Клеймённый кровью (СИ)
Девчонка дёргалась и билась будто в припадке, но руки сразу четырёх уродов крепко держали её, прижимая к полу, елозя по всему телу, хватая за сиськи и оставляя на бледной коже глубокие кровоточащие царапины от острых ногтей.
Отстранившись от Эльзы я направился в сторону прочь от ямы и обступившей её толпы. Марианна направилась следом, схватив меня за руку.
— Я знаю, что ты думаешь — поверь, мне тоже это противно, — быстро шепнула она мне на ухо. — Но пожалуйста, просто забей, ладно? Сделай вид что ничего не видел — сейчас этот пиздец кончится и вечер продолжится как прежде. Прошу тебя, не рыпайся и расслабься. На вот, ёбни винца.
Она сунула мне в руки кубок, заставив вопросительно приподнять бровь.
— Не боишься, что я нажрусь как тварь и наворочу делов? — хмыкнул я.
— Я тебе доверяю, — отозвалась сестра. — Давай останемся до конца вечера — сам знаешь, мы сейчас не в лучшем положении, чтобы хандрить и ещё больше усугублять свою репутацию. Давай попробуем немного сблизиться с местной элитой — может это принесёт нам пользу в дальнейшем.
Я закатил глаза, вздохнул и хлебнул из кубка.
— Ладно, — сказал, бросив косой взгляд в сторону обступившей яму толпы. — Слушай, а это как вообще — часто тут такое творится?
— Имеешь в виду в столице? — уточнила сестра. — Увы, но тут это нормальная практика — сам знаешь, рабы низшего сорта здесь расходный материал, потому к ним так и относятся.
— Ну да, ну да. Эльза хочет, чтобы сегодня мы с Максом выебали её в два ствола.
— И что? — приподняла бровь Марианна. — Ты против? Брось, Эйден — вот тебе и будет занятие на вечер. Она довольно горячая, насади её как следует и заодно отвлекись от увиденного.
— Это конечно обязательно, — кивнул я. — Ты ведь знаешь её лучше меня, так? Она любит пожёстче или?..
— Почему спрашиваешь?
Я оглянулся кругом, прикидывая не подслушивают ли нас но все были слишком увлечены зрелищем, всё ещё творящимся в яме — судя по обрывочным комментариям некоторых зрителей бедная девчонка вот-вот должна была откинуться, не выдержав жестокого изнасилования не знающими пощады и усталости гоблинами.
— Хочу чтобы этой сучке тоже было больно, — тихо сказал я на ухо Марианне. — Понимаешь, да — прям пиздец больно, чтоб она перестала лыбиться и почувствовала на своей шкуре, каково это когда твоё очко рвут на части без намёка на жалость.
— Здесь такое не провернёшь, — покачала головой Марианна. — Лучше забей — нам не нужны неприятности с её родом. Лорд Бёрнхайм довольно влиятельный хрен, за порванное очко своей дочки может устроить нам вырванные годы.
Я сжал зубы, покачал головой и залпом опрокинул в себя остатки вина в кубке. Отставил его на ближайший столик и махнул рукой.
— Ладно, тогда сгоню злость по другому. Буду загибать раком всех сук на этом вечере пока вся эта хуйня не вылетит из головы.
— Вот так-то лучше, — кивнула Марианна. — Если останутся силы сможешь жёстко выебать меня когда приедем домой, а пока постарайся ничего не испортить. А теперь давай возвращаться в компанию — судя по всему там уже всё кончилось, так что нас вот-вот хватятся.
Глава 28. Эльфийская разведка в деле
Увернувшись от мощного хука, просвистевшего над головой я со всей дури въебал двухметровому накачанному амбалу прямо по печени.
Удар, усиленный меткой Акейроса заставил того согнуться пополам и рухнуть на колени. Сцепив зубы я схватил противника обеими руками за волосы и добавил коленом в рыло, одним ударом разбив его в кровавое месиво.
Здоровяк развалился на песке, раскинув руки а я навис над ним с рычанием дикого зверя, бешено вращая глазами и сжимая зубы с такой силой, что в ушах стоял сплошной оглушительный треск, мешающий разобрать царящие вокруг звуки.
