Дикая любовь (СИ)
- Ничего. Теперь ее дух поселится в долинах предков и будет свободен от забот. Теперь ее ничто не побеспокоит.
На долгую минуту мы обе замолкаем, слушая тишину, а затем Нита резко меняет тему:
- А ты выглядишь уставшей, почему?
- Мы сегодня далеко ходили, и не могу сказать, что прогулка была легкой для меня.
- Почему? – удивленно спрашивает Нита.
- Я неловкая и более медленная, чем все. А еще слабая… - начинаю перечислять, но меня перебивают.
- Что за глупости? У тебя тело одной из самых сильных и выносливых девушек. Как ты можешь быть слабой?
- Я не знаю, сегодня вот едва могла догнать всех, а потом упала…
- Деточка, запомни – у тебя сильное тело. Не в нем твоя проблема.
- А в чем тогда? – смотрю на Ниту непонимающе.
- В том, что в сильном теле Кижикои поселился слабый дух Мизу, - говорит индианка обидные слова.
- Я не слаба духом… - пытаюсь возражать, но потом резко замолкаю.
И понимаю, что Нита права, я действительно слаба.
- Но это не повод для уныния, а причина, чтобы воспитывать в себе силу. Боги дали тебе редкую в наших краях магию воды, но ты не подчинишь ее себе, пока не научишься управлять собственным телом.
- Спасибо за совет, Нита,- говорю женщине и встаю, - я пойду, а то Вэра будет ругаться.
- Думаю, ей сейчас будет не до ругани, - отвечает индианка.
- Почему?
- Завтра мы, наконец-то, покинем это негостеприимное место и двинемся дальше, в более благодатные земли. Вэра будет вся в сборах и на тебя внимания даже не обратит. До завтра, деточка.
- До завтра, Нита, - отвечаю и возвращаюсь в свой вигвам.
Значит все, снимаемся со стоянки. Это хорошо и немного волнительно. Что нас ждет впереди?
Нита оказалась права. Когда я возвращаюсь в наше жилище, Вэра носится туда-сюда, скручивая вещи и еду, заворачивая их в шкуры особым образом, чтобы не разматывались.
- Быстро ешь, мне понадобится помощь, чтобы успеть все сложить. Завтра рано утром мы продолжим наш путь, слава Великим духам, до смерти надоела эта бесплодная земля, - бурчит старшая сестра, продолжая бегать туда-сюда и с ураганной скоростью все паковать.
Такими темпами, пока я поем, она уже все сделает. Поэтому я решаю сначала ей помочь, а потом уже поужинать, все равно еда давно остыла. Вэра никак не комментирует, когда я отставляю тарелку и принимаюсь выносить на улицу разную кухонную утварь. Она молча приступает к упаковке. Вещей немного. За полчаса, а может и меньше, мы управляемся. Остается только вигвам и наши циновки с пледами на полу. Поужинав, ложусь спать вместе со всеми. Индейцы мгновенно засыпают, а я еще долго лежу, глядя в потолок. В голове витают разные мысли о Нова и Одэкота. О моей водной магии, которая оказывается, у меня есть, но никак не дает о себе знать. О том, что надо бы научиться слышать свое тело. В прошлой жизни я часто наталкивалась на эту фразу «слышать свое тело» и никогда не могла ее понять. А что, можно не слышать? Ну, в смысле, разве не понятно, если что-то болит? Или если голоден. Или заболел. Все же ясно, как день! И только тут, в чужом для себя мире, я начала вникать, что эта фраза не столько об удовлетворении нужд, сколько об их понимании. Вот так в размышлениях и поисках ответов, я все-таки засыпаю, чтобы проснуться от криков Вэра.
- Мизу, лежебока! Пора вставать. Собирай свою постель, если не хочешь в дальнейшем спать на голой земле и шевелись! Уже все давно встали, одна ты все не выспишься!
Я тут же подскакиваю и начинаю быстренько скручивать циновку с пледом, как вчера показывала Вэра. Удивительное дело, но если особо не задумываться над тем, куда и как складывать, руки сами все делают, надо им просто не мешать. Возможно, об этом и говорила Нита, нужно просто довериться телу.
Потом мы снимаем кору, которой был покрыт сверху вигвам и выбрасываем ее, а длинные палки зачем-то берем с собой, хотя их очень неудобно нести. Шкуры, понятное дело, тоже берем, хотя многие из них уже прохудились и выглядят так, словно не переживут еще одно использование.
