Жаждущий крови
Голос Вероники оборвался. Ужас сковал все ее тело. Даже после того как она выстрелила в Джерла, парня еще можно было спасти. Пуля явилась причиной его смерти, а это значило для женщины, что она — убийца собственного приемного сына.
— На следующее утро, — продолжила наконец Вероника, — Ина Блэйн позвонила мне, заверила меня в полной безопасности и спросила, когда можно приехать. Она хотела занять место Джерла, завладеть моим домом и деньгами. Но не это главное. Моя жизнь. Боже милостивый! Я отдала большую ее часть Джерлу; а теперь эта девица решила шантажировать меня и навязаться мне на голову уже до самой смерти.
— После звонка Ины ты обратилась к Лепперту? — спросил я.
— Лепперт… Да, я слышала, что Джерл говорил о нем как о «крутом» парне. Я не знала больше ни одного «крутого» человека. Джерл часто посещал Клуб Д. Как-то я подслушала его разговор о музыке Делани. Позвонив туда, я связалась с Леппертом и договорилась о встрече. Я не могла признаться убийце, каковы истинные причины моего желания припугнуть Ину Блэйн, и солгала, будто девушка снялась в грязных фильмах с близким мне человеком, а теперь угрожает придать дело огласке и таким образом шантажирует меня. Лепперт сказал, что знает, где раздобыть ключ от ее квартиры, и с удовольствием поговорит о маленькой нахалкой.
— Только «разговор» имел в его воспаленном мозгу другое, страшное значение, — заметил я. — Ты натравила на Ину дикого зверя, монстра.
Краска залила щеки Вероники.
— Я не знала о его болезни, Эд. Маньяк… Я не хотела, чтобы он убивал ее… или тебя. Особенно тебя…
Женщина задыхалась в рыданиях. Ей не хватало смелости сказать правду, поэтому она последние дни пряталась за стену молчания, умело играя роль безутешной матери. Теперь пьеса была окончена.
На мгновение я представил заключенную в клетку жизнь Вероники Найт, которая задушила в женщине робкий огонек жажды счастья. Я поднялся, и мое сердце при виде ее лица дрогнуло. Кажется, огонек готов был затеплиться вновь. Вероника наказала себя сама очень жестоко, приняв однажды ответственность за Джерла, и теперь, наверное, несправедливо было бы отдать ее под суд за непредумышленное убийство. Впрочем, возможно, тюремное заключение принесло бы ей облегчение. Ведь Вероника уже давно использовала каждый удобный предлог, чтобы отгородиться от окружающего мира. Страх и ощущение вины в трагической гибели родителей Джерла постоянно глодали ее. Приемный сын стал самым главным предлогом замкнуться в просторном доме в Коллинз-Хейтс.
Я осторожно подошел к Веронике и взял из ее рук револьвер Лепперта. Она отдала его без сопротивления.
— Прочитав в газетах о смерти Ины Блэйн, ты пришла ко мне. Зачем?
— Я испугалась, Эд. Мне необходимо было узнать, что произошло. Меня охватил ужас, и я решила, будто обратившись к детективу, отведу от себя подозрения.
Горе, сознание вины и страх отразились на лице женщины с новой силой. Она медленно отодвинулась от меня, опустила голову и заплакала.
Разрушительные силы страха в Веронике парализовали ее мозг, что, надо заметить, случается в жизни с каждым из нас. Она искренне верила в необходимость обратиться ко мне и доказать тем самым свою невиновность.
Итак, я выяснил истину.
В черной глубине того, что мы называем подсознанием, родились силы, приведшие Веронику ко мне, поскольку слепой, неумолимый демон вины неотступно преследовал несчастную женщину.