Ложь (ЛП)

Телефон: ХХХ — ХХХ — ХХХХ
— Какого хрена? — спросил я.
— Это мне дала Арания. Это ее почерк, — сказал Рид.
— Зачем?
Откуда, черт возьми, ей знать что-нибудь о женщине, которая подсунула ей отраву?
Откуда у нее такая информация?
Ноздри Рида раздулись.
— Лесли была подругой Уинифред, которую она собиралась навестить здесь, в Чикаго.
— Ты что, издеваешься?
Патрик покачал головой.
— Гребаный маленький мир.
В ошеломлении я упал в одно из кресел за столом. Эта связь была как удар под дых. Инцидент был исчерпан. Мое заявление сделано. Полиция и комментаторы новостей сделали все возможное, чтобы это исчезло в царстве нераскрытых убийств. Мы двинулись дальше.
— Я встречался с Винни, — сказал Патрик. — Она такая же упрямая, как и некоторые другие женщины в этом месте. Она не собирается отпускать это. — Он покачал головой. — Знаю, она не отступится. Из-за неопознанного состояния тел имена жертв не разглашаются. Судебно-медицинская экспертиза округа Кук забита до отказа. Без статуса приоритета могут пройти месяцы, если вообще пройдут. Многие теряются в суматохе. Но если она начнет давить…
— Это не приведет к Спарроу, босс, — сказал Рид.
Нет.
— Нет, — ответил я. — Но если Арания узнает подробности — даже не зная, кто это сделал, — тогда она увидит всю грязь, всю отвратительную правду преступного мира. Я чертовски хочу скрыть это от нее. Держите ее розовые очки на месте.
— Самое большее, что Уинифред узнает, — сказал Рид, — это то, что Лесли Милтон пропала без вести. Пракстон любил сорить наличными. Может, он увез ее на какой-нибудь тропический остров.
Патрик провел рукой по своей едва заметной светлой пятичасовой щетине, его челюсть вытянулась.
— Я не был уверен, что скажу что-нибудь, но сегодня Винни поставила Аранию в неловкое положение, задав миллион вопросов. Я не все слышал, но она очень любопытна.
Я прищурился.
— О чем?
— Обо всем. Мисс МакКри не дрогнула, но процесс ее утомил. К середине дня я убедил Аранию съездить в доки и проверить груз шелка — убраться из конторы.
Черт, значит, ее день был таким же хорошим, как и мой.
— Яна? — спросил я.
Патрик покачал головой.
— Тверда, как скала. После всего, через что прошла эта женщина, говорить с Винни о мисс Хокинс было так же легко, как рассказывать ребенку сказку на ночь.
— Ты сделал правильный выбор насчет нее, — сказал я.
— Спасибо. Как долго мисс Уинифред Дуглас планирует пробыть в Чикаго?
— Это должно было быть до среды, но они решили взять всю неделю, так что теперь до пятницы, — ответил Патрик.
— Чем больше она будет волноваться из-за Лесли, тем больше расстроится Арания.
— Я скажу Арании, что ничего не могу найти, — предложил Рид. — Или совру и скажу, что Лесли и Пракстон сели на самолет до Бора-Бора.
Я покачал головой.
— Нет. Ты бы солгал Лорне?
— Это совсем другое дело. Она давно потеряла свои розовые очки.
— Это другое дело, но не самое главное, — сказал я. — Арания просила меня не лгать, сказать ей правду, как бы это ни было неприятно.
— Это касалось всего? — спросил Рид.
Встав, я сделал шаг в одну сторону и развернулся, идя в другую.
— Обещание относилось к ее семье, но если я солгу об одном, она никогда не поверит мне ни в чем другом. Я не… нет.
Я повернулся к Риду.
— А что будет, когда тела опознают? Что произойдет, когда власти скажут, что МакБрайд и Милтон были убиты в начале прошлой недели?
— Винни сказала, что недавно разговаривала с Лесли, — сказал Патрик.
— Рид, если мы сможем получить доступ к записям ее телефонных разговоров и выяснить, когда произошел этот звонок, то, возможно, все получится. Если она разговаривала с Лесли до вечера прошлого воскресенья, то да… Я бы не предложил Бора-Бора, но кто может сказать, что МакБрайд и Милтон не покинули город до возвращения?
— Я не лгу Арании, — сказал я. — Они оба посмотрели на меня. — Я также не говорю ей всей правды. Я увезу ее из города, пока Винни не уедет.
Патрик покачал головой.
— Послушай, я знаю, что ей это не понравится. Если она останется здесь с Винни, будет только хуже.
 
