Звезды в моих руках

– Крис. – Освобождаю руку. – Мне сейчас не до свиданий. У меня ночью мать увезли в больницу. Поэтому не приставай ко мне, хорошо?
Ухожу. У меня нет времени волноваться о Кристине. Сейчас для меня важна только Аля. Озираюсь, ища ее, но толпа в приглушенном свете выглядит однородной массой. Своих не различить, не говоря уже о чужих.
Ругаюсь про себя, хватаю со стола с угощениями мармелад и засовываю в рот. Становится сладко, вязко, аж зубы сводит. Жую как можно усерднее, может, наваждение отпустит. А если это была не Аля? Что, если к Кристине пришла девчонка, жутко похожая на нее?
  
Собираюсь сдаться, когда вижу ее. Стоит у другого конца стола рядом с Жилиным. Юрка ей что-то вещает. Чертов ублюдок, и сюда пролез. Преодолеваю расстояние между нами шагов за пять.
– Жилин, – окликаю его. Юра поворачивается. Аля стоит ко мне спиной. Потом с ней поговорю, сначала решу вопрос с этим придурком. – Когда у нас главная игра?
Самое идиотское, что мог спросить. Жилин приподнимает бровь, его губы расползаются в издевательской усмешке. Он медлит, отхлебывает минералку – завтра еще одна тренировочная игра, поэтому он не пьет.
– Когда главная игра? Ты че, бухой? – Его лицо проясняется. – Через две недели. Я мог бы тебе не говорить, но, к сожалению, ты у нас сильный игрок. Так что проявлю милосердие. – Жилин хлопает меня по плечу. – Не пей сегодня, а то завтра весь пол в зале заблюешь.
Тренировочный матч в воскресенье. Тренер объявляет о таких матчах внезапно, и команда ненавидит его за это. Взамен нам ставят хорошие оценки по всем предметам.
– Спасибо, – машинально благодарю его.
Обычно мы с ним цапаемся, но сегодня мне нужно отвлечь его внимание от моей добычи. Али рядом нет. Пока мы разговаривали, она куда-то подевалась. Делаю несколько кругов по квартире, заглядываю в комнаты, забитые уединившимися парочками, в ванные комнаты – здесь их две – и, прихватив пиво, выхожу на лоджию.
Свежий вечерний воздух бодрит. После душного помещения, пропахшего сладостями, пролитым на ковры алкоголем и духами вперемешку с потом, здесь дышится легко. Под окном на висячей полке стоит пепельница, забитая бычками. Часть из них дымится. Беру пепельницу, высовываюсь в окно. Кристина живет высоко, никто не узнает. Вытряхиваю бычки. Пепел и окурки кружатся, исчезая вдалеке. Ветер уносит их. Ставлю пепельницу обратно. Теперь чистый воздух какое-то время никто не испортит.
Сажусь на пол, подпираю голову рукой. Здесь слышно приглушенную музыку, смех, как переговариваются гости. Впервые мне хочется побыть в одиночестве на тусовке. Раньше я ходил на вечеринки, чтобы отдохнуть от истерик, недовольства матери и свободно вздохнуть без ее контроля. Снимаю крышку с бутылки. Делаю пару глотков, ставлю бутылку рядом. Нужно вернуться и найти Алю. Упираюсь кулаками в пол, чтобы подняться. Двери лоджии открываются, и заходит она. Такая же потерянная, как и я.
– Я тебе соврала. На самом деле я не собираюсь заполнять аквариум звездами.
Я ждал от нее чего-то более откровенного.
– И что ты будешь с ним делать?
– Не знаю. – Она отводит взгляд.
Протягиваю ей открытое пиво.
– Хлебни для храбрости и расскажи все. Сразу полегчает.
– Ты туда ничего не подсыпал? – с опаской спрашивает она.
Хмыкаю. Да, на вечеринках и не такое бывает, ее осторожность понятна. Отпиваю из бутылки и снова протягиваю ее Але.
– Если через пару минут я отключусь, значит, там точно что-то было. Например, алкоголь.
Аля берет бутылку, крутит ее в руках. Смотрит на меня, словно проверяет.
– Что? – спрашиваю.
– Можно я скажу тебе кое-что странное? – Киваю. – Когда ты предложил встретиться, ну, после зоомагазина, ты показался мне очень страшным. Не внешне, просто как будто… Ну типа маньяк. – Она нервно посмеивается. – Меня еще никто на улице не звал на свидание.
– Меня тоже, – тяну с грустью в голосе.
Смех Али выравнивается, голос перестает подрагивать.
