Защищая ее (ЛП)

Он не отвечает. Просто трет лоб, а потом глаза.
— Пирс, я так больше не могу…
— Рэйчел, ты устала, и я тоже. Давай поговорим об этом завтра. Обещаю, что буду дома к ужину.
— Нет. — Я качаю головой. — Ты не придешь домой к ужину. Знаешь, как все будет? Ты позвонишь мне и предупредишь, что опоздаешь, и сегодняшняя ситуация завтра повториться до мелочей. Я не могу делать вид, что все нормально, Пирс. Если ты действительно хочешь так жить и вперед, то в одиночку. — Мой голос срывается. — Я не собираюсь каждый вечер наблюдать, как Гаррет стоит у двери и ждет, когда ты вернешься домой, только чтобы снова разочароваться, когда ты так и не появишься. Я не позволю тебе обещать играть с ним в мяч, а потом никогда этого не делать. Или обещать появиться на его игру и потом не прийти. Если так и будет, я бы предпочла, чтобы тебя вообще не было в его жизни. — Слезы текут по моему лицу.
Пирс просто наблюдает за мной, ничего не говоря. Затем медленно встает и идет наверх, так и не сказав ни слова. Даже спокойной ночи не пожелал, ни поцеловал, ни обнял. Ничего. Я не знаю, что это значит. Он так дает понять, что между нами все кончено?
Я больше не могу сдерживаться, и теперь буквально рыдаю. Не знаю, почему я только что все это сказала. Я не хочу разводиться. Не хочу разрушать нашу семью. И не думаю, что Пирс хочет этого. Мне казалось, что, если я выскажу ему наболевшее, он изменится. Перестанет так много работать и начнет проводить время со мной и Гарретом. Но этого не произошло. Я знаю, он любит нас, так почему так поступает? Почему он отталкивает нас?
Я плачу, пока не засыпаю, а просыпаюсь от звуков, исходящих от радионяни. Гаррет бормочет в своей кроватке, как всегда, когда просыпается. Он почти никогда не плачет, ребенок счастливый и всем довольный.
Я поднимаюсь в его комнату. При виде меня, Гаррет широко улыбается и протягивает руки. Приходить сюда каждое утро - лучший способ начать свой день.
— Доброе утро. — Я поднимаю его, прижимая к себе. — Как поживает мой любимый мальчик?
На часах около семи. Интересно, Пирс уже ушел? Я не слышала, так что, возможно, он все еще дома. Иду в нашу спальню, и вижу, что его там нет. Кровать застелена так, будто он в ней даже не спал. Может, он спал поверх одеяла, или вообще не спал и вернулся в офис сразу после того, как я уснула.
— Мама. — Гаррет целует меня в щеку.
— Спасибо тебе, сладкий. — Я целую его в ответ. — Ты проголодался? Готов позавтракать?
Мы возвращаемся в его комнату, где я меняю ему подгузник, а потом спускаемся вниз, на кухню. Так начинается мой новый день одинокого родителя.
В пять тридцать я жду звонка. Каждый вечер, между пятью тридцатью и шестью, мне звонит Пирс и предупреждает, что задержится. Что его не будет дома к ужину, и он не знает, когда точно вернется. Я даже не хочу отвечать на этот звонок. Может, и не буду. Может, я просто его проигнорирую.
— Что мы будем есть сегодня на ужин? — спрашиваю я Гаррета, держа его на бедре, и рассматривая содержимое холодильника.— Хочешь спагетти? — На полке стоит банка соуса маринара. У меня много контейнеров с едой, заполненных наполовину, потому что я всегда ем одна и не могу осилить полную порцию. — Как насчет цыпленка?
— Папа, — лепечет Гаррет.
— Папа не будет с нами ужинать, папа на работе. — Я открываю ящик, где хранится мясо. — Если мы хотим курицу, то должны сходить в магазин.
— Папа, — повторяет он.
Я с грустью улыбаюсь.
— Я знаю, дорогой мой, ты хочешь папу, но его нет дома. — Наклонившись, достаю соус маринара. — Давай просто приготовим спагетти.
— Рэйчел.
Когда я слышу его голос, мгновенно закрываю дверцу холодильника и оборачиваюсь. Пирс стоит позади меня, держа в руках букет желтых тюльпанов, которые всегда приносил мне, когда мы встречались.
Ставлю банку с соусом на кухонный островок.
— Что ты здесь делаешь?
Он ласково улыбается.
— Вообще-то я здесь живу.
— Я знаю, но...почему ты не на работе?
— Уже полшестого, и с меня на сегодня хватит. — Пирс кладет цветы на стол. — Я хочу побыть со своей семьей.
 
— Папа! — Гаррет тянется к нему.
Пирс забирает его у меня.
— Папочка здесь. — Пирс целует его в щеку, а Гаррет кладет голову ему на плечо. Я чуть не плачу, видя их вместе. Даже не помню, когда Пирс держал его на руках в последний раз.
— Это только на сегодня? — спрашиваю я, не желая обнадеживаться.
— Нет, — отвечает он с очень серьезным выражением лица. — Я ... мне очень жаль, Рэйчел, я не знаю, что со мной происходит. В действительности, я не хочу, что весь этот ужас продолжался. Я очень скучаю по тебе. — Он бросает взгляд на голову Гаррета на своем плече. — И я скучаю по нему.
— Мы тоже по тебе скучаем.
Пирс наклоняется и целует меня в губы.
— Я люблю тебя. И мне очень жаль, что я так паршиво себя вел по отношению к тебе. И к Гаррету. Поговорим об этом позже, когда он ляжет спать.
Я молча киваю.
— А пока давай поужинаем. Не хочешь прогуляться?
— Мне больше хочется остаться дома. — С Пирсом и Гарретом.  Я хочу насладиться тихим, домашним вечером со своей семьей.
— Тогда мы что-нибудь закажем. Все, что вы оба пожелаете.
— Я заказываю, а ты развлекаешь Гаррета. Он очень хочет поиграть с тобой в мяч.
— Ба! — Наш сын указывает на мини-баскетбол в гостиной.
— Папа быстро переоденется, и… — Пирс опускает его на пол, но Гаррет тут же начинает плакать.
— Он думает, что ты не вернешься, — тихо говорю я.
Пирс моментально подхватывает его обратно и перекидывает через плечо.
— Тогда, полагаю, ты пойдешь со мной.
Плач Гаррета быстро сменяется смехом, когда отец несет его вверх по лестнице. Когда они спускаются обратно, то он ставит Гаррета на пол и бросает ему мяч. Пирс играет с ним совсем не так как я, более агрессивно и грубо, гоняется за ним и борется за мячик. Но Гаррету это нравится. Он нуждался в своем отце. Жаль, что Пирс так долго об этом даже не догадывался. 
  
ГЛАВА 11
 
ПИРС
Последние несколько месяцев я был настолько поглощен работой, что совсем не проводил время с Рэйчел и Гарретом. Это началось, когда я занял пост генерального директора, смог наконец взять на себя ответственность и принимать важные решения, а через месяц уже увидел результаты. Мы работали более эффективно, снижали расходы, увеличивали прибыль, и мне удалось найти нового клиента. Я стал зависимым от успеха и хотел большего. Хотел доказать своему отцу, что могу управлять компанией без него и делать это лучше. Но в процессе я забросил свою семью.
— Он уснул, — сообщаю я, спускаясь по лестнице. Рэйчел сидит на диване в гостиной. Я просто уложил Гаррета в постель, чего не делал месяцами.
— Ты его вымотал, — говорит Рэйчел.
— Это он меня измотал. — Сажусь рядом с ней. — Гаррет никогда не перестает двигаться. Ты, должно быть, с ног валишься после того, как проведешь с ним целый день.
— Это заменяет мне тренировки. — Рэйчел улыбается. — Благодаря беготне за ним и уборке его игрушек, я еще никогда не была в лучшей форме.
Я разворачиваюсь к ней лицом, накрыв ее руку своей.
— Это я должен был быть здесь, заботиться о нем, дать тебе ночью отдыхать.
Она согласно кивает.
— Да, ты должен был. Не потому что мне нужен перерыв, а потому что он нуждается в тебе.
— Я знаю. Я чувствую это.
— Тогда почему тебя никогда не бывает рядом? Ни ради него, ни ради меня? Ради нас, Пирс. Мне нужно понять причины, потому что, если я этого не сделаю, то буду думать, что все это временно.
 
— Это не временно. — Я смотрю ей в глаза. — Прошлой ночью, когда ты сказала, что Гаррету может быть лучше без меня, я ощутил, будто меня ударили в живот. Твои слова едва не убили меня, но мне это нужно было услышать. Я словно проснулся и понял, что могу тебя потерять. Вас обоих. Это то, чего я боюсь больше всего, и все же я позволил этому едва не случиться. Я стал причиной, и не сделал ничего, чтобы это исправить. — Я смотрю вниз на ее руку, ласково сжимая в своей. — Я хотел доказать своему отцу, что могу управлять компанией лучше, чем он. Хотел доказать, что я не неудачник, вопреки тому, что он продолжает меня так называть. И я это сделал. Я достиг своей цели. Я сделал для компании за шесть месяцев больше, чем отец сделал за шесть лет. И он это знает, но все же не признает. — Я смотрю на диван. — Он все еще уверен, что я неудачник. И сегодня утром позвонил только ради того, чтобы лишний раз мне это сказать.