Эволюция Генри 2 (СИ)

Нормально я в ванне полежал…
— Так эта гадость, наверное, радиацией фонит? — Сглотнул я.
— Ну и что? — Пожала Агнес плечами. — После возвышения заживет.
— Миленько, — не нашелся я с ответом. — И много таких муравейников еще?..
— Какая разница? Всякий враг человеческий падет супротив искренней веры и ядерного оружия… Ты там кормить собрался или нет? У меня кошелек свинцовый, давай обратно положу.
— Да сейчас накормим, — приценился я к ящерке. — За маму, папу и святого Беккереля.
— Не богохульствуй!
— Даже не начинал, — подкидывал я мертвого муравья в ладони, пытаясь привлечь внимание этой жабы.
Жаба смотрела, но испуганно и на меня.
— Что ж он тяжелый такой, — вновь оценил я массу насекомого.
— Железный на две трети. Они там, с уровнем, все бронируются, еще насмотришься…
— Не хотелось бы. — Емко отозвался, подходя чуть ближе.
Ящерица плавным движением переползла подальше.
— Слышь, зеленая, — миролюбиво начал я переговоры. — Вот эта штука все равно попадет в твой организм, — продемонстрировал я муравья. — Но будет либо вкусно, либо унизительно больно.
— Да не понимает она наш язык! — Проворчала Агнес.
— Но вы же как-то договариваетесь?
— Дрессировка. Там разума как у собаки.
— Значит, точно договоримся. На-на! — Потряс я муравьем. — Ай, как вкусно! Ам-ам! Это не Марле, не Агнес, а симпатичной ящерке… Ну, «ам»?..
Что-то не шевелится, смотрит настороженно.
Из посторонних звуков — только звук от ладони Агнес, хлопнувшей себя по лицу.
— Так, хрень чешуйчатая, — включил я талант и придавил этот сочный чешуйчатый кусок плоти взглядом. — А ну подползла ближ-ж-ш-ше… Ещ-ще-е ближ-ж-ш-шее… Яз-зык, я хочу видеть твой язык…
Я положил муравья на нечто противно-розовое, осторожно выдвинутое из пасти. Ну хоть лакомство язык обхватил в нормальном режиме — базовые рефлексы есть.
— Ж-жевать. — Подстегнул я голосом.
Ящерица бодро зажевала.
— С-с-сказать «с-с-пас-сибо».
Зеленое что-то проклокотало, вжимая голову в грудь.
— С-с-свалить нахр-рен, пока не пос-с-ову. Живо!!
Рвануло вверх, как здоровое.
— Ну вот! — Отряхнул я руки. — А пнули бы раньше — муравья бы сэкономили… Чего это вы так смотрите?..
— Вот один в один наша нянечка настоятельница, — относительно спокойно прокомментировала Марла.
— Генри, — поразительным образом выматерилась моим именем Агнес. — Я пока не буду спрашивать, что это было… Но задача была — починить, а не заставить свалить из штата!
— Да что вы все шумные такие, — поморщился я. — Ну куда она свалит!
— По воздуху! На север, на юг, подальше от тебя! Ты, дурень, не понимаешь! Боевая тройка выйдет на крышу, покажет лакомство, а сверху прилетят только два транспортных средства! Два, не три! — Для выразительности показали мне на пальцах.
Так, где эта хрень зеленая — заволновавшись, посмотрел я талантом сверху вниз. Да нормально все с ней — вон, летает с двумя товарками, наверняка обсуждает меня матом.
Улетит она от радиоактивных муравьев, да щас!
— Да ты, паразит, всю логистику Ордена испортил! — Не сдерживалась шеф.
— А ну к ноге! — Рявкнул я, найдя взглядом «мою» тварь в воздухе.
Та резко сорвалась вниз.
— Агнес, отойдите, будьте добры, — мягко попросил прильнувшую монахиню. — Сейчас состоится посадка.
— А? — Не поняла та, глядя чуть блуждающим взглядом.
И чуть вздрогнула, когда на бетон плюхнулась зеленая хреновина, складывая пузыри-крылья, и бодро затопала ко мне.
— Выдайте муравья, будьте добры, — попросил я чуть неадекватную брюнетку.
— А нет. Кончились. Марла, у тебя есть? — Повернулась она на блондинку, не нашла сразу, но потом заметила на заборе, жующей питательный батончик.
— Да и не было никогда, — отозвались оттуда.
— Муравья нет, — чуть нахмурившись, встретил я взглядом летающую жабу. — Но благодарю за службу!
Стоит, топчется, порождение мрака.