– А сейчас мы снова встретились, и я не знаю… судьба это или ты какой-нибудь сталкер. Ты же не сталкер?
– Нет, конечно.
– Настоящий сталкер никогда не признается…
– Клянусь, э… чем поклясться? – Тычу пальцем в сторону Али. – Вот этой бутылкой пива клянусь, что не сталкер. Могу тебе свой телефон дать. Он у меня не забит твоими фотками, что бы ты ни думала обо мне.
– Да ладно. – Она отмахивается и делает маленький глоток. – Даже если ты здесь специально, ты не мог знать, приду я или нет. Кристина же меня не приглашала.
– Вот стерва, – наигранно ворчливо поддакиваю Але.
Она посмеивается и машет мне указательным пальцем.
– Она хорошая. Я бы хотела быть на нее похо…
– Не надо, – выпаливаю быстрее, чем она договаривает. Аля удивленно смотрит на меня. – Ты прекрасна как есть.
Она щурится, отпивает еще и протягивает мне бутылку.
– Разве тебе не нравится Кристина? Я думала, она всем нравится…
– Я же сказал тебе еще тогда, что мне нравишься ты.
Дверь открывается, нас прерывает лохматый парень с сигаретой. Он смотрит сначала на меня, потом на Алю и пьяным голосом сообщает, что зайдет попозже. Когда дверь закрывается, напряжение возрастает. Мы переглядываемся. Аля первой отводит глаза.
– Я никогда ни с кем не встречалась.
– Я тоже.
Из-за матери у меня не было времени на девушек. Сначала я переживал, но потом решил, что это к лучшему. Кто бы стал встречаться с парнем, который живет с ненормальной мамашей?
– Что, если нам не понравится? – с опаской, смешанной с любопытством, спрашивает Аля. Она глядит на меня исподлобья, пощипывает указательным и большим пальцами складки на джинсах.
– Мы всегда можем расстаться, делов-то. – Пожимаю плечами. – Будем цивилизованными людьми, останемся друзьями.
– Но мы ведь ничего друг о друге не знаем.
– Мой друг увидел свою девушку в кафе, она там подрабатывала на полставки. Он дождался закрытия и сказал, что влюбился в нее с первого взгляда, предложил встречаться. Как думаешь, что она сказала?
– Не знаю. Мне было бы жутко от того, что какой-то парень дожидается меня весь день. – Аля поеживается.
– Она согласилась. Знаешь почему? – Она мотает головой. – Потому, что они оба решили рискнуть. Теперь они вместе уже третий год, почти не ругаются. Конечно, есть пары, где влюбленные знают друг друга годами и только к тридцати решают, что пора жениться. Жизнь ведь не состоит из перечня, кого можно выбирать, а кого нельзя. Решай не мозгом, прислушайся к сердцу. – Прикладываю руку к груди. Мое сердце учащенно бьется. Ее, надеюсь, тоже.
Аля елозит на полу. Встаю и протягиваю ей руку.
– Тебе лучше на холодном не сидеть, а то застудишь… Ну, ты поняла.
Она берется за руку и поднимается. Мы оказываемся так близко, что едва не соприкасаемся носами. Она вдруг прислоняется ухом к моей груди.
– Ты ведь не сказал, что я должна слушать именно свое сердце, – шепчет она, отчего мое сердцебиение ускоряется. – Я и вправду тебе нравлюсь.
Во рту пересыхает, колени вот-вот подогнутся. Хочется ее обнять, но пока нельзя этого делать. Пока она не скажет, что согласна, мне следует уважать ее решение.
– А твой друг смелый. И ты тоже смелый. Я бы так не смогла, признаться кому-то на улице. – Аля отстраняется.
Неловко улыбаюсь. Нет никакого друга. Я все выдумал. Девчонки любят романтиков.
– Давай пойдем на свидание, – неожиданно предлагает Аля. – Это будет наша третья встреча, и, если все пройдет хорошо, я дам тебе окончательный ответ.
– Где встретимся?
Аля открывает рот. Едва она произносит первые буквы, в квартире что-то взрывается. Вывожу Алю за руку и протискиваюсь сквозь толпу, стараясь оградить девушку от толкучки. То и дело оглядываюсь на нее. Взгляд Али беспокойно перебегает с одного человека на другого; она стискивает мою руку и жмется ближе. Ее учащенное дыхание касается моей спины. Провожу Алю к выходу и прикрываю собой. Когда кто-то пробегает мимо и пихает ее на перила, вовремя перехватываю Алю. Ее плечо придавливает мои пальцы, но я улыбаюсь и направляю девушку на лестницу.