Ты - часть сердца (СИ)

Она кусает мои губы, ещё больше разжигая желание. Горячая рука Эштон забирается в мои штаны.
— Разденься. Я хочу чувствовать всего тебя.
Я быстро снимаю с себя всю одежду. Эштон наблюдает за мной, облизывая губы, опухшие от моих поцелуев.
— Ты стал ещё сексуальнее, Эйден.
Обвивает меня за шею и запрыгивает на руки. Её язык проходится по моему подбородку, будто она пробует гребаное мороженое.
Захватываю её язык и, не разрывая наш поцелуй, укладываю девушку на кровать, нависая над ней.
— Думаю, нам понадобится презерватив. — шепчу я и втягиваю в рот её левый сосок. Эштон выгибается мне навстречу.
— Нет, не понадобится. Я на таблетках. Хочу чувствовать всего тебя.
Эштон улыбается и начинает двигать бёдрами, и все мои мысли улетают в трубу.
Мои губы спускаются ниже, покрывая поцелуями её живот. Эштон хватает меня за волосы, когда мой язык достигает ее влажного, горячего центра. Несколько минут ласкаю девушку языком, подводя к самой черте. Эштон извивается, лежа на простынях.
— Я тебя хочу…сейчас…пожалуйста…Эйден… — тихо стонет девушка, зажимая в пальцах простынь.
Я переворачиваю Эштон на живот, и, обхватив рукой за талию, ставлю на колени. После, одним резким толчком, вхожу в неё полностью.
Она выкрикивает что-то невнятное и тянется руками к изголовью.
Прогиб её спины сводит меня с ума.
— Сильней, сильней! — нагло требует девушка.
Я вколачиваюсь в неё и рычу. Мои пальцы впиваются в её бёдра. Черт, она бесподобна. Её крики заставляют желание разливаться горячей лавой по моим венам. Теперь я понимаю, почему ни одна девушка за эти годы не смогла затмить мою девочку. Чувствую, как её мышцы обхватывают мой член. Девушка готова кончить. Я ускоряюсь, желая упасть в бездну наслаждения одновременно с ней.
Эштон кричит, что я самый лучший, самый безумный парень в её жизни.
— Я тебя люблю, Эйден! — доносится до моих ушей. Ещё один толчок и мы оба кончаем. Не разрывая наш контакт, она выпрямляется и жадно целует меня.
— Мой. Только мой.
— Как же я скучал, детка. Я люблю тебя.
Мы оба тяжело дышим. Я сгребаю Эштон в охапку и укладываюсь на спину. Девушка лежит на моей груди, и стук её сердца проходит сквозь меня.
В комнате, в конце коридора, спит мой сын, сейчас в моих объятиях лежит, та, которая забрала мое сердце навсегда. Черт, я ни разу в жизни не чувствовал себя таким счастливым.
  
