Звезды в моих руках

Когда папа дома, мы разговариваем только при острой необходимости. Теперь он живет работой, не бывает на родительских собраниях и часто куда-то уходит. Если я случайно преграждаю ему путь, он проходит мимо. Так появляются новые бумажные звезды. Одна за другой, все разноцветные, яркие и наполненные грустными воспоминаниями.
  
Я жую подмокшие хлопья с молоком, папа ковыряется в подгоревшей каше. Он не ест то, что готовлю я или мама, возится у плиты сам, потом моет за собой посуду. Мусор собирает в отдельный мешок и всегда уносит его. Наше семейное расписание больше не действует.
– Папа. – Он не поднимает на меня взгляд, не шевелится, будто я не с ним говорю, а со стеной. – Так нельзя. Почему ты меня избегаешь? Я понимаю, что мама тебя обманула, что она сделала тебе очень больно, но я в этом не виновата. Я же люблю тебя, пап. – Беру его за руку как можно нежнее, пытаюсь приласкаться.
Папа отдергивает руку и встает из-за стола.
– Аппетит пропал. Потом посуду помою, не трогай мою тарелку.
Он уходит. На кухне мрачно и холодно. Отопление до сих пор не включили. Через силу доедаю завтрак, собираюсь и ухожу в школу.
Раньше при виде Розы я всегда улыбалась и махала ей. Теперь же ни на улыбку, ни на лишние телодвижения у меня нет сил. На большой перемене мы сидим в столовой. Держу стакан с компотом из кураги, но не пью, просто пялюсь в стену.
– Ты до сих пор не встретилась с тем парнем? – спрашивает Роза. Если бы не ее слова, я бы не вспомнила про Жору. – Снова перестала краситься, совсем на себя забила. А это что? – Подруга трогает мои волосы. – Неужели ты их не помыла?
– Да как-то времени не было.
– Эй, я же чувствую, что с тобой что-то не то происходит. Не ври мне, слышишь? Я с врушками дружбы не вожу, предупреждаю! – Роза надувает губы.
Знаю, что она несерьезно, но если и она перестанет со мной общаться, я не перенесу…
– Да, ты права. Я просто так хотела увидеться с Жорой, но он до сих пор не пришел, и у меня опустились руки. Может, я ему не нравлюсь на самом деле, а? – Подпираю голову рукой.
– Скорее всего, он занят. Он же ходит на баскетбол с Жилиным.
– Что, правда? – В другой день я бы удивилась, а сегодня голос звучит вяло.
– Да.
– Жилин меня приглашал посмотреть их игру. По-моему, она как раз на этой неделе.
– Знаешь, что я тебе скажу? – Роза озирается, пересаживается поближе на освободившееся место и шепчет на ухо, обжигая дыханием: – Лучше присмотрись к Юрке. Он хороший парень. А Жора этот довольно мутный тип. Я его видела недавно, когда он к Кристине в гости приходил. Знаешь, что они делали? Он сидел перед ней с голым торсом, а она ему по всему телу синяки рисовала!
– Уф, слишком жарко. – Отстраняюсь и потираю ухо. Когда Роза возбуждена очередными слухами, она оплевывает ушную раковину. – Ты за ними шпионишь, что ли?
– Они были у меня в комнате. Не знаю, зачем ему это нужно, но между ними витала какая-то странная химия. Удушающая или типа того. – Глаза подруги блестят, губы подрагивают от волнения.
Не выдумывает, говорит правду. Она меня и в детстве никогда не обманывала, лишь пару раз умалчивала, что обо мне за спиной говорят гадости, а сама разбиралась с теми сплетницами. С ней они связываться боялись, поэтому вскоре и от меня отстали. Я стала той, кто я есть, только благодаря Розе.
– Может, ему выступать надо было где-то, мало ли, – говорю я.
– Если бы ему надо было выступать, не думаю, что они сидели бы у меня. И потом, перед всякими выступлениями даже школа нанимает гримеров, если это необходимо. Правда, эти гримеры зачастую сами ученики, и получают они копейки. Это я тебе как бывший гример седьмого класса говорю. – Роза прикладывает руку к шее и закатывает глаза. – Они мне знаешь, сколько заплатили? Нисколько! Разрешили месяц бесплатно питаться в столовке. Оторвали от сердца несчастные рубли. Я на них могла бы что-то из косметики купить, между прочим!
