Красный дракон (СИ)

— Ты ругал его, да? — спросила она, проходя вглубь кабинета и осторожно присаживаясь в кресло, стараясь не смотреть на Джина.
Вспоминая своего отца и те моменты, когда она шла к нему для серьезного разговора, он всегда старался быть позади, чтобы нанести свой удар неожиданно и резко, поэтому Джиа не поворачивала головы, пока не увидела, что он прошел за стол и сел в кресло.
— Можешь мне рассказать все с начала? — попросил Джин, и она пожала плечами.
— Мне парень передал записку и я…
— Какой парень, описать сможешь? — перебил Джин, и она отрицательно покачала головой — Где сейчас эта записка?
— Я не знаю, это важно? — недоуменно уставилась она на него — Разве сейчас это главное?
— Продолжай — примирительно сказал Джин, но было видно, как сжались его руки в кулаки.
— Я пришла в туалет, он был в последней кабинке, Филипп пытался уговорить меня сбежать от тебя. Я сказала ему, что мы помолвлены, а он начал говорить мне про то, что ты не тот человек, за которого себя выдаешь, — тут она замолчала и уставилась на него, ожидая, что он что-то скажет, но Джин молчал, прошивая ее ядовитой зеленью — Он сказал, что ты участвуешь в боях и, что ты глава мафии, а я сказала, что знаю об этом — она замолчала, и подняла на него глаза, встречаясь с его приподнятой бровью и легкой ухмылкой — Я не знаю ничего такого, просто не хотела, чтобы он думал, что может говорить все что угодно. А потом, когда я хотела уйти, он сказал мне, что ты убил двух парней, когда я ходила к Андреа.
— Он показал тебе фото?
— Да, и не только. На фото видно, как ты их увозил и я спросила, с чего он взял, что это ты убил их, а он сказал, что у него есть запись того, как ты мучаешь их и убиваешь…
Она замолчала и стала ждать, что скажет ей Джин, но он настолько погрузился в свои мысли, что казалось, даже забыл, что не один здесь.
— Эти отморозки хотели изнасиловать тебя, пока ты бежала, не смотря по сторонам, — начал спокойно Джин — Я успел вовремя вырубить их, прежде чем они схватили тебя, и ты смогла подняться к Андреа. Я вывез их в пустующий склад, привязал за ноги и всю ночь молотил руками, пока они не отключились. Я не стану оправдываться перед тобой, потому что если придется, я сделаю так еще раз. Ты — моя жена, и я никому не позволю причинить тебе вред!
— Джин, ты убил их? — ее вопрос прозвучал тихо, и она замерла, ожидая ответа.
— Нет.
— Это правда?
— Да.
— Тогда почему он утверждает, что у него есть запись того, как ты их убил? — непонимающе развела руками Джиа, и он улыбнулся.
— Вот и мне интересно, откуда этот сопляк узнал столько обо мне и о том месте?
— Может мой отец сказал? Он говорил, что это ему сказал мой отец — она замолчала, не говоря про Красного дракона, и он словно почувствовал, что она что-то не договаривает.
— Это все что он знает?
Она кивнула не в силах соврать ему на словах и, боясь даже представить, чем это все может обернуться.
— Джиа, будь добра подойди ко мне — бросил Джин, смотря на нее прямым взглядом, и она занервничала.
— Зачем?
— Буду наказывать.
— За что?
— За непослушание, за недоверие, за ложь — его слова, как удары хлыста заставляли ее вздрагивать, и она покачала головой.
— Нет.
— Подойди.
— Нет.
Он медленно встал, и она замерла, готовясь к чему-то плохому и закрывая глаза, силясь не спрятать лицо ладонями, едва сдерживая дрожь, которая пронеслась по телу и забила мелким тремором.
Когда он дотронулся до ее руки, она так сильно вздрогнула и увернулась, что он завис.
— Джиа, ты что, боишься меня? — голос Джина был таким глухим, будто ему ударили поддых, и она взглянула на него.
— Нет, — замялась она — Ну, может немного.
— Иди в комнату. Мне нужно побыть одному.
50
После того, как она ушла, Джин присел в кресло и налил себе выпить. Он готов был побиться об заклад, что Джиа не все рассказал ему, и он злился из-за этого. А еще из-за того, что она боялась его.
— Сучонок! — рычал он, ударяя по подлокотнику кресла и хищно скалясь, предвкушая момент, когда встретиться с ним.
 
Он не сказал Джиа напрямую о том, как именно он мучил парней, но ей и не стоит знать об этом. Судя по всему, сама мысль о том, что он мог кого-то убить, сводила с ума, заставляя ее плакать.
