Мир колонизаторов и магии: Практика (СИ)

Сделав недолгую паузу, во время которой внимательно рассматривал меня, он стал говорить дальше. — Глядя на вас, я понимаю, что вы о них знаете, а значит, от вас откупились, и оставили на потом. Впрочем, вам и так бы никто не поверил, а те, кто поверил, уничтожили вас, пытая о сокровищах. В академию вы прибыли с деньгами, но их количество не было большим, что также бросалось в глаза. По пути вы встретили святую троицу и, благодаря вашей невероятной удаче, или с помощью неких артефактов, отправили всех в могилу, что очень прискорбно, но не имеет сейчас уже никакого значения. Я не буду спрашивать, как вам это удалось. А снова спрошу, как вы получили диск цели, это очень для меня важно? — И он выжидательно уставился на меня.
— Это был обмен, — честно ответил я.
— Обмен чего на чего?
— Обмен одного из артефактов, который я нашёл на Скрытом острове.
— Да, вы не врёте, впрочем, это и так было бы очевидно. Но вас, и думаю, не в первый уже раз, снова обманули. Вы продешевили, вас провели, как щенка, отобрав нечто более ценное и вручив дешёвую подделку.
— Возможно, ну и что? — немного разозлился я. — Зачем мне то, чего я никогда не смогу достигнуть и то, что, в конце концов, убьёт меня?
— Что вы имеете в виду, барон?
— Могущество!
Монах замолчал, задумчиво глядя на меня, перебирая в руках свои многочисленные амулеты, буквально сканируя меня на предмет скрытых достоинств и оружия.
— Барон, вам нужны деньги?
Я поперхнулся, такого поворота я не ожидал.
— Деньги нужны всегда, как и жизнь.
— Я вижу, что вы, юноша, достаточно побывали в разных переделках и смогли сделать правильные выводы. А может, это у вас от природы так хорошо развито понимание необходимого, чтобы выжить. Вы же не дурак, иначе, о чём с вами можно было разговаривать. Раз, и ваша голова, говорящая, между прочим, уже лежала бы на этом столе, заливая его кровью и рассказывая всё то, о чём знала. Но вы снова приняли правильное решение, и я не сомневаюсь, что оно было не первым, и, надеюсь, что и не последним.
После этих слов Падре Адан откинулся на спинку кресла и соединил кончики тонких загорелых пальцев между собой.
— У вас, барон, есть мечта в этой жизни?
— Есть!
— И какая? Наверное, жениться на Мерседес де Сильва?
Я саркастически улыбнулся, нас женским телом не возьмёшь, точнее, пошёл на хрен, со своими намёками на отличную информированность и понимание межличностных отношений между подростками, озабоченными гормонами. Сейчас разговор был намного серьёзнее.
— Мне нужен свой корабль.
Несмотря на всю серьёзность момента, падре Адан вдруг стал издавать мелкий сухой кашель, как оказалось, он так смеялся.
— Вы меня убедили. Я ожидал чего угодно, но только не корабль. Действительно, чего может хотеть моряк, как не корабль. О, я наивный… Значит, мы с вами договоримся, юноша! А вы знаете, сколько стоит новая каравелла или более простой бриг?
Точно я не знал, но догадывался.
— Дорого.
— И весьма. Двести-триста тысяч реалов. Вам предстоит многое нам рассказать, и даже это не поможет вам получить требуемую сумму, но, с другой стороны, стоит, всё же, с чего-то начинать, не так ли, барон?
Я кивнул. Да, Левиафан был менее искусен, чем этот святой отец. И сегодняшняя ситуация несколько отличалась от той, и, в конце концов, тогда у меня просто не было выбора.
— Что вам нужно? — прямо спросил я.
— Что нужно? Ну, если вы не догадываетесь, то ордену нужно, прежде всего, знать, что вы нашли на Скрытом острове?
Я задумался. Если ли смысл скрывать правду? Рано или поздно, они об этом узнают или почувствуют, если уже не узнали. Будет ли это предательством интересов или людей? А чем я их предаю? Рассказывать о Вилли или Арманде Локке я не собирался, да и не нужно им это было. Где они, что с ними, я всё равно не представлял. Ту организацию, которую они представляли, я также не знал. Меня кинули на деньги, оставив, разве что, в живых, и то потому, что я очень много сделал и, по сути, самостоятельно вынес нужное им. Да и не просил я у них ничего, видимо, это и повлияло на решение наёмника оставить меня в живых, и его люди, в дальнейшем, меня не искали.
