"Фантастика 2025-3". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)
Другие идут по своим дорогам и тащат по ним собственный груз.
Вольно или невольно, но Арромеевард дал Илидору ответ.
Снаружи начиналась буря.
Глава 22
«Да где этот хренов топор?»
Замок Донкернас, первый день сезона восточного ветра
Даарнейриа застала Илидора стоящим у окна в южном коридоре третьего этажа. Дракон понятия не имел, почему оказался здесь и как сюда пришёл. Он только помнил, что его всё время подгоняли мысли, но теперь все они куда-то разбежались из головы и оставили после себя лишь эхо.
– Мы живём среди всего этого нытья и поучений так… словно пытаемся летать с валуном, привязанным к лапам, – слышал он собственный голос будто со стороны. В голове гудело, губы немели, словно ими говорил некто иной. – Слишком много подпорок из слов вокруг нас, и этими словами все вокруг себя убеждают, убеждают, будто так должно быть, будто всё хорошо, но всё нихрена не хорошо и должно быть как-то иначе, просто ты никак сможешь этого увидеть, пока все силы тратишь на то, чтобы махать крыльями и не падать вниз с булыжником на лапах. А если булыжники просто отцепить, то уже не нужны будут подпорки.
– Булыжники, – медленно проговорила Даарнейриа, – это объяснения? Объяснения старейших, почему всё должно быть так, а мы должны принять это? Принять и просто ждать?
– Да, – Илидор развернулся к окну, обхватил свои плечи руками и добавил: – Хотя вы и в самом деле должны.
Крылья облепили его руки, бока и бёдра. Крылья слегка тряслись, быть может потому, что за окном начиналась буря, и она была неправильной. Слишком бурной и слишком медленной, словно так много поселений заглотила по дороге, что едва могла шевелиться. Но она надвигалась, сумрачно и неумолимо.
Буря спрашивала, готов ли дракон к неумолимому. Илидор мог бы ответить, что не тратил времени зря, и за полтора месяца после первой поездки в Декстрин он изучил достаточно карт тех земель, чтобы составить какое-никакое представление о Хансадарре, что научился делать фляги из тыкв и узнал три способа проникнуть в город, не привлекая внимания стражников, что встретил ещё двоих гномов в людских землях и узнал кое-что о Такароне, и что припрятал среди корней бубинга два кусочка меди, которыми можно расплачиваться по весу, а также пузырёк яда от моли, мешочек гвоздей и горстку семян редких трав. Дракон много чего мог бы ответить на вопросы бури, но дракон не умел различить в её рокоте слов.
– Если что-то действительно происходит как должно, то пояснения не требуются, – глухо произнёс он и упёрся лбом в стекло. – Тогда не нужно подпорок. Ничего не нужно, и ты можешь просто быть.
– Просто. Быть.
В отражении длинного тощего окна Илидор видел, как Даарнейриа сделала шаг назад. Она была сжатой пружиной, дрожащей от напряжения, вот-вот сорвётся и выстрелит тебе в глаз или улетит в дальний угол, чтобы там затеряться в куче вещей.
Ещё шаг назад. Дрожащий голос:
– Я скоро вернусь, хорошо? Мне нужно… ненадолго.
Илидор видел, как она двигается, но не сразу осознал, что Даарнейриа убежала – почему-то к западной лестнице, как будто ей немедленно требовалось добраться до детского крыла. Что-то в этом было неправильное, такое же неправильное, как во всём этом дне с его обилием странных событий и громоздких вопросов.
Золотому дракону казалось, что ещё одно событие, ещё один вопрос – и небо над ним закроется тяжеленной плитой, закроется и больше никогда его не выпустит. Стало не хватать воздуха, Илидор делал вдох и ещё один вдох, но этого оказывалось недостаточно, и в груди что-то клокотало.
Он пошёл вслед за Даарнейрией к западной лестнице, только не спустился по ней, а стал подниматься. Шёл быстро, коротко и тяжело дыша, то и дело хватаясь за стену. Сердце колотилось, горло драл сухой кашель.
Золотой дракон вывалился на крышу под первые мощные порывы ветра и грозное стражье «Это ещё что, твою бзырю?». Тут было три эльфа, и один немедленно схватил его за крылья. Илидор оглянулся удивлённо и затравленно. Второй эльф продолжал орать: «Ты чего тут делаешь, дракон? Ты тут чего?». Третий подбежал к копьеметалке.
