Ложь (ЛП)

— Арания, я никогда не оставлю тебя одну, никогда больше. Ты моя. Я твой, и это значит, что, несмотря на все секреты, ложь и обещания. Мы — команда. Я надеюсь, что после того, как ты узнаешь больше о себе и обо мне, ты не будешь видеть во мне монстра, которым я способен быть.
— Стерлинг, ты уже рассказал мне о моей жизни больше, чем я когда-либо знала. С каждым днем я узнаю о тебе все больше. Я не могу обещать будущее. Все, что я могу сказать, это то, что прямо сейчас, в эту минуту, хотя иногда ты можешь быть ошеломляющим, я там, где хочу быть. Я там, где чувствую безопасность и… заботу.
Я чуть не сказала «люблю».
Так вот что я чувствовала?
Я подняла подбородок, пока наши губы не встретились. Эта связь была искрой, вспышкой, подтверждением того, что вместе мы были больше, чем могли бы быть поодиночке.
— Солнышко, ты меня просто ошеломляешь.
— Я?
Его палец коснулся моего носа.
— Ты. Я никогда не нервничаю и не испытываю трудности в подборе слов. Я совершал поступки, которых ты не могла понять и не простила бы. Я видел худшее из худшего. Я смотрел дьяволу прямо в лицо. — Он посмотрел на золотое кольцо, которое носил на правой руке. — И все это время я был мертв внутри. Ничто не может причинить тебе боль, когда ты лишен чувств. Я прожил большую часть своей жизни именно так. Есть несколько вещей и еще меньше людей, о которых я действительно забочусь. Но прямо сейчас мой желудок скрутило в узел.
— Что ты собираешься мне сказать?
— Я собираюсь объяснить тебе, почему ты не можешь завтра встретиться с Полин МакФадден.
Я отпрыгнула назад, подальше от его объятий.
— Нет, ты можешь рассказать мне о моей жизни. Чего ты не можешь сделать, так это требовать что-либо относительно «Полотна греха». Я уже говорила тебе об этом раньше.
Он глубоко вздохнул.
— К твоему сведению, почти все в мире ответили бы: «Да, мистер Спарроу».
Я выпрямилась, качая головой.
— Я бы так не ответила.
Его губы изогнулись, кончики их двинулись вверх.
— Я прекрасно это понимаю.
Его рука пробежала по его все еще влажным волосам.
— Позволь мне уточнить. Речь идет не о «Полотне греха». Речь идет о твоей жизни — о твоей безопасности. Ты не можешь встречаться с Полин МакФадден, пока не узнаешь, кто она.
— Она жена сенатора МакФаддена.
— Выслушаешь больше, чтобы у тебя была более полная картина мира?
Я склонила голову набок. Мне не нравилось, что он обсуждал «Полотно греха», но он произнес волшебное слово, которое дало мне надежду — выслушаешь.
— Да, — ответила я. — Выслушаю, но потом решение за мной.
Стерлинг кивнул, когда я откинулась на его бок, идеально поместившись под его рукой.
Я вздохнула, вдыхая его чистый аромат.
— Теперь продолжай.
Глава 33
Стерлинг
Продолжай.
Когда она впервые поднялась наверх, красные пятна и покрасневшие глаза говорили мне, что она плакала. Тогда я был причиной, и со всей своей ненормальной частью сердца, я боялся, что буду причиной снова. Орган, в существовании которого я до недавнего времени не был уверен, теперь болел, заставляя меня гадать, как много я могу сказать и как воспримет это Арания.
Я был честен насчет своего желудка. Арания МакКри пугала меня непривычным образом. Хотя она была моей почти два десятилетия, я был совершенно не готов к тому, как она повлияет на меня, как сильно я буду наслаждаться, купаясь в ее солнечном свете.
Что будет, когда она узнает больше правды?
— Стерлинг? — спросила она, ожидая, что я заговорю.
Я судорожно сглотнул.
— Ты не можешь встретиться с Полин МакФадден.
Ее тело напряглось в моих объятиях. Я крепче прижал ее к себе.
— Черт побери, Арания, послушай. Просто слушай.
Я притянул ее подбородок к себе и накрыл ее губы своими. Черт, она была на вкус как зубная паста, и я хотел съесть ее, забыть этот разговор и заниматься с ней любовью, пока мы оба не заснем крепким сном.
 