 
— Мы нашли там сокровища. Очень много жемчуга и других драгоценностей, — решил я поюлить.
— Да, мы знаем об этом. Уже давно на ювелирных рынках появилось много прекрасных жемчужин, но я не об этом. Расскажите мне о найденных артефактах, кстати, чтобы вы верили мне сразу и бесповоротно, я готов выкупить оба ваших. Пусть они и не очень сильные, зато интересные, в чисто исследовательских целях.
— Сколько? — спросил я и выложил требуемое на стол перед монахом.
— Ммм, дайте мне подумать, юноша. Герман, Герман, — позвал он. Дверь распахнулась, и в комнату вошёл мой сопровождающий. — Герман, будь любезен, принесите мне деньги, наш гость готов расстаться за них со своими ценностями.
Герман кивнул и вышел, вскоре вернувшись с увесистыми мешочками, набитыми золотыми дублонами, пистолями и фунтами, аккуратно сгрузив их на стол перед падре Аданом.
— Ну вот, барон, деньги, взамен ваших артефактов, только позвольте их внимательно рассмотреть и оценить. И монах ещё несколько минут вертел в руках морские амулеты, а потом произнёс.
— Много за них не дам, всё же, они вполне обычной силы, но с необычными свойствами и весьма интересен материал, из которых они сделаны. По двадцать тысяч реалов за каждый, устроит?
— По тридцать!
— Юноша, вы слишком жадный, а монаху нельзя торговаться.
— Так вы и не торгуйтесь, а давайте сразу всю сумму.
— Монаху нельзя, но казначею можно. Двадцать пять за каждый?
— Хорошо, — согласился я, — пятьдесят тысяч мои. И тут же ко мне было придвинуто пять кожаных мешочков, набитых золотыми монетами.
— Можете не пересчитывать, барон, это слишком мелко, обманывать так откровенно. Мы не воры и не грабители. Мы организация… И не падаем так низко, хотя и могли бы. Но воспитание не позволяет! — тяжело вздохнул падре. — Я бы с удовольствием кинул бы вас на деньги, но деньги, это не главное в нашем деле, главное, это люди, запомните, юноша. И, быть может, проживёте дольше на пару десятков лет.
— Сколько вы готовы заплатить за мою информацию? — не стал я с ним спорить.
— Ровно столько же, сколько и за артефакты. И ваша жизнь останется при вас, кроме того, мы можем вам помочь приобрести себе титул виконта. При наличии нужных связей это будет вам стоить порядка двухсот тысяч реалов, или, может, даже меньше, если вы будете заслуженным моряком. Но у вас нет пока таких денег?
Я тяжело вздохнул. Титул виконта сразу решал множество вопросов, как с Мерседес, так и с собственным поместьем и местом при дворе. Но денег не было. Пока…
— Хорошо, в морской пещере, в глубине острова мы нашли корону короля финфолков, перламутровый шар и каменный клинок. Всё было отдано Локку, дальнейшую их судьбу я не знаю, потому что мы разделились. Все эти артефакты были очень мощными.
— И всё?
— Нет! Там была ещё и каменная книга с рунной магией. Но её невозможно было забрать, она разрушилась, как только мы попытались её снять с постамента. Там было ещё много артефактов, которые мы взяли, два из них вы видите перед собой, больше ничего вынести оттуда мы не смогли.
— Вы готовы ещё раз сплавать на этот остров?
— Острова больше нет, он погрузился в море и больше никто и никогда не найдёт его, если не превратится в рыбу. Вы можете мне не верить, но самое ценное из того, что мы нашли, уже принадлежит Локку. Ищите его.
— Хорошо, барон, эти пятьдесят тысяч ваши. Надеюсь, вы найдёте им достойное применение. Кстати, тот ростовщик, у которого вы держите ваши десять тысяч реалов здесь, в Кадисе, неблагонадёжен. Я предлагаю вам не забирать у него деньги, чтобы не зародить подозрений у святой инквизиции, на которую он работает. А полученные от меня деньги отдать другому, Симону Нитаньяку. О нём мало кто знает, но тот, кто знает, всегда пользуется его услугами. В Кадисе нет никого более надёжного, чем он. Вам, юноша, надо вникать больше в тайную жизнь Испании, иначе вы никогда не добьётесь, чего хотите и не станете виконтом. Единственное, что вас оправдывает, это то, что вы моряк. А моряки долго не живут! — и он снова закашлял своим сухим смехом, похожим на визг пенопласта по стеклу, и с тем же неприятным эффектом.