— Надо положительное подкрепление, — шепнула Агнес. — Они привыкли!
— Но муравья нет.
— Нет.
— Ладно, — вздохнул я, не отпуская «талант». — Иди ко мне, страшилище. Нет, язык пока держи при себе, тут ваши муравьи в дефиците, — подошел я ближе. — Хм… Хороший мальчик! — Бодро похлопал я ящерицу по башке.
  
Со стороны забора заржали и, судя по звуку, упали на ту сторону.
— Да куда ты языком лезешь, — вздохнул я, не найдя понимания.
— Сейчас бы тебе Марла высказала, — откашлявшись и взяв себя в руки, деловито отозвалась Агнес, заняв позицию за моей спиной и чуть позади.
— М-да, интеллекта тут поменьше, чем у собаки. — Трепал я ящерицу за чешую, уклоняясь от настойчивых попыток забрать несуществующее лакомство. — И страха на один раз.
— Не были бы они такими ленивыми и привередливыми, плохо бы нам было… — Философски отметила шеф.
— Уже не первая мутировшая зверюшка с таким описанием, — хмыкнул я.
— А до этого что было? — Полюбопытствовала брюнетка.
— Черная птица.
— А, это да… Только нефть любит, — покивала она. — Сталкивался?
— Съел. — Задумчиво отозвался, приглядываясь к шкуре зверя.
Вроде на затылке чешуйки мягче и мельче — они даже как-то подсвечены по-особенному, чуть желтоватым, если талантом смотреть…
Ну ка — попробовал почесать. Тварь замерла, словно прислушиваясь к ощущениям.
Есть контакт!
Деловито осмотрел зверушку — похожие «желтоватые» области нашлись в местах примыкания лап к туше, куда я для эксперимента залез и сразу же отпрыгнул, когда тварь завалилась на бок, вытягивая лапу выше, чтобы удобнее было чесать.
— Не, ну ты совсем уж не борзей, — выдохнув и чувствуя холодный пот, все-таки принялся я расчесывать явно труднодоступные места, стараясь не прислушиваться к довольному полускулежу-полушипению. — Все! — Постановил я через пару минут. — Сеанс окончен!
Лежит, смотрит возмущенно.
— А по жопе⁈
Вот, подобралось, крутнулось вокруг себя, глянув с надеждой, но увидев кулак перед мордой, рвануло с площадки вверх.
— Ну и? — Возмущенно повернулся я к Агнес, смотрящей в небо.
— Что, «ну и?». Отличная методика, брат Генри. Я сегодня же передам доклад в виварий. Признаюсь, раньше пытались найти подход к ним через ласку, но после нескольких откусанных рук опыты были приостановлены. Оказывается, мы неверно выбирали то самое место…
— Хочешь, покажу какое у меня «то самое место»? — Шепнула Марла, внезапно оказавшись совсем рядом.
Я покосился на нее и отметил желтое пятнышко на ее ухе. Хм… Кажется, я и без подсказок теперь знаю… Но это потом!
— Да фиг с ним, с докладом! — Все еще кипел я возмущением. — Ящерка-то здоровая. Не слышу извинений!
— Тебе в письменном виде? — Подняла брови шеф.
— Просто «извини». — Сдал я чуть назад.
— Сойдет в качестве извинений, что я не буду докладывать коммодору, что посторонний может пользоваться нашим транспортом, когда ему вздумается?..
— М-м… — Почесал я затылок, невольно взглянув в небо. — Пожалуй, да. Еще и сдача останется, — пришлось признать.
Потому что грохнут, не задумываясь.
— Генри, Марла. Прошу в дом. У нас три недели. Но это не так много, как вам может показаться. — С чем Агнес деловито зашагала в сторону здания школы — видимо, уже бывшего.
— Стой! — Придержал я Марлу за плечо и, игнорируя удивленный взгляд, слегка коснулся мочки ее уха.
Хм… А если языком?..
— А посреди баскетбольной площадки, это не слишком? — Жарко шепнули мне.
— Прошу прощения, надо было кое-что проверить, — невозмутимо отодвинулся я и затопал вслед за шефом.
— И как, проверил? — Заинтересовавшись, догнали меня.
— Почти. Надо формировать программу исследований!
Именно этим настоящий ученый отличается от дилетантов! А я почти ученый — дал бы кто четыре года отучиться еще…
— Если что, я доброволец, — закивала Марла. — Слушай, а у тебя такие ящерицы уже были? — Словно вскользь уточнила она, пока мы протискивались через вход, отчего-то решив зайти одновременно.