Глава 19
 
Эштон
Часы показывают 4.15 утра. Я сладко потягиваюсь и понимаю — прошлая ночь не сон. Эйден мирно спит, раскинувшись на большой кровати, как морская звезда. Мне хочется прикоснуться к нему, пока, он блуждает в своих сновидениях. А что мешает? Ничего. Я забираюсь на него сверху, зная, что не разбужу. Наклоняюсь и покрываю поцелуями все лицо. Мои губы нежно и осторожно оставляют следы на его коже. Он моя частная собственность, с правом владения до конца жизни. А поцелуи, как клеймо, говорят о том, что он принадлежит только одной девушке. От всех этих телесных трений, мне хочется большего и я молю бога, чтобы он не проснулся. Потому что думаю сейчас только о том, как бы попробовать его на вкус. Я спускаюсь губами от груди к животу, следуя за темной полоской вьющихся волос под одеяло. В укрытии я даю волю своим рукам и языку. Он начинает шевелиться от моих ласк, но я не позволю ему прервать мое утреннее путешествие. Слишком долгим было мое очередное воздержание. Невыносимо бесконечным.
Я наслаждаюсь каждой минутой, каждым движением Эйдена на мои откровенные шалости. И меня ловят с поличным, откидывая одеяло к ногам. Его карие глаза прожигают во мне дыру. Я не останавливаюсь, а нарочно извожу всем своим видом, горячим дыханием и слюной, слизывая ее с возбужденного мною члена.
— Я тебя разбудила? Обещай, что простишь, свою ненормальную подружку. — улыбаюсь и снова возвращаюсь к желанному занятию.
— Это чертовски приятное пробуждение, детка. — хрипит Эйден и его ладони зарываются в мои волосы.
— Тогда держись.
Я делаю все, чтобы добиться желаемого эффекта. Чувствую, как сжался его кулак, комкая пушистые пряди. Ещё немного и он будет мой.
— Бл@ть, Эштон, ты сводишь меня с ума!
Эйден начинает двигать тазом.
Несколько ловких, нежных движений и он готов взорваться прямо здесь и сейчас. Я незаметно улыбаюсь, а потом, вместо того, чтобы довести его влажным языком, сажусь верхом, словно на необъезженного жеребца. Не даю ему прикоснуться ко мне, удерживая руки на подушке. Я хочу ощутить эту власть. И мне удаётся. Мягкое тепло разливается внутри меня, и я тут же целую Эйдена в губы.
— Я готов продать душу дьяволу, если каждое утро буду наслаждаться видом твоего тела на своем члене. — шепчет парень у моего рта.
— Не нужно ничего продавать. Я так твоя, Эйден. Только, пока, на небольшом расстоянии. Но мне так хочется находиться с тобой рядом. И почему нельзя закрыться и не выходить несколько дней? — отвечаю, смотря прямо в глаза.
— Дней? Я, для начала, согласен на месяц заточения с тобой!
Эйден подминает меня под себя и осыпает мое лицо поцелуями.
— Думаю, Эдвард с Кларой нас не поймут, если мы привезём к ним Алана на месяц. — игриво улыбаюсь и таю от поцелуев.
— Кевин и Рейчел вообще не знают о существовании внука, которому уже пять лет. — Эйден нависает надо мной. — Мы должны поговорить с сыном. — твердо произносит он.
— Хорошо. Мы с ним поговорим. Доволен?
Нахмуриваю брови и не свожу с него глаз.
— Да, детка. Спасибо. Я люблю тебя. — клеймит меня жадным поцелуем.
— А я люблю тебя, больше. Теперь, мы можем поспать ещё пару часов?
Тяну на себя край одеяла. Эйден кидает взгляд на часы на прикроватной тумбочке.
— Думаю, у нас есть пара часиков до прихода миссис Грин.
Он устраивает меня удобнее на своей груди, и через пару минут до меня доносится его равномерное дыхание. Я проваливаюсь в сон следом за ним.
Отчего-то взгляд миссис Грин, отбрасывает меня на десятилетие назад, когда мама моей подружки, застала нас за просмотром запрещенного фильма. То же самое неловкое чувство появляется в груди.
— Доброе утро! — мило улыбается домработница, и я вижу Алана, уплетающего блинчики.
Эйден занял душ после меня и сейчас мы с сыном одни в просторной кухне. Женщина ставит передо мной тарелку, но мне совсем не хочется есть. Соглашаюсь только потому, что не хочу обидеть эту приятную рыжеволосую толстушку. Отправляю в рот пару кусочков теплых блинчиков и дожидаюсь Алана в коридоре перед зеркалом. Одного взгляда на меня достаточно, чтобы понять, чем я занималась ночью. Эйден появляется позади меня и, пробегается руками по моим бедрам, стискивает грудь в своих больших ладонях.
— Мы увидимся вечером? — спрашивает он.
— Не знаю. — целую в покрытую щетиной щеку.
— Подумай хорошо, детка. — берет за подбородок и напоминает о себе продолжительным поцелуем.
Я отпихиваю Эйдена задницей, когда к нам надвигается Алан.
— Мне понравилось у тебя ночевать. Но было бы круче, если бы не эти ужасные обои!
— Это не проблема. Можем их переклеить? — Эйден присаживается на корточки перед ребенком.
— Правда? И кто там будет жить?
— Ты, когда тебе надоест мама или захочешь снова обыграть меня в приставку. — парень лукаво подмигивает мальчишке.
— Вау! Класс! Спасибо! — Алан обнимает Эйдена и, позвав Бакси, несется на улицу.
Я улыбаюсь и подхожу к двери.
— Я тебя люблю. — шепчу, чтоб никто не слышал и коротким поцелуем оставляю в прошлом свое пребывание в этом доме.
Неуравновешенность Нанду стоила мне двух сотен долларов и получасового объяснения с Эльзой. Женщина так обозлилась на бразильского кретина, что пока, в доме велась масштабная уборка, она вышла погулять с Аланом и собакой на пляже. Мне же, срочно нужно ехать на работу. Два выходных дня, могут завершиться крахом карьеры.