– Просто, – Илидор дёрнул плечом, в ответ его дёрнули за крыло. – В замке душно. Я… просто.
Он отёр рукавом вспотевший лоб, и стражий эльф схватился за дубинку. Дракона потряхивало, ноги дрожали, ветер швырял в лицо его собственные волосы, запахи дождя и пыли, которые вроде как не должны соседствовать. Наверное, вид у Илидора был очень уж потерянный и жалкий, потому что эльф его отпустил. Второй всё держал руку на дубине, но не снимал её с пояса. Третий замер у копьеметалки.
Буря шла с юга.
Голова кружилась, ноги подгибались, Илидора бросало в холодный пот. Свежий воздух немного помогал, но совсем немного. В ушах звенело. Буря несла с собой неправильность, надрыв, упадок сил, драконий мор и погибель.
«Я улечу при первой же возможности, – повторил себе Илидор в который раз за последние дни и закрыл глаза, чтобы стражие эльфы не увидели этой страшной готовности в его взгляде. – Как только меня вывезут отсюда и выпустят из клетки, всё равно где, хоть в Ортагенае. Я доберусь до Такарона, я заключу уговор с гномами, найду там угольных драконов. Здешних подпорок слишком много, грузов слишком много, я не могу тащить всехний, я только попробую уволочь свой. В Такароне могут найтись и другие ответы».
Порыв ветра врезал Илидору по плечу, и дракон скорее угадал, чем разобрал голос Йеруша Найло:
– Ты чего сюда выперся, Илидор?
Он развернулся, посмотрел на эльфа, хотя совсем не хотел его видеть: Илидору казалось, что Йеруш всё прочитает в его глазах.
– В замке душно, – повторил он, отводя взгляд.
– А я уж подумал, тебя что-то покусало.
Видя, как невозмутимо Йеруш увлекает дракона за собой, стражие успокоились, лишь проводили их недоумёнными взглядами. Дракон, который выглядит так, словно его вот-вот стошнит или затрясёт в горячке, и эльф в мантии, который вышагивает по стене с таким видом, словно явился на званый приём в высшем обществе лучшего сумасшедшего дома Маллон-Аррая. Волшебная парочка, не следует ли направить на них обоих копьеметалки, просто на всякий случай?
– Я думал, это Даарнейриа тебя покусала, – продолжил Йеруш, когда они оказались вне зоны слышимости стражих. – Или ты её. Ты кусал Даарнейрию, Илидор, а? В припадке страсти или злости, или от скуки? А то она промчалась с таким видом, будто… эй, ты не сказал ей ничего лишнего? Она, по-моему, поскакала прямо к Корзе. Или не к Корзе, а в спальное крыло – что скажешь, Даарнейриа могла мчаться в спальное крыло и пучить глаза вот так?
Безумный взгляд Даарнейрии в исполнении Йеруша Найло оказался куда менее безумным, чем обычный взгляд самого Йеруша Найло.
Илидор едва понял хотя бы одно слово из пяти. Голову сдавило, она одновременно стала и совершенно пустой, и невероятно тяжёлой, звуки отдалились и плохо складывались в слова.
– Зачем Даарнейрии мчаться к Корзе? – слабым голосом спросил дракон.
Найло остановился, расставив ноги, уперев руки в бока, и вестники бури с шумом тряхнули полы его мантии, подняли дыбом волосы. Глаза эльфа блестели от восторга, и он сам казался в этот миг одним из бурных вестников.
– Ты знаешь, верно говорят: нет у драконов нормальных мозгов. Никак до вас не доходит, что из драконышей делают шпионов воспитатели, ну кто ещё мог бы это делать, хочу я знать, а? Кто, повар? Конюший? Почему я это понял, проведя в Донкернасе месяц, а вам не хватило двухсот лет, чтобы проследить, кто из них…
– Шпионов, – повторил Илидор. Потёр лицо. – Подожди, что? Ты шутишь?
– Да, – без улыбки подтвердил Йеруш. – Разумеется, шучу. Даарнейриа никогда бы с тобой так не поступила, правда? Илидор, ты безнадёжный идиот. Что ты ей сказал?
Дракон дрожащими руками потёр лицо, на которое уже упали первые капли дождя. Волосы лезли ему в глаза и не позволяли увидеть бурю, а крылья, полуразвернувшись, дрожали ей навстречу, и под крыльями клубилась тьма, ещё темнее той, что шла на Донкернас.