Еще раз и с чувством! (СИ)

– Ну-у… нет? – Джон был абсолютно сбит с толку, хоть ему и не хотелось подавать вида. Отца, впрочем, это ни капли не смутило. Он лишь пожал плечами, поднялся, подошел к Джону и похлопал его по плечу.
– Что ж, скоро ты во всем разберешься. Ты сообразительный парень. Кажется.
Джон скорчил рожу. Мистер Уотсон вышел, но очередь из людей, желавших непременно пообщаться с Джоном в это прекрасное утро, не закончилась: в комнате появился Шерлок (одетый в тот самый пострадавший во время расследования костюм, который зашила для него миссис Уотсон). В нем не осталось ни следа от того человека, который спал в постели Джона, и Джона это огорчило. Он предпочел не задумываться, почему, и перешел сразу к делу.
  
– Мама позвала меня на выставку цветов, и я пойду.
– Разумеется.
– Разумеется?
Шерлок кивнул.
– Я пойду с тобой.
Глаза Джона округлились.
– Как? Почему?
– Почему нет?
– Шерлок, ты… Господи, последнее, что ты захочешь сделать в жизни, – это пойти на выставку цветов. Да ты там с ума от скуки сойдешь! Честно говоря, я, скорее всего, тоже, но…
Лицо Шерлока оставалось абсолютно безучастным.
– Я человек слова. Сегодня я положу конец нашему фальшивому роману, но до того, как это случится, нам следует продолжать выходить в люди. К тому же я легко смогу отвлечь внимание твоей мамы, пока ты будешь обхаживать Мэри.
Брови Джона поползли вверх.
– Ты собираешься…
– Предполагается, что люди должны помогать своим друзьям, верно? Не так давно ты подтвердил, что мы друзья.
– Да. Хорошо, конечно, но… – Джон взглянул на него недоверчиво. – Ты ведь можешь захотеть чего-нибудь от меня.
– С какой стати?
Джон с силой хлопнул ладонью по столу, и посуда жалобно звякнула.
– Точно! Ты наверняка… Шерлок, что именно ты задумал?
– Джон, я не имею ни малейшего представления, о чем ты говоришь.
– Об этом! – Джон неопределенно указал рукой на самого Шерлока. – О тебе! С того самого момента, как мы оказались здесь, ты все время был таким… таким… – Джон замолчал, пытаясь сформулировать мысль. – Послушай, не то чтобы я не ценил те… жертвы, которые тебе пришлось принести, чтобы так долго изображать, гм, простолюдина, но ведь на самом деле это… не ты.
– И утверждая это, ты, разумеется, обращаешься к некой собственной дефиниции меня? – уточнил Шерлок. Джон с досадой вспомнил, что наговорил Шерлоку накануне, и замотал головой.
– Нет. Нет… Не совсем.
– Не стоит извиняться, Джон. Все твои характеристики меня были предельно логичны, – равнодушно ответил Шерлок. – Существует не одно документальное подтверждение тому, что чем больше времени ты проводишь в моей компании, тем легче тебе удается замечать мои недостатки. У твоих родителей было слишком мало времени, но, смею уверить, после сегодняшнего дня они начнут сомневаться. Тебе не нужно волноваться из-за нашего разрыва, потому что я прекрасно понимаю суть своей роли.
От слов Шерлока Джон испытал неожиданно острое разочарование, и это ему не понравилось. Просто смешно! Почему ему кажется странным то, что Шерлок предложил свою помощь? Вообще, это на самом деле странновато, но Джону все равно следовало бы чувствовать себя благодарным. В конце концов, родители уже считали их прямо-таки парой года, когда они вообще не были парой. И Джон не хотел, чтобы они были парой. Он не хотел быть в романтических отношениях с Шерлоком Холмсом. Одна мысль об этом была… была…
Джон понятия не имел, почему его воображение настолько яростно принялось работать над этой идеей, демонстрируя образы их обычной повседневной жизни, но с определенными приятными дополнениями. Они с Шерлоком сидят рядышком на диване, переплетя пальцы, они целуются-целуются-целуются, прямо как вчера, их поцелуи становятся глубже, жарче, голоднее… Мокрые языки переплетаются, пальцы скользят по телу, избавляя от одежды и обнажая горящую от возбуждения бледную кожу, глухие стоны вырываются из горла, руки крепко прижимают Шерлока к их общему матрасу, и…
- Джон?
Джон издал нелепый звук, больше всего похожий на скрип (он сам не поверил, что из его горла вырвалось такое). Мамин голос словно окатил его разомлевший мозг ледяной водой. Они с папой стояли прямо перед ним и глядели на него в полнейшем изумлении. Джон совершенно не помнил, когда родители успели оказаться в комнате.
Он сглотнул и откашлялся, в ужасе осознавая, что незаметно для себя успел ощутимо возбудиться.
– Да, что?
Миссис Уотсон нахмурилась.
– Божечки, и о чем это ты так задумался? Я раз пять тебя позвала, правда, Артур? – мистер Уотсон кивнул, и мама продолжила: – Лучше бы тебе начать собираться, я сказала Мэри, что мы придем где-то через час.
Мэри. Джон поморгал, приходя в себя, и насупился. Мэри! Почему бы ему не пофантазировать о Мэри? Это было бы куда лучше. Гораздо лучше. Джон отправился наверх переодеваться, силясь заполнить образами Мэри свои разум и воображение.
========== Глава 6. ==========
Миссис Уотсон была на седьмом небе от счастья, когда Шерлок известил ее о том, что отправится на выставку вместе со всеми. Джон почувствовал, что на его фоне явно проигрывает в глазах собственной мамы.
Как только они пришли, миссис Уотсон тут же радостно ухватила Шерлока под руку и продефилировала с ним по всей выставке, без умолку щебеча о мельчайших подробностях ее подготовки. Все проходило в небольшом переулке в самом сердце торгового района городка (по такому случаю там даже перекрыли движение), где и располагался цветочный магазин, в котором работала миссис Уотсон, а также множество других магазинчиков с куда более пестрым ассортиментом. Сейчас двери каждого из них были распахнуты настежь, а товары с гордостью разложены на лотках, выставленных прямо на тротуаре. С противоