Душа звездного дракона
Теперь стало ясно, какой страх он почувствовал. Страх от одного воспоминания ночи в лесу, его отчаянных поцелуев и чуждого иноземного голоса. Страх от пробуждения истинного дракона – опасного, охваченного жаждой ящера. Страх оказаться в его жестком кольце без возможности выбраться и спастись.
Теар осторожно привлек меня к себе, едва уловимо очертив пальцами талию.
Я сделала неверный шаг, остановилась между мужских бедер и уперлась ладонями в его рубашку, под которой горячо и нетерпеливо стучало сердце. Подогнулись ноги, стало тесно в грудной клетке – не вдохнуть, и кровь заколотилась в ушах быстро-быстро. Замелькали перед взором вспышки пожара, но огонь в глазах дракона, к которым я подняла взгляд, разгорелся еще ярче.
Дети Солнца – такие же раскаленные, опасные, сжигающие. Может, боги и правда отправили к нам своих детей, одарив невероятной силой? Можно было понять Джати – сложно представить, что ты ляжешь с одним из них в постель…
Теар коснулся ладонью моего обнаженного плеча, прошелся медленно по шее вверх, обхватил пальцами. Я замерла, чувствуя, как раздирают на части эмоции. Я мечтала скрыться от его пронизывающего взгляда и при этом была готова снова увидеть истинного дракона. Похоже, я и впрямь играла с огнем.
– Я боюсь причинить тебе боль, – с сожалением прошептал Теар, наблюдая, как я послушно приподнимаю голову.
Второй рукой дракон стиснул мою талию, провел с нажимом выше, заставляя прогнуться и снова вдыхая мой запах. Казалось, он пытается понять, как я реагирую на касания. А может, проверяет себя.
– Разве не это ты делал… Ты ведь хотел, чтобы я могла пережить боль заново? Чтобы я могла вспомнить и осознать.
Теар приблизил лицо ко мне, задержался возле моих губ, которые уже предательски горели от предвкушения. Его дыхание пробуждало во мне что-то древнее, заставляло сходить с ума, терять понимание, что я делаю и на что готова. Я сама спустила ладони ниже по его груди, и дрожь стала сильнее.
– Мы ведь говорили про пожар… – произнес он глухо, – в котором погибли твои родители. А не…
– Все равно…
Он наконец прижался к моим губам – жарко и требовательно, обжег горячим языком изнутри, приникая еще теснее. Я тихо простонала, поддаваясь его напору. Поцелуй стал глубже, он захватывал, вовлекал мои губы, не оставляя пути назад. Лихорадочно зашумело в голове, когда я ответила на поцелуй. Коснулась его губ, улавливая тягуче-влекущий запах дракона.
И снова застонала, когда его пальцы стянули с моего плеча легкую ткань. Еще один оборот ткани – и последней преградой между нами остался слой тончайшего полупрозрачного муслина, который дракон начал неторопливо наматывать на руку.
По одной из легенд, такой наряд подарила богиня Дайра царице Менеосе, правившей в незапамятные времена, когда враги убили ее мужа и пытались взять ее силой. Ее оставили обнаженной, но она сорвала длинное покрывало и прикрылась им. И сколько ни пытались насильники и убийцы размотать его, ничего не выходило: по молитвам Менеосы боги сделали одеяние бесконечным.
Мое же одеяние таким не было. Последний отрезок малиновой с золотой полосой ткани послушно соскользнул по коже вниз, окончательно обнажая мою грудь – осталась лишь пара оборотов ткани, задрапированных на поясе. Выдохнув, я подалась к Теару ближе, но он не пустил, обхватил талию ладонями и удержал меня на расстоянии вытянутых рук, не обращая внимания на вспыхнувший стыд.
– Не верю, что ты однажды стала матерью, – его потемневший взгляд рождал бессознательное желание прикрыться, но в глазах дракона светилось восхищение и интерес, – ты хрупкая, как невинное дитя.
Горячие ладони скользнули вверх, коснулись чувствительной, налившейся тяжестью груди, очертили мягко, но уверенно. Сжались пальцы, заставляя сдавленно охнуть. Казалось, он изучал меня, как сокровище, чудом попавшее к нему в руки. Дракон завороженно смотрел на свет огня на моей коже, прижимался губами к ключицам, к шее, прикусывая и явно наслаждаясь тем, как я отзываюсь дрожью; снова находил мои губы.
