Спасение (ЛП)

— Агась, — усмехнулся детектив, — юрист в ледяной глазури.
— У него тут больше шансов на выживание, чем на Марсе или Ганимеде. Всё, что ему нужно сделать, — добежать до следующей комнаты с порталом. Строители собирают их партиями, чтоб меньше возиться.
— Ну тогда, — согласился погрустневший инспектор, — юрист может и выжил.
— У твоих людей есть пуховики? — сказал Алик тоном, не терпящим возражений. — Отправь их на улицу! Нужно узнать, кто вышел. Почему это до сих пор не было сделано?
— Так у нас пуховики для Нью-Йорка, а не для Арктики, — развёл руками Саловиц. — Помёрзнут бойцы, как пить дать. А отвечать кто будет?
— Принято, — раздражённо кивнул Понедельник, поворачиваясь к эксперту. — У вас ведь есть дроны? Отправьте их наружу, здесь должны быть другие портальные комнаты.
— Там зима, — возмущённо ответила женщина, — и снег.
— А мне поебать! — заорал Алик. — Я хочу, чтобы какая-нибудь камера засняла там по-быстрому, даже если тебе придётся её на руках носить! Я прямо сейчас закажу экипировку с подогревом из своего офиса, но она прибудет не скоро. А нам сейчас важно знать, что там творится! Быстро, блядь!
Выкричавшись, Понедельник повернулся к Саловицу, жестом приглашая его двигаться за собой.
— Посмотрим на последнее тело.
Вид, открывающийся из окна последней комнаты, был прекрасен — Париж, рассвет над Сеной, обрисовывает пастелью силуэт Нотр-Дама на прохладном розовом полотне утреннего тумана. Очень романтично, как раз для гостевой спальни. Жаль, что последний гость этого не увидит — выстрел из ружья разнёс ему голову, вырвав и разбросав фрагменты мозга и черепа, стекающие сейчас по толстому ковру кремового оттенка.
— Работа мистера Дробовика, не иначе, — сказал Алик.
— Или мистера Вскрытого, — поддакнул Саловиц. — У него тоже дробовик имелся.
— А это вообще последнее тело? — спросил Понедельник, обходя труп по окружности.
— Крайнее, — кивнул инспектор, — из тех, шо мы нашли.
— Он пришёл сюда с рассветом, топором и пистолетом, — продекламировал Алик, добавив: — Наш викинг — последний, кто остался в живых.
— Так, это, он типа ночью пришёл, — произнёс Саловиц. — И мы не знаем, один он был или двое.
— Это поэзия, детектив, — взмахнул рукой Понедельник, — рифме не прикажешь. А что до остального — мы получим точную картину происшествия по следам ДНК, когда эксперты раздуплятся.
— Тоже верно, — кивнул инспектор. — Пойдём на остальные комнаты глянем.
Подсознательно Алик ожидал увидеть очередной купол на одной из экзотических лун, станцию на комете… в общем, что-то подобное. Но оказался, пройдя через портал, в каюте на «Змее небесном Ёрмунганде» — самом большом, самом популярном и самом старым из всех лайнеров. Надо добавить, что занять первые места в списках было несложно — «Небесный змей» был последним и единственным существующим на Земле лайнером.
Он ходил по океанам, выбирая самые спокойные и тихие воды, никогда не причаливая к суше, но проходя вдоль каждого континента в бесконечном путешествии без цели — если не считать целью пути сам путь.
Выйдя на частную палубу, прилегающую к каюте Лоренцо, Понедельник тут же пожалел об этом — моментально взмок от жары и наполненного влагой воздуха. Тёмно-серо-голубой океан, беснующийся двадцатью метрами ниже, швырял в воздух клочья белой пены. Алик выругался: сложно было представить более неподходящую для этого места одежду, чем классический шерстяной костюм, в который он был одет. Бюро до сих пор придерживалось введённого Эдгаром Гувером дресс-кода — и если в зимнем Нью-Йорке в нём ещё было относительно комфортно, то сейчас он моментально превратился в пропитанную водой тряпку, облепившую все встроенные в костюм периферические устройства.
— Где мы? — просипел Понедельник.
— Двигаемся в сторону Кейптауна, вроде, — ответил Саловиц, слюнявя и поднимая вверх палец, чтобы определить, куда дует ветер. — Достигнем побережья сегодня вечером, потом повернём на юг. Так сказал капитан.
 