Идти, взвалив это все на собственную спину – то еще удовольствие. Самое интересное: мужчины идут с пустыми руками, а женщину тянут на себе всю поклажу.
- Что ты там бормочешь? – спрашивает Вэра, поравнявшись со мной.
- Я не понимаю. Мужчины же сильнее женщин, почему тогда мы все это тащим, едва волоча ноги? Что за сексизм такой? И тут женщин угнетают, ужас просто.
- Я и половины не разобрала, из того, что ты сказала, - говорит старшая сестра, легко поправив просто огромную поклажу за своей спиной, - но то, что я поняла лишний раз подтверждает, какая ты все-таки глупая жука.
- Опять обзываешься, - вздыхаю скорее для проформы, совершенно не злясь на прозвище.
- Разве? А как назвать взрослого человека, говорящего глупости?
Я в ответ молчу. Вэра тоже какое-то время идет молча, а потом говорит:
- А что было бы, если бы на нас напали дикие звери? Скольких из нас они бы разорвали ДО того, как мужчины освободят руки и спины от поклажи и смогут что-то сделать? М? Вот и подумай…
И быстро уходит вперед, оставив меня размышлять о том, что я действительно, иногда мыслю очень узко. Мягко говоря. Чуть притормаживаю, заметив, что позади меня идут пожилые женщины, среди которых я вижу Ниту. Подхожу к ним, здороваюсь. Вижу, что они недоумевают, почему я присоединилась к ним, а не иду с молодыми. Обращаю внимание, что Вэра, идущая впереди ведет себя как-то дергано. Одна из девушек что-то сказала, все засмеялись и сестра тоже, но ее смех звучит как-то натужно. Интересно, что происходит?
- Заметила, что Вэра сама не своя? – заводит разговор вполголоса Нита.
- Да. Что с ней?
- Она нервничает.
- Это я поняла, но почему? Разве есть повод нервничать?
- Через два-три дня, в зависимости от погоды и того, как мы будем идти, наше племя зайдет на земли Великого Арэнка.
- А-а-а, да, слышала. Вождь шести племен.
- Да. Сильный духом и телом. Справедливый, мудрый, твердой рукой ведущий свой народ к благам. А уж какая у него задница-а-а…
От неожиданности я сбиваюсь с шага и едва не падаю, заставив Ниту рассмеяться удивительно молодым, звонким смехом.
- А что такого? Я хоть и старая, но не мертвая же. А глаза у меня по-прежнему зоркие, невзирая на возраст.
Теперь уже и я похихикиваю.
- Так вот, Вэра как увидела Арэнка две весны назад, так и влюбилась. И я ее понимаю, как никто. А сейчас ходят слухи, что вождь шести племен, чтобы укрепить свою власть и обезопасить себя от возможных врагов из незнакомого племени, которое пускает на свою территорию, взамен потребовал у Канги одну из его дочерей в жены. И поговаривают, что это будет Вэра со своей редкой стихией воздуха. У нас ведь как? Мужчины носят в себе магический источник, передавая его следующим поколениям, но активными силами Великие духи награждают только женщин. И раз у Канги родились две дочери с редкими стихиями, то он очень одаренный. Не удивлюсь, если хитрый Арэнк найдет и нашему вождю новую, молодую жену из своего племени.
- И отец согласится?
- Любой хороший вождь думает, прежде всего, о своих людях. Если встанет вопрос о благополучии племени, Канги согласится на очень многое.
Дальше мы идем молча. Я перевариваю полученную информацию, Нита думает о чем-то приятном, судя по легкой улыбке на ее губах. Здесь, среди пожилых женщин мне комфортнее, чем среди молодых, поэтому до самого позднего вечера я так и иду с Нитой и ее подругами, изредка перебрасываясь общими фразами, или слушая, как они красиво, но очень печально поют песни о доме и любви.
Весь день мы в пути. К вечеру ноги гудят, а спина ноет, но я креплюсь, видя, как в ногу со мной идут женщины втрое старше меня. Лагерь мы разбиваем очень быстро. Пока женщины собирают хворост и разводят несколько костров, мужчины приносят убитую и уже потрошеную дичь. А когда в воздухе разливается запах жареного мяса, внезапно рядом с местом нашего ночлега слышится топот лошадиных копыт. Наши воины моментально берутся за оружие, женщины, спрятав детей, выжидают. И все, как один, выдыхают с облегчением. А над лагерем проносится гул.