрасывают, даже из глаз!
— Чо, правда? — восхищается первый голос.
Тут мне все-таки удается наладить контакт со своим языком.
— Правда, — говорю я. — Отрадно знать, что такой великий народ, как сафектийцы, столько знает про жителей моей далекой планеты.
А что? Грубо, конечно, но, по-моему, уж что-что, а лесть к дипломатическому скандалу привезти физически не может!
(Подумав так, я тут же вынужден унимать свое параноидальное воображение, которое накидывает мне примерно десять сценариев развития событий, когда именно лесть приводит к всегалактической войне).
Однако сафектийцы довольно улыбаются, и я могу себя поздравить: выкрутился. Молодец я, и красноречие у меня работает на славу.
— Капитан, а это правда, что у вас роман с одной из ваших заместительниц? — спрашивает еще один голос. Кстати говоря, мужской.
Мое красноречие выкидывает белый флаг и отключается.
— Почему с одной-то? — снова выкрикивает какой-то всезнайка. — С двумя как минимум, а вообще говорят, у вахтенных офицеров расписание, чтобы гладить его кота!
— По-моему, это показатель серьезных отношений, — гудит чей-то бас.
— Да ладно, у него на самом деле роман с господином Раалом! — а этот голос уже женский и довольно мечтательный. — Они так славно смотрятся вместе!
Что?!
— Да ладно, у землян не принято заниматься сексом с особями своего пола, у них за это увольняют с работы, а потом удаляют лобные доли мозга. Инфа сотка, Абдуркан Рахман у себя в блоге только вчера написал!
— Так Раал на самом деле женщина, вы ведь знаете этих Превосходных!
— На самом деле он сохнет по адмиралу Виоланне Откушу-врагам-головы! Все слышали, что она нелестно отзывалась о его назначении, а это верный знак.
Обсуждение моей личной жизни набирает обороты, захлестывая всю агору, а я только и могу, что глупо открывать и закрывать рот.
Хоть бы Миа помогла, что ли! Хороша заместительница!
А, черт, здесь она не моя заместительница, а зам моего зама. Зам моего зама не мой зам?
— Сограждане! — Треймхарт выступает вперед и поднимает руки вверх успокаивающим жестом. — Напоминаю вам, что капитан Старостин не занимает выборной должности в Сафектийском Директорате и оказывает нам честь, согласившись выступить тут.
Да! Ну слава богу, кто-то вспомнил!
— …Поэтому прошу вас задавать вопросы вежливо и по одному.
Да что б вас!
— Капитан! — слово берет какой-то, судя по голосу, довольно молодой сафектиец. — Прошу вас, развейте наше недоумение: кому из ваших заместителей вы будете делать предложение в самом ближайшем будущем? И можно ли надеяться, что это будет наша соотечественница, Ансули Раго?
— Кельмин, это целых два вопроса, — укоризненно говорит ему Треймхарт. — Но в целом… Капитан, я присоединяюсь к интересу этого юноши!
Я хочу отшутиться, но вдруг встречаюсь взглядом с Миа. Она вежливо улыбается, а глаза откровенно смеются. Мне вдруг становятся понятны две вещи: во-первых, она относится к ситуации с иронией и всерьез ее не воспринимает. Во-вторых, если я скажу сейчас что-нибудь не то, мне это еще долго будут припоминать.
— Дело в том, — говорю я, — что в отношения нельзя вступить только вдвоем, — слушатели удивленно переглядываются, я слышу чей-то шепот: «Ну я же говорил, за двумя сразу будет ухлестывать!».
 
— Кроме мужчины и женщины, — продолжаю я, — в отношениях еще будут их обязательства, существа, которые от них зависят, и их представления друг о друге. Поэтому женщина, которую я выберу, должна иметь максимально объективное представление обо мне, как и я — о ней. А еще она должна любить меня настолько, чтобы не возражать против моей работы здесь. Когда все эти условия окажутся выполнены, можете не сомневаться, что мы тут же сыграем свадьбу… Кстати, а как сафектийцы играют свадьбы?