Пленен и опасен (СИ)

Вишенка, например, сейчас безошибочно знала, где находится Иш-Асс. А вместе с ней и я чувствовала Эрдана.
— Он… совсем тебе неприятен? — спросила осторожно.
Наверное, ужаснее нет, чем если тебе не нравится человек, дракон которого импонирует твоей драконице. Может, потому в Атавии женщины и не призывают? Чтобы избежать таких вот ужасных накладок.
— Там, когда мы сражались… или разговаривали… даже не знаю, что вернее, — усмехнулась она. — Когда я не пускала его за тобой… показалось, что…
Айла замолчала.
— Что? — не выдержала я, так и не дождавшись продолжения.
— Не знаю, — пожала она плечами. — Не важно. Теперь уже нет. Идём есть.
Тряхнув светлыми волосами, девушка поднялась.
Ол-Ис что-то недовольно буркнула внутри неё — мы с Вишенкой чувствовали это, но настаивать не стали.
Каша побулькивала на костре. Все устало сидели вокруг на одеялах принца Араберга, не в силах ещё и деревья для каре рубить.
Последние лучи спрятались за горными хребтами. Только магическая защита по-прежнему ощущалась совсем рядом, пропитывала воздух. Кое-где проявлялась чуть заметными паутинками.
Поели мы практически в тишине, если не считать редких коротких реплик. После мужчины разделили дежурства по двое, единогласно решив, что здесь без этого никак. Нас с Айлой освободили, но старики настояли на своём участии. Мол, не совсем мы ещё беспомощные, тоже сгодимся.
Эрдан сегодня остался с Наршем. Мне спалось как-то плохо и неуютно без него. Холод пробирал даже в шатре, под шерстяным одеялом. И проснулась я в рань несусветную, услышав снаружи голоса.
Эрдан с Наршем как раз заступили на своё дежурство. Обернувшись, мы с Вишенкой слетали к ближайшему ручью, умыться и привести себя в порядок.
Не сказать, чтобы с утра всё смотрелось более приветливым. Хотя после Бесцветных земель даже такая местность казалась намного приятнее. Вдали всё-таки просматривалась зелень, кое-где даже цветущая.
Я поднялась чуть выше, осмотреться при свете солнца. Похоже, эта выпаленная, выжженная полоса проходила вокруг всей горы, только с отдаления её было почти не различить. Но когда я попыталась пролететь дальше, к вершине, поняла, что не могу.
«Эльвин!» — раздался в голове голос Эрдана, и я едва не вздрогнула.
До этого мы не общались мысленно. Но теперь, похоже, всё менялось. И не сказать, чтобы мне это не нравилось.
«Я тут!» — отозвалась я, беря курс на нашу полянку.
Дракон вылетел навстречу и провожал до самого костра, пока я не обернулась.
— Не улетай одна, пожалуйста, — произнёс, тоже обернувшись и шагнув навстречу.
Кроме нашего отряда драконы никого здесь не ощущали, но спорить я не стала. Лишь кивнула, окунаясь в его объятия. Место действительно оставалось мрачным и даже отталкивающим.
— Кажется, я знаю, почему Ферт сказал нам снижаться сюда, — произнесла.
— Дальше не пройти, — кивнул Эрдан. Похоже, они тоже времени не теряли и попытались исследовать окрестности. — Именно тут и находится граница, о которой говорил Аш-Эр-Асан. И… Шабассарава! Не представляю, как нам её преодолеть. Мы даже шрессовых защитных печатей найти не можем!
  
75
 
Я улыбнулась. Тебе не нужно пытаться произвести на меня впечатление… Хотя понимаю, как хотелось бы разобраться во всём самому. Сделать то, что обещал. Без помощи всяких Арабергов.
Поэтому промолчала. Открыла свой дар, направила на преграду.
Странно тут было, тихо. Ни птичьих трелей, ни гудения насекомых. Лишь вой ветра за деревьями, скорее похожий на чей-то плач.
Зато магия ощущалась везде, мощная, чуть ли не первозданная. По крайней мере, я никогда с такой не сталкивалась. Она могла бы принадлежать какой-нибудь изначальной силе.
И, похоже, принадлежала.
— Чем маги запитали источник туманов? — пробормотал Нарш, вероятно, чувствуя то же самое.
— Тем, что порождает тварей, — мрачно откликнулся Эрдан.
Он сосредоточенно выпускал языки Пламени, пытаясь прощупать преграду на прочность.
Но она была во много раз прочнее. Руны и печати ощущались, однако словно ускользали от нас, не давая себя рассмотреть и понять.
 
