Сын моего мужа (СИ)

Кевин с неохотой покинул свой рабочий кабинет. Только в нем он мог укрыться от укоризненных взглядов своего сына. Подумать только — в своём доме он должен прятаться!
А вообще хватит изводить себя, терзать и жалеть — пора погрузиться в работу, тем более не давеча как вчера вице-президент компании предлагал ему поучаствовать в одном из важных проектов.
Мужчина знал, почему босс выбрал именно его: представительству их компании в России требовалась срочная реорганизация, а Кевин Вилсон долгое время работал в этой стране и прекрасно знал менталитет русских людей, ориентировался в местности, да и женой его была русская женщина, с которой он много лет назад познакомился в Москве.
Черт, а почему и впрямь не попробовать сменить обстановку? Стены родного дома больше не излучали тепло и не приносили комфорта, Марк явно во вражеском лагере, а развод... разводом пусть занимаются адвокаты — он платит им достаточно денег, чтобы процесс был как можно менее болезненным. Айрин зарится на половину его имущества, а это весьма и весьма приличная сумма. Важно, чтобы в этой междоусобице не пострадал их сын.
Кевин вздохнул. Ему так хотелось, чтобы парень нашёл себя в серьезном бизнесе, который приносил бы стабильный доход. Здесь, в Альберте, на Западной стороне Канады — это нефть и газ. Разгильдяй Марк, окончив с отличием университет, наотрез отказался от подобной карьеры и теперь занимался, как казалось Кевину, развлекательной ерундой. Кевин слышал, что сын владел сетью ночных клубов в Торонто и подумывал открыть казино, а недавно краем уха слышал, как Марк разговаривал с одним из своих партнеров о сети развлекательных центров в Европе. Все это казалось Кевину блажью. Парню уже тридцатник, ему пора остановится на чём-то более серьезном и стабильном.
Из столовой донёсся звук открываемого шкафчика — Марк вернулся от своей мамаши. Надо хотя бы поздороваться с сыном. Кряхтя, Кевин начал спускаться по лестнице. В последнее время ему не давала покоя боль в коленях.
Марка он нашёл стоявшим около окна. В руках сына был стакан с виски. Кевин уже хотел было попенять ему, что тот слишком рано начал употреблять алкоголь — ещё даже не полдень, когда Марк обернулся. Лицо его было хмурое.
— Что-то случилось?
Молодой человек залпом выпил содержимое стакана со стуком поставив его на стол. — Поздравь меня, у меня теперь будет ещё один папочка. — Кевин недоуменно нахмурился. — Да, мама выходит замуж.
— Ну вряд ли ей это удастся так быстро — мы ещё не разведены.
— Это вопрос времени. — Марк пожал плечами. Кевин молчал, ожидая, что сын сам расскажет. Расспрашивать не хотелось. Марк, схватившись за голову, прошёлся по гостиной. — Женишок прилетает сегодня. И отгадай откуда? — остановился. На скулах нервно катались желваки, а глаз слегка подергивался. — Она его выписала со своей родины. Пап, он русский! Но самое главное — он чуть старше меня!..
Кевин многозначительно хмыкнул. Может, теперь сын взглянет другими глазами на их ситуацию.
— ...Твою мать! — Марк со всей силы ударил кулаком по столу и сморщился от боли. — И что мне теперь делать?
— Ну как что? Ты взрослый человек, и у тебя своя жизнь. Твоя мать теперь свободная женщина, и только она может принимать решения за себя. Впрочем, как и я. Знаешь, Марк, возвращайся-ка ты в Онтарио и занимайся своими делами. Мы тут с матерью сами разберёмся.
— Но я не хочу, чтобы так было! У нас же все было так хорошо! Черт...
— Постарайся не волноваться из-за нас. Уверен, твоя мать будет счастлива с новым мужем, — Кевин пожевал губы. — А я тем временем постараюсь выбросить этот кошмар из головы. Я, сын, отправляюсь в Россию.
Марк изумленно воззрился на отца, хмыкнул.
— Никак тоже за невестой? Надумал меня осчастливить мачехой?
Кевину стало смешно. С него достаточно и одного брака.
— Уж об этом тебе точно не стоит волноваться. Скорее, я надену на себя рясу и подстригусь в монахи...
Марк устало вздохнул.
— Хотел бы я быть на твоём месте, ни о чем не беспокоиться, кроме как вовремя вливать денежные средства в адвокатов. А мне послезавтра придётся знакомиться с отчимом.
 