— Мы подготовим самолет, — сказал Патрик. — Куда ты хочешь полететь?
Я чертовски не хотел никуда лететь. У меня было слишком много вещей, которые требовали моего присутствия.
— Даже не знаю.
Я посмотрел на Патрика.
— У тебя есть идеи? Она что-нибудь говорит в твоем присутствии?
Он склонил голову набок.
— Сегодня в порту Чикаго она смотрела на озеро Мичиган. Там было солнечно, прохладно и идеально.
Я кивнул.
— Забудь о самолете. Зафрахтую лодку в Колумбийском яхт-клубе, какую-нибудь милую. Проверь экипаж. На озере Мичиган сейчас лето. Круиз сейчас — это лучшая идея, чем зимой.
Возможно, это единственная причина, по которой все было лучше, потому что я был уверен, что быть увезенной на следующий день после прибытия подруги, не пойдет на пользу Арании.
Настоящее…
Я потянулся за ключом от спальни, уверенный, что она заперта. Толкнув дверь внутрь, я позволил глазам привыкнуть к темноте комнаты.
Я подождал, прежде чем подняться в комнату. Проводя время в кабинете, я надеялся, что со временем Арания поймет, что я был прав. Возможно, она этого не поймет, но согласится, что я знаю, как лучше, и что уехать из города будет не так уж и сложно.
В поле зрения попала темная комната. Я осмотрел остальные двери. Двери туалета и тренажерного зала были закрыты. Дверь в ванную была открыта, и в комнате было темно.
Я чертовски хотел принять душ, но мне нужно было прикоснуться к ней, чтобы знать, что она спит.
Когда я подошел ближе к кровати, в поле зрения появились слегка помятые покрывала. Стопки подушек у изголовья кровати, едва тронутое одеяло. Мое сердце забилось быстрее, когда я потянулся к выключателю лампы на ближайшем прикроватном столике.
Комнату залил мягкий золотистый свет.
Мой пульс участился.
— Арания.
Ее имя эхом разнеслось по пустой спальне.
Я бросился в ванную, в гардеробную и в тренажерный зал. Везде было темно и пусто.
Дьявол, Арания, где ты, черт возьми?
Глава 31
Арания
Слезы не давали мне дышать, когда я сидела одна в темной кухне, глядя на огни города через высокие окна. Они были там, как и кухня вокруг меня, но ничего из этого не было замечено. Все мое тело дрожало от волнения, пока я пыталась проглотить еду и остановить слезы. Я не была уверена, был ли мой приступ легкой истерики вызван порезом на пальце, тем фактом, что я злилась на Стерлинга, или потому, что мне было грустно, что ночь пошла к черту.
Все вышесказанное, вероятно, было правильным ответом.
Сидя за столом с проклятым бумажным полотенцем, обернутым вокруг пальца, я заставила себя поесть. Это мой урчащий желудок убедил меня спуститься на кухню; моя гордость была причиной, почему я прокралась тихо.
Я не была готова к встрече со Стерлингом.
Не после того, что он сделал — после того, как он вел себя.
Он сказал, что я вела себя по-детски.
Да пошел ты, Стерлинг.
Я не стала швырять чертов бокал вина в стену и оставлять мусор на кого-то другого.
Как только я вернулась на кухню, я была встречена визуальным доказательством его нелепого поведения. Ты можешь подумать, что человек, который сделал это, убрал бы все. Черт, он даже не убрал еду и не помыл за собой гребаную посуду.
 
Насколько трудно было перенести тарелку и стакан со стола в посудомоечную машину?
По-видимому, если у вас есть Y-хромосома, ответ был «невозможно».
Сделав глубокий вдох, я заставила себя откусить еще кусочек холодной курицы в пармезане.
Как могло случиться, что я была голодна, но слишком расстроена, чтобы есть?