— Достигнем побережья? — переспросил Алик. — «Змей» же вроде как не причаливает?
— И счас не станет. Просто пройдёт около.
Такой же мокрый, Саловиц обмахивался рукой, с неодобрением поглядывая на воду. Ни он, ни Алик не чувствовали ни малейшей качки — лайнер слишком велик, чтобы какие-то волны могли на него повлиять.
— Ежели я от кого-то убегал, — задумчиво сказал инспектор, — то побежал бы сюда, а не в Антарктиду.
— Логично. Что у нас дальше в списке комнат?
Следующим был тропический остров. Алик закатил глаза, попав из жары в жару. Он не выдержал и снял пиджак, нарушив правила Бюро — прошитая арахнидом ткань защищала от многих видов оружия. Конечно, это делало его лёгкой добычей для снайпера. «Но лучше умереть от пули, чем свариться заживо», — подумал Понедельник.
Остров, на котором он находился, располагался на месте, где раньше были Мальдивы — прекрасный коралловый архипелаг в Индийском океане, единственной индустрией которого являлся туризм.
Их кажущиеся бесконечными белоснежные пляжи были прекрасны — в том числе из-за своей протяжённости, которую обеспечивала малая высота островов над морем — три, а где-то всего два метра. Но помимо плюсов, столь малая высота над уровнем моря имела и минусы — в конце двадцать первого века уровень океана начал подниматься, грозя полностью скрыть острова под водой.
Развитые страны, столкнувшись с этой проблемой, сумели с ней справиться — построили дамбы и противоприливные барьеры, чтобы защитить свои разрушающиеся береговые линии и прибрежные города.
У жителей Мальдивских островов и близко не было таких денег. Положение усугубилось революцией в области 3D-печати, подкосившей мировую экономику — когда множество товаров стало печататься на домашних принтерах, оставив фабрики и заводы без заказов, а бюджет Мальдив — без денежных поступлений от оффшорной торговли.
Архипелаг принял эстафету у Атлантиды, медленно и печально скрывшись в пучине вод. Настоящая трагедия для фонда всемирного наследия ООН и миллионов отдыхавших там туристов.
Но свято место недолго пустовало. На освободившийся шельф, как стервятники, тут же слетелись строители на своих огромных дирижаблях с закреплёнными внизу порталами и обрушили с небес потоки взятого из пустынь песка, смешанного с генетически модифицированными семенами коралла.
Буквально в течение нескольких лет на освободившемся месте появились новые острова — выросли и стабилизировались, захватив ранее принадлежащую Мальдивам территорию. Мальдивы тут же подали в суд, взывая к международным нормам и к тому, что искусственные острова находятся на принадлежащем их стране шельфе. И получили феерический отлуп — в их спор вмешался Китай, против которого также велось разбирательство по поводу захвата им островов и которому мог бы помешать созданный Мальдивами прецедент.
Искусственные острова, построенные на месте утонувших, не были такими большими, как старые. Инвесторы обустроили их, превратив в кусочки исключительно дорогого торта, с деревянными хижинами на сваях в глубине пляжей, после чего распродали в своём кругу.
Распахнув в очередной раз обшитые дубом двери, защищающие портал, Понедельник вышел на высоко стоящую на бамбуковых стволах веранду. Спустившись с неё, он погрузил ноги в раскаленный песок пляжа. Всего в тридцати метрах от него лениво плескались воды Индийского океана, прозрачная синь которого темнела, переходя в ультрамарин, по мере погружения дна.
 
— Попсово-то как, попсово, — неодобрительно пробормотал Алик, проходя через гостиную, заставленную морской атрибутикой. — Понаберут дизайнеров по объявлениям…
— Они вошли через сюда, — выпалил догнавший его Саловиц. — Отключили сигнализацию и раскурочили замки вручную.
— Следы крови есть?
— Предварительное сканирование ничего не показало, — вмешался в разговор полицейский, работающий с криминалистической техникой.