Эволюция Генри 2 (СИ)

— Ты смотри, работает… — С интересом хмыкнули над головой. — Расскажи мне, как выбраться из штата и уехать на север страны.
Нет дела проще!
— Вам надо на сто первую федеральную трассу, сэр! На нее через эль-восемьдесят уже полгода ходят автобусы, почти каждый день!
— То есть, сначала на юг, в Сан-Франциско, потом на север по федеральной?
— Все верно, сэр!
— Насколько безопасна дорога?
— По эль-восемьдесят безопасно, сэр! Ну, почти… Если нападет шантрапа, то ей все равно ничего не светит — автобусы из переделанных грузовиков, люди за рулем серьезные.
— А кого возят? — Заинтересовался молодой голос.
— В основном нефтяников, сэр. Ну и всякий сброд, которому дома не сидится. Думают, что в Сан-Франциско им лучше будет.
Сержант прикусил язык — может, этот человек из Сан-Франциско и приехал.
— А что, возобновили добычу? — По счастью, перескочил незнакомец на другую тему.
— Так точно, возобновили. Не у нас, восточнее! Вот туда все потянулись! Спецы, воры, проститутки — все!
— А в Вингстоне как? — Подумав, спросили Тиллмана.
Тот уже начал осторожно ворочаться на месте — не для того, чтобы освободиться и напасть, просто замерзал на полу.
— Тут выращивают травку, сэр.
— Это в Грин Хоум?..
— Да, сэр. Вы верно сказали, все так. А можно мне подняться, сэр? Я рук почти не чувствую…
— Подожди. В Грин Хоум кто хозяин?
— Не знаю, сэр. — Вполне искренне не смог ответить Тиллман. — Вроде, какая-то баба дурная.
— Какая из? — Тяжко вздохнул его собеседник.
— Не могу знать, сэр.
— Молодая, зрелая? Фамилия?
— У нас свое начальство, сэр. — Замотал Фред головой, насколько позволяло его положение лежа.
— «Наставник Дэвид» — говорит тебе это что-то?
— Это вы, сэр? — осторожно предположил он.
— Нет. «Вайта бэй» — знаешь кто это?
— Их года три назад перестреляли, — удивился сержант. — За дело, вы не подумайте! Они на наш конвой напали.
— Ясно… — Мрачным тоном, не вяжущимся с этим словом, сказал незнакомец. — Ладно, вставай. — Дернули сержанта за плечо, помогая.
И тут же усадили в кресло.
Тиллман не дергался — оно не полезно для здоровья, когда у человека перед тобой твой же автомат перекинут через плечо.
Удалось получше разглядеть незнакомца. Выглядел тот… Странно — это слово приходило в первую очередь.
Во-первых, костюм — был явно больше на пару размеров. С пола-то не разглядеть, но сейчас сержант видел, как идут складками брюки и небрежно лежит на плечах слишком широкий пиджак, как выпирает слишком широкий ворот рубашки… И через все это перекинута лямка автомата — и вот его уже парень (а ему вряд ли было больше двадцати) держит правильно, уверенно…
— А вы кто? — Выдохнул Тиллман.
— Вот что, сержант, — проигнорировали его вопрос. — У тебя есть запасной набор формы?
— Есть, сэр. Как не быть — конечно есть… Только подотчетная она…
— Автомат оставлю. Содержимое, вон, — кивнул тот за спину сержанту. — Там лампы должны быть рабочие. Рация лежит добротная, Моторола. Батарейки сели, но что-нибудь придумаешь.
Тилмман сначала не понял, куда показывает парень. Но потом медленно повернулся назад.
Дверь сейфа была открыта — зиял черный провал за ней, начисто лишенный освещения. И что-то настойчиво начало пробиваться в прокуренной и пропитой голове — из полузабытых уже наставлений о «точке пять». Как раз о том, что надлежит делать, если дверь окажется открытой. И если рядом с ней окажется человек — скорее всего, в темно-синем деловом костюме… Никто не говорил, что он выйдет из сейфа, но даже дебилу будет ясно, что человек в костюме — тот самый…
Тиллман сглотнул ставшую вязкой слюну, рассматривая, как выбивается лацкан слишком большой рубашки из натянутых на локти рукавов пиджака.
— Конечно, одежда найдется, сэр. Я ее даже не надевал! Чистая! В вещмешке — разрешите?
— Сиди пока, — отошел парень к мешку.
Поглядывая на сержанта, развязал лямки, посмотрел мельком и снова дернул за шнуровку, закрывая.
— Пойдет. Берцы там же?
— Там все есть! — Кивнул сержант.
— Мы, вроде, одного роста… — Прикинул незнакомец. — Размер обуви?
  