Заниматься любовью?
Какого хрена?
Откуда, черт возьми, это взялось?
Я никогда не использовал эту фразу в моей жизни. Я трахался. Вот что я делал.
Отстранившись, я посмотрел ей в глаза.
— Пожалуйста, послушай. Как я уже говорил, ты не можешь встретиться с ней, пока не узнаешь правду о том, кто она такая.
— Тогда скажи мне, потому что мы встречаемся завтра в одиннадцать.
Я сделал глубокий вдох. Завтра к одиннадцати утра я хотел, чтобы Арания была на яхте. Я вовсе не хотел, чтобы она вернулась в «Полотно греха» вместе с Винни.
По одному сражению за раз.
— Черт, — начал я, проводя свободной рукой по волосам. — Это не так просто рассказать, так что я могу сбиться с повествования. Ты права, что Полин МакФадден — жена сенатора Рубио МакФаддена. Ты также права в том, что у него есть исследовательский комитет и в настоящее время он собирает средства на предвыборную кампанию, готовясь к президентским выборам. Не то чтобы у него самого не было денег. Крупные доноры привлекают других доноров. Здесь много дыма и зеркал.
— Обычная политика. Так в чем же проблема?
Я усмехнулся.
— Это сложный вопрос. МакФадден был большим человеком в Чикаго с тех пор, как я был мальчиком, даже до этого. Он не был в той комнате с моим отцом, когда я впервые увидел твою фотографию, потому что все это были люди из отцовского отряда. Все они были Спарроу — не генетически, но семейные узы превыше крови.
— Он не был в той комнате, потому что у него есть своя… свои приближенные, — продолжал я.
— Ты понимаешь, о чем я говорю?
Арания положила голову мне на грудь, а ее палец описывал круги на моем животе.
— Так вот чем ты занимаешься? — спросила она. — Я имею в виду, что подозревала, но это то, что ты мне говоришь… мафия? Как Аль Капоне и Крестный отец?
Грустная улыбка появилась на моих губах.
— Плохие сравнения, но ради понимания — да. Я не хотел рассказывать тебе подробности, поэтому не спрашивай. Как я уже упоминал, это называется преступным миром не просто так. Он заслуживает того, чтобы остаться там. Старая поговорка о том, что преступление не окупается, была создана людьми, которые не сделали этого правильно. С такой жизнью приходят деньги и власть… и секреты.
Сев, она положила голову мне на плечо, а ее маленькая рука легла мне на грудь, растопырив пальцы. Мягкие карие глаза смотрели на меня снизу вверх.
— Я не хочу, чтобы ты видела меня таким, — признался я.
— Стерлинг, я не знаю, что ты хочешь сказать, но человек, которого я сейчас вижу, это человек, который ворвался в мою жизнь, перевернул ее вверх дном и теперь делит со мной часть своей жизни, человек, который, я сомневаюсь, делится чем-то хоть с кем-то.
Я закрыл глаза и сделал еще один вдох, молясь, чтобы то, что она узнала, не изменило этого взгляда.
— Мой отец… — я сглотнул, — …использовал свою силу иначе, чем я. Некоторые из способов, которые он выбирал для заработка денег, вызывали у меня отвращение. Я не идеален и наблюдаю за таким дерьмом давно. Дело в том, что его дерьмо было хуже. Пока я служил в армии, я следил за Чикаго, сколько мог. Я хотел знать, что происходит, чтобы быть готовым к возвращению. Я был старше и сильнее того мальчика, над которым он издевался всю жизнь. Я видел на войне вещи, которые либо сломят меня, либо сделают сильнее. Я делал разные вещи. Патрик, Рид, Мейсон и я. Нас было не остановить. Мы все спланировали. Мейсон был из Чикаго. Он знал мою семью, мое имя. — Я покачал головой от этих воспоминаний. — Он ненавидел меня. Я не знал почему. Не то чтобы мы росли рядом друг с другом. Я подумал, что он ревнует, но почему? Я пришел из-за денег, но я был в той же дыре, что и он. Поначалу мы бились лбами из-за всего подряд. Если я говорил, что это синий, он говорил, что черный.
 
— Похоже, не все говорят «Да, мистер Спарроу», — усмехнулась Арания.