Такие места как это назывались бойцовыми ямами и предназначались для развлечений немного другого толка, нежели чем бордели, бухачечные и тому подобные заведения. Ебали тут в первую очередь морально а вот физически просто и без затей раздавали таких пропиздонов, что ни одного бойцовского вечера обычно не проходило без пары-тройки трупов.
Дрались тут все подряд — кто за деньги, кто ради развлечения, кто ещё зачем-то. Причём местные заправилы не делали разницы между господами и рабами, если вы понимаете о чём я. Да о чём это я — тут обычно даже ни у кого имени не спрашивали. Пришёл, записался, проплатил участие и дерись хоть до тех пор, пока копыта не отбросишь — ну или пока противники не кончатся.
В пределах Верхнего города устраивать подобные мероприятия было слишком накладно, потому большая часть бойцовых ям располагалась в пригороде. Эта конкретная например находилась на юге, довольно далеко от стен столицы и представляла из себя натуральную подземную арену, достаточно просторную чтобы вместить пару сотен зрителей и участников.
Я припёрся сюда чтобы выпустить накопившийся после аристократической вечеринки пар. Хотелось отбросить всю эту напыщенную хуйню, заменить лизоблюдскую улыбочку на кровожадную злобную ухмылку и вместо того, чтобы нагибать богатеньких шлюшек тупо разъебать в кровавую юшку еблище-другое.
Я даже драться согласился бесплатно, тупо желая пиздиться и ничего больше. Изначально рассчитывал провести пару-тройку боёв и вернуться в город, но в процессе так увлёкся что походя размотал уже четвёртого мордоворота подряд.
Причём даже не устал и готов был разъёбывать и дальше, вот только что-то местная публика уже начинала посматривать на меня слегонца кривовато — ну да, вряд-ли здешним завсегдатаям придётся по нраву то, что какой-то непонятно откуда вылезший хрен внезапно начал размазывать по песку всех бойцов подряд, втупую нарушая все букмекерские прогнозы и ломая продуманные схемы обогащения местных дельцов.
— Вот и ещё один противник повержен Клеймённым! — провозгласил распорядитель, жестом приказывая подсосам уволочь с арены разъёбанного амбала. — Похоже у нас появился новый фаворит. Ну что, боец — желаешь продолжить развивать свою серию побед или возьмёшь перерыв?
Так-то я мог ещё десяток таких кабанов рожей в песок вколотить, но чувствую тогда за мной точно после всего этого отправили какого-нибудь плотного паренька с металлическим пёрышком в рукаве. Не то, чтобы я этого опасался — просто вот убивать никого мне сегодня точно не хочется. Не потому, что я заделался пацифистом, а тупо из-за того, что чувствую — если сейчас пойду в разнос то уже не смогу остановиться, пока Акейрос на насытится кровью по самые гланды, для чего мне придётся вырезать целый район пригорода.
Нет уж, лучше пока попридержу его (а его ли?) жажду крови до более подходящего момента — уверен, вскоре такой должен будет представиться.
Покачав головой я покинул арену, вернувшись в раздевалку. Обтёр полотенцем потное тело, набросил на плечи тонкую рубаху и вышел в зрительный зал, пройдя по вырытому в земле и выстеленному деревянными плитами невысокому коридору.
Как уже говорил дрался я бесплатно так что денег за победы мне не полагалось. Потому я миновал толкотню у касс и сразу направился к бару, где цапнул бутылку местной горькой бодяги и завалился за столик в дальнем углу помещения.
Вот сейчас дерябну как следует и потом наверное пойду домой. Ну, вернее не домой а обратно на хату к Максу, где мы с Марианной сейчас и обретались. Сестра обещала завтра вечером раскрыть мне наконец все карты касательно своих планов, потому я не мог дождаться того момента, когда всё выясню и смогу наконец с чистой душой приступить к каким-то действиям вместо бессмысленного прозябания в этом сраном городе, полном не самых приятных личностей.
Короче говоря сижу я такой, хлебаю жидкое говно (не спрашивайте зачем, ничего лучше здесь всё равно не продают) как вдруг ко мне подсаживается какой-то хер в капюшоне. Такой, знаете, максимально мутный на вид тип в плаще до самого пола и со спрятанным ебальником — ну чисто маньяк-насильник, не иначе.
— Чего тебе, дружище? — прохрипел я, опрокидывая очередной стопарик себе в брюхо.