— Одним огнём тут ничего не сделаешь, — раздался голос Араберга, и Эрдан досадливо поморщился.
И чего им не спится в такую рань? Вроде бы дежурство Эрдана с Наршем. Я оглянулась: Араберг приближался во главе всей своей свиты.
— Вы что-нибудь знаете? — миролюбиво поинтересовалась я.
В конце концов, разногласия разногласиями, но цель намного важнее.
Принц кивнул:
— Древние маги запечатывали подступы к артефакту всеми доступными стихиями. Тут поработали не только фаирпаты. Именно поэтому я взял с собой Ленса и Мивара.
Араберг едва уловимо повёл головой, и названные воины выступили вперёд.
Я присмотрелась к ним внимательнее, с раскрытым даром. И с трудом сдержала изумление. Наличие третьей силы у фаирпатов — редкость не меньшая, чем водник-дракон!
У Ленса за огнём и телепатией ощущалась воздушная магия, у Мивара — земляная. Конечно, слабее, чем основная, но всё же.
Ох, короли Илсанта собирают у себя лучших из лучших. Не удивительно, в общем-то. Ниссвилу стоило бы поучиться, пока была возможность. А не уничтожать всё, что с таким трудом выстраивали предки.
А если учесть и Унмарана…
Я улыбнулась. Выходит, Араберг всё-таки действительно решил помочь. Собрал всё, что знает.
Ал-Ис подала какой-то внутренний знак, и я оглянулась, почувствовав. От шатра за нами наблюдала Айла, и, кажется, ей тоже нравилось то, что она слышала.
— Что ж, попробуем вместе? — не то предложил, не то скомандовал принц.
Эрдан раздражённо скрипнул зубами, и я взяла его руку. Впрочем, спорить он не стал, лишь усилил Пламя у себя внутри.
Пять магических сил, включая ментальную, потянулись к преграде, нащупывая друг друга. Затаив дыхание, я наблюдала, как они сначала осторожно едва касаются тонкими ручейками, чтобы не загасить одна другую. А после, переплетаясь, движутся дальше, сливаются, усиливаются… и упираются в преграду.
В ней начинают проступать печати. Десятки, сотни печатей, которые вспыхивают и исчезают, а на их месте появляются новые.
— Ого! — выдохнула рядом Айла.
Я и не заметила, когда она успела подойти, потрясённая мощью, которую не смогли преодолеть даже сильнейшие драконы. А ведь Аш-Эр-Асан, вне всяких сомнений, посылал сильнейших.
Впрочем… едва ли магов разных стихий.
— Третий дар никогда не бывает особенно сильнім, — проскрипел старческим голосом Шааб, приближаясь. — Лучше бы взяли с собой чистых магов стихий. А ну, мальчик, дай я попробую.
И он бесцеремонно отодвинул Ленса.
Тонкая воздушная струйка вздрогнула, сделалась прозрачной, почти сразу растворилась в обычном воздухе. И тут же в магический «хор» ворвался целый вихрь. Каким бы мастер Шааб ни казался старым, а я сразу же поняла, что «Смерченосный» — это именно о нём. Кроме воздушной, ощущалась ещё и теневая магия! Представляю, какая силища была у него в молодости, если даже сейчас всё вокруг потемнело, отвечая на его магический импульс.
Ураган буквально ворвался в плетение, едва не затушив слабую энергию земли, исходящую от Мивара. Эрдан машинально усилил Пламя, Араберг подбавил ментальной магии. Унмаран с трудом удерживал воду.
Печати снова высветились на поверхности невидимой преграды, засверкали разноцветными рунами. И, будто под порывами ветра, начали мельтешить, меняться местами, не то выстраиваясь, не то разбегаясь.
— Да их тут тысячи! — присвистнул Ферт, который тоже не смог оставаться не у дел. Посмотрел на друга: — Сможешь упорядочить?
— Пробую, — с натугой отозвался Шааб, увеличивая воздействие.
Какое-то время мужчины лишь наращивали силу, стараясь не потерять возникшего единства и одновременно штурмуя стену.
Добрый час, если не больше, руны вспыхивали, иногда замирали и казалось отвечали на воздействие, подстраивались под приказы магов. А после снова исчезали, перемешивались, будто дразнились, и на их месте возникали всё новые.