— Десятый, сэр!
— Пойдет.
— Сэр! По инструкции, мне необходимо доложить о вас, сэр! — Все-таки решился сказать Тиллман.
— Нет, не нужно тебе этого делать. — Взвесив мешок в руке, покачал головой парень.
— Но вас встретят со всеми почестями и…
— Ты мне доверяешь?
— Да, сэр… — Сначала растерялся сержант, но потом понял, что советом, пожалуй что, желают ему добра.
Парень проверил, что в автомате нет снаряженного патрона, вытащил магазин и отставил разряженный автомат к стене. Магазин положил в карман…
— Лучше забудь, что я тут был. — Посоветовали Фреду напоследок. — Бывай.
И силуэт, одетый в нескладный костюм, спокойно вышел из банка. Не потревожив, что характерно, ни одной сторожевой лески — просто перешагивая через них, словно знал, где они находятся…
Сержант не рванул к рации, прозорливо спрятанной за нагромождением камней. Не собирался он и начать осторожное преследование. Даже автомат, отставленный в сторону — и тот проигнорировал. Толку-то от него сейчас?
Тиллман просто замер минут на пять на кресле — в страхе, что сейчас незнакомец передумает, вернется и убьет его.
Потом, чуть оттаяв, сержант все-таки встал на границе открытой сейфовой двери. Обнаружил ему обещанные лампы и рацию, выставленные совсем рядом с выходом, словно специально. Попытался разглядеть что-то массивное в темноте. Чертыхнулся, щелкнул зажигалкой и поднял над головой.
А как понял, что видит, покрылся холодным потом и, воровато оглянувшись, резко навалился на дверь сейфа, закрывая ее ко всем чертям. Провернув массивным штурвалом по часовой, закрыл замок и несколькими движениями по двум крутилкам сбил кодовые комбинации.
Дверь снова была надежно закрыта.
Тиллман выдохнул и отошел в сторону, глядя на результат своих трудов. Потом рухнул обратно в кресло и трясущимися руками раскурил новую сигарету.
К демонам рацию, к демонам лампы. Форму купит, патроны спишет.
Фред Тиллман не был идиотом и прекрасно понял, что в сейфе проходил эволюцию какой-то близкий начальству Корпуса человек. Несложно догадаться — по искалеченной ванне, по мешкам с мудреными надписями. У них на весь взвод была одна такая ванна — вместе проходили, получая первый уровень «выносливости до трехсот фунтов», чтобы таскать на себе уродливые, но сумасшедшие по силе арбалеты, когда началась кутерьма в Сан-Диего. Тут — на одного человека.
И этого человека ждали почетным караулом все три года.
Фред Тиллман не стал бы сержантом, если бы не умел правильно смотреть и делать верные выводы. И он видел на полу сейфа две пары следов — пол был покрыт взвесью какого-то порошка. А еще он видел два разных отпечатка ног, словно въевшихся в металл монструозного вида ванны. Один — крупнее, под обладателя солидных форм, начальственного брюха… Такому темно-синий костюм был бы по размеру. Второй размер следов принадлежал молодому человеку — такому, знаете ли, харизматичному, безобидному с виду…
Во всяком случае, «точка пять» — не самое плохое место на карте.
Начальство найдет для Фреда Тиллмана место гораздо дерьмовее и закатает его туда до конца жизни, если узнает, что из сейфа вышел не тот человек, которого они ждали.
Так что…
Никто не выходил, он никого не видел.
  
Глава 1
 
То, что эта мрачная ржавая ерунда, гремящая составленными внахлест железными листами, прикрывавшими колеса — местный рейсовый автобус, верить не хотелось просто из чувства самосохранения. Мне ж на нем ехать, не дай Бог…
Когда-то это было самосвалом и таскало за собой тонн тридцать щебенки — металлическое корыто кузова тянулось назад метров на двадцать. Борта самосвала с тех пор были наращены на метр вверх и накрыты навесом из профлиста. В железе по бокам сделаны вентиляционные отверстия — где просто неровно просверленной перфорацией — по низу и центру, где и полноценными окнами — вверху. Получался своеобразный корабль, где на первом ярусе — он читался по следам сварки, идущей вдоль кузова — находились те, кто победнее, готовые ехать сидя в металлическом корпусе, а ярусом выше люди побогаче могли прикупить полноценную комнату-кубрик. Был и третий ярус — в виде плетеных шарообразных корзин, закрепленных на веревках снаружи — по бокам. Выглядели они как птичьи клетки и слегка покачивались на ходу, хоть и были привязаны по месту за кузов. Прикрытие от дождя там было условное — под общим навесом над кузовом всей машины, который выступал едва ли на метр, а от ветра могло помочь только везение — если тот будет задувать с другого борта. Но спрос, видимо, был — даже они были заняты полулежащими там людьми, укрытыми разноцветными одеялами. С каждой стороны машины я насчитал двенадцать корзин-клеток, из которых пустовало только три, да и те находились в самом конце, хоть и были подвешены повыше остальных — ближе к «элитному номеру» с пластиковым окном. Видимо, чтобы пыль из-под колес не сильно летела. Над каждой корзиной еще и номер был крупно написан белой краской по ржавому.