Неторопливо, шаг за шагом, он вынуждал меня плавиться от нетерпения, которого я в себе прежде не знала. Все смешалось в мыслях в сплошной туман: прошлое, будущее, поиски врагов и опасности, и я сдавалась сейчас этому дракону, не представляя, чем мне отзовется этот порыв.
Теар зарылся в мои волосы, глубоко, почти по-звериному вдохнул и вдруг подхватил меня на руки и понес в сторону окна. За шторой у стены оказалось большое темное ложе с балдахином. Он уложил меня на смятую, пахнущую его телом простыню – я смотрела, едва дыша, как он разглядывает меня, точно гладит. И потом – как ступает коленом на постель, стягивая с себя рубашку.
На мне осталась лишь тонкая нижняя юбка, липнущая к бедрам. Теперь я сама словно полуголая танцовщица в храме – девадаси. Прохладный воздух комнаты заставил обнаженную грудь покрыться мурашками. Я порывисто вздохнула и инстинктивно отползла дальше, назад, вжалась спиной в стену, всем телом ощущая приближение истинного дракона, сильнейшего в роду.
– Иди ко мне, – приказал дракон.
Некуда было бежать. С мягкостью хищника, который никуда не торопится, он высвободил меня из последнего отрезка ткани. Мелькнуло опасение боли и воспоминаний о пожаре от соприкосновения наших обнаженных тел, но Теар подхватил меня под спину и притянул к себе, срывая с губ еще один волнующий поцелуй. Наверняка чувствует, как колотится мое сердце – шумно, оглушающе.
Но меня больше не жгло кошмарными воспоминаниями и не возвращало в боль. Все, что сейчас происходило между нами, не было и близко похоже на связь с Маром, стыдную и торопливую. Теар вел меня дорогой страсти, медленно распаляя внутренний огонь. Горело все ярче, и я задыхалась, кусала его губы.
Его оголенного притягательного тела хотелось касаться до нетерпения, до истязающего желания, но он раз за разом ловил одной рукой мои ладони и заставлял беспомощно смотреть и изгибаться под его ласками. Целовал сам – протяжно, томительно, опалял дыханием изгибы моего тела и отстранялся, ласкал то осторожно, дразняще, то сжимая со всей силы, а я подавалась навстречу. И снова тонула во вселенной его взгляда, теряя себя. Вот что значит – попасть в лапы настоящего дракона…
Зато Теар, казалось, знал про меня все. Тхар… Он знал это, как древнее искусство, как непостижимую тайну. Знал, как надо пройти языком, как прижаться к губам и… мгновением позже заставить всхлипнуть от решительного вторжения. Знал, как я прогнусь от его силы, и ловил каждый мой нетерпеливый жадный стон. Он знал, как ласкать так, что я терялась в бесконечном потоке звездного света.
«Это нечестно, – пронеслась у меня мысль. – Нечестно так…»
Так завораживающе и бессовестно любить меня. Нечестно знать каждое слабое место и откровенно наслаждаться моими криками. И я так же бессовестно кричала, выгибаясь и хватая, стаскивая прочь с кровати простыню, когда сладкая судорога свела все тело…
Время сплелось в неразличимую спираль, но вскоре лихорадочный жар сменился негой. Я наконец смогла собраться с силами и повернуться к дракону, который растянулся рядом. Теар опустил голову на вытянутую руку, а второй жарко провел по изгибу моей талии.
– Почему ты пришла ко мне? Несмотря на свой страх.
Я молча смяла в ком покрывало и уткнулась в него лицом. Но дракон нашел меня и мягко вытянул из укрытия. Я поджала губы, глядя в его глаза. «Твоя сила с тобой, Ливия», – сказала мне мать. А Элион говорил про связь с богом. Но наша связь с Теаром вряд ли что изменит…
– Я не бог, Ливия, – Теар дернул уголком губ, без зазрения совести прочитав мои мысли. – А то, о чем порой говорит Элион, не понять никому, кроме него. Вот и мой отец не захотел прислушаться.
– Я хотя бы попыталась, – сдавленно ответила я, чувствуя, как горят щеки.
Теар тихо рассмеялся, подвинулся ближе и захватил меня в свои объятия, снова глубоко вдыхая. И впрямь точно дракон оплел своим хвостом и взял в железное кольцо.
– Не знал, что в тебе столько коварства. Заставлю тебя сказать правду, что ты чувствуешь, вслух… однажды, – пригрозил он мне на ухо так, что я вся покрылась мурашками. – Мне нравится слышать твой голос.