Нужно прервать этот гневный поток мыслей, иначе Роза продолжит возмущаться до конца перемены. Касаюсь ее руки. Подруга замолкает на полуслове.
– Почему ты советуешь присмотреться к Жилину? Разве он тебе самой не нравится?
– Ну, нравится. – Она смущенно хихикает. – Просто у меня щедрая душа и я готова уступить парня, лишь бы ты не грустила.
– Давай просто сходим посмотрим игру, поболеем за ребят. Мне сейчас не нужен парень, сама знаешь, что важнее сдать экзамены. – Отпускаю Розу и пью компот.
Он уже остыл и по вкусу похож на подслащенную воду с плесенью. Отвратительный вкус бодрит.
– Ну да, экзамены, – недовольно тянет подруга. – Только о них и думаешь. Ты уже выбрала, куда поступишь? Специальность там, еще что-то? Знаешь, какие предметы надо сдавать на ЕГЭ, чтобы подать заявку?
Качаю головой. У меня были мысли, куда пойти учиться, но после всплывшей в семье правды не уверена, что родители потянут мое обучение в университете. Зачем папе платить за меня в таких обстоятельствах? А мама одна не справится, ей придется лезть в кредиты. На бюджет точно не поступлю. Учусь неплохо, но и не отлично. Учителя говорят, что у меня есть потенциал, нужно только приложить усилия, если я хочу чего-то добиться. Лучше уж найду какую-нибудь непыльную работу, встану на ноги и потом решу, куда подать документы.
– А ты решила, на кого пойдешь? – спрашиваю Розу.
– Я много всяких сайтов облазила, почитала на форумах и в группах, что пишут абитуриенты и студенты вузов, и поняла, что это все не мое. Вся эта крысиная возня за оценки, опять новые экзамены и зачеты. Как подумаю, сразу тошнит. – Она высовывает язык и изображает отвращение. – К тому же мало кто из студентов работает по специальности. Многие получают диплом «чтоб был». Оно мне надо? Я лучше пойду учиться тому, что у меня и так получается, а впоследствии принесет мно-о-ого денег.
Глаза Розы сияют. Она и вправду нашла свое призвание или это очередное хобби, на которое она забьет через месяц-другой? Роза порой похожа на спичку: быстро загорается и так же быстро тухнет. С детства она перепробовала много всяких увлечений, но легко о них забывала и переключалась на что-то новое. Из постоянного в ее жизни только дружба со мной и страсть к красивому маникюру.
– И что это? Что у тебя так хорошо получается, что потом ты озолотишься? – шутливо спрашиваю ее.
Болтовня подруги всегда поднимает мне настроение. Когда я тону в пучинах отчаяния, она накидывает на меня спасательный круг и выдергивает, словно мчится на катере к берегу. Такая она, моя Роза.
– А ты как думаешь? – Она разворачивает ко мне руки тыльной стороной и забавно перебирает пальцами в воздухе. На ее ногтях поблескивает темно-синий лак, поверх которого нарисованы золотистые звездочки. Некоторые из них с хвостами – падающие. Можно загадывать желание. – Маникюр, конечно!
  
Глава 14. Жора
 
Мать придет домой с минуты на минуту. Приходится действовать быстро: покупаю еду в ресторане неподалеку, несу домой и раскладываю блюда по тарелкам. Бутылка вина и бокал уже на столе. Мать верит, что немного алкоголя перед сном не повредит и поможет уснуть.
– Георгий! – Она возвращается домой в приподнятом настроении. – Что ты для меня сегодня приготовил?
– Филе тунца, салат и еще кое-что. Это сюрприз. – Сдержанно улыбаюсь.
Чтобы усыпить ее бдительность, я купил десерт. Она знает, что с ними я вожусь дольше всего, и если не проверит через приложение-шпион, где я был, то купится. За моими перемещениями она следит крайне редко. В основном когда в плохом настроении.
– Поешь со мной, – предлагает мать.
Ее голос звучит добрее обычного, но это ловушка. Если я решу ее ослушаться, она тут же напомнит, кто в доме главный.