Он ненавидел это. Ее слезы.
Как напоминание о том, что он не человек, а зверь, который причиняет боль своей самке. Она слишком невинна, для его мира, а он безумно сильно полюбил ее, чтобы отпустить.
Парадокс.
Всего полгода, а он уже как ручной, готов бежать по первому зову, только поманить, а она по-прежнему настороже. Не доверяет.
Спасибо папочке.
Мерзкий ублюдок.
Он прикидывал в уме варианты развития событий, вплоть до того момента, когда придется раскрытьвсекарты, но кто даст гарантии, что ей не будет угрожать опасность после того, как она все узнает? Видимо об этом и говорил тогда Ренато Аризио, надеясь, что это оттолкнет ее от него. Вот только он не знал, что Джин уже не отпустит от себя Джиа, и никому не позволит ее забрать.
Он сидел в кабинете до тех пор, пока ему не отзвонился Тед и не сказал, что клиент ожидает встречи с ним. Он осторожно вышел из кабинета, осмотревшись на наличие посторонних, и вышел на улицу.
Прохладный ветер остужал его ярость и злость, которая с каждой минутой проведенной в ожидании этого разговора удваивалась стократно. Он сел в машину и завел двигатель, заметив, что Джиа стоит у окна и смотрит на него. Достав сигарету, он подкурил ее и, выдохнув дым, вырулил со двора.
Приехав на место, он зашел в тоже заведение, где сидел с Джиа, когда она разыскивала Красного дракона, и невольно усмехнулся, вспоминая, как она храбрилась перед ним, чтобы отвоевать свой дом.
— Пугливая и дерзкая принцесса.
— Господин Ли, он внизу, кричит что мы все покойники, если с ним что-то случится — докладывает Тед и Джин улыбается.
— Безумству храбрых!
Он неторопливо спускался вниз, слыша крики Филиппа и его ругань, смотря на то, как его парни снисходительно слушают и улыбаются.
— А вот и он! — воскликнул Филипп, увидев Джина и, воспаряв духом — Господин Ли? А может, глава мафии?
— Я смотрю, ты сегодня чересчур разговорчив, — улыбается Джин, слегка наклоняя голову — Увы, твой план провалился и не принес желаемых результатов, моя жена осталась со мной!
— Это пока, и она всего лишь невеста! — тут же вставил он, отчего нос Джина затрепетал, а руки сжались в кулаки — И я сомневаюсь, что ты дал ей выбор.
— Выбор? Для чего? Для твоих глупых разговоров?
— У меня есть запись того как ты мучил и убивал парней, которые шли за ней в тот вечер — самодовольно произнес он.
— И что ты хочешь, медаль?!
Джин посмотрел на Теда и тот включил запись. Все замолчали, слыша, как доносится из динамика стальной голос Джина, извергая ругательства, а на заднем фоне крики парней.
— Видишь ли, Филипп, тебе может показаться, что на этой записи происходит что-то чудовищное, но на самом деле там было предъявлено обвинение в нападении на моюжену, которое я привел в исполнение немедленно! Чтобы таким уебкам, как они или ты, сразу было понятно, что чужую женщину, а тем болеемою — трогать нельзя! — последние слова он прокричал так громко, что эхо, разлетевшееся по пустой комнате, отложилось в ушах каждого, заставляя их скривиться — Поэтому перейдем сразу к угрозам, которые ты хочешь озвучить, ты же хочешь? — улыбнулся Джин, подходя ближе и видя, как он слегка стушевывается.
— Она никогда не смирится с мыслью, что ты убийца — произнес он так тихо, чтобы слышал только он и Джин кивнул.
— И еще раз, для особо тупых. Если бы ты присутствовал на том мероприятии, ты бы знал, что все происходило на глазах судьи, главного комиссара полиции и, конечно же, двух свидетелей с улицы, — улыбнулся он — Судя по тому, что ты не дослушал до конца и ушел где-то в середине, расскажу, чем все закончилось. Тех парней госпитализировали с тяжкими повреждениями определенных частей тела, и как ты предположил по тем крикам, которые слышал, будто убиваю «невинных» парней, я в тот момент помогал правосудию торжествовать. Я помог полиции избежать еще одного такого столкновения этих «невинных» с другими дамами, и для них теперь данный вид удовольствия больше не в почете, надеюсь, я понятно объясняю? — последние слова он говорил ему в лицо, подойдя так близко, что Филипп едва дышал.