Кевин похлопал сына по плечу:
— Ни пуха, ни пера.
  
Глава 8
 
Дни стремительно проносились мимо меня и исчезали вместе с закатами солнца. Так же исчезал мой более чем скромный запас денег, которые насильно заставила взять Лизка. Теперь она, приходя ко мне, вела долгие разговоры о работе. Да я и сама понимала, что недолго смогу сидеть сложа руки, пора что-то подыскать.
Мне было боязно покинуть свой мирок — двадцатиметровую комнату. Я практически не общалась с соседями, стараясь выходить в общую кухню, когда там уже никого не было. Тем более мне было сложно представить себя в рабочем коллективе.
Мы начали встречаться с Олегом, перед тем как я поступила в институт, а поженились, когда училась на втором курсе, и все это время моей Вселенной был он. Я никогда не тусовалась с подружками на вечеринках или в ночных клубах, вместо этого убегая на свидания с любимым, или сидела дома в ожидании его звонка. Несмотря на то, что окончила учебу с отличием и считалась специалистом в области финансов и маркетинга, на самом деле я полный профан. Все, что я знала — это теория. Да, могла помочь небольшим советом, и в своё время даже пришлось писать диссертацию за Олега — он был занят открытием бизнеса.
Теперь же передо мной стояла дилемма: работать по специальности или же найти какую-нибудь простенькую работенку где-нибудь на почте или в магазине. Именно за таким занятием, как просмотр газет с объявлениями о трудоустройстве, и застукала меня Лизка.
Глядя на подругу невинным взором, я спросила ее о какой-то из открытых вакансий, и на меня неожиданно обрушился гром ее возмущения:
— Милка, как тебе не стыдно?! Для чего ты училась?! Чтобы грузить стеллажи с хлебом?! Или, как почтальон Печкин, ходить по домам и разносить телеграммы?! Вот же я, стою перед тобой — менеджер по кадрам. Неужели я тебе не смогу подыскать хорошую работу?!
Я скромно потупила глаза:
— Да мне не нужна хорошая работа... так, чтобы хоть не орали на меня.
— Не орали? Да если ты будешь хорошо работать, на тебя никто орать не будет. Сейчас уже не девяностые годы, начальники стали более дипломатичными. И платят в тех местах, где я кручусь, гораздо больше.
Я со вздохом согласилась, оставив свои сомнения и страхи при себе. В конце концов, Елизавета так много для меня сделала, что я не могла себе позволить спорить и капризничать.
— Ты голодная? — я вскочила, собираясь в кухню.
Там в холодильнике у меня стояла кастрюля с борщом. К тому же мне просто хотелось перевести разговор на другую тему. Не готова я ещё к обсуждению моей будущей работы.
Но подруга думала иначе:
— Сиди, — жестом остановила меня. — Мы ещё не закончили. — Мои глаза непроизвольно закатились. — Работу я тебе найду в течение недели, Мил, но ты не можешь войти в коллектив такой лохушкой. Извини, но видок у тебя не фонтан. — Я закусила губу. Ну да, Олег, оказывается, тоже был такого же мнения о моей внешности. Лиза продолжала: — Надо привести тебя порядок, да и шмотки нужны для работы в офисе.
— В офисе?
— Ну а где же ещё?! — Меня аж бросило в жар. Я оглядела себя. Такой привычный байковый на пуговичках халат, стоптанные тапочки... — Ми-ла!  Завтра же пойдём приводить тебя в божеский вид.
— Но у меня даже нет денег на все это.
— Об этом тебе не стоит волноваться. Когда будешь зашибать крутые бабки, тогда и отдашь.
Я быстро кивнула, сглотнула нервно. Елизавета жутко упрямая, с ней не поспоришь. Пожалуй, лучше просто подчиниться.
 
* * *
Следующий день начался с посещения парикмахерской. Вернее это был целый спа салон. Я долго отнекивалась — не хотела чтобы подруга тратила на меня свои деньги. Елизавета подвела меня к большому зеркалу, висевшему в зале.
— Посмотри на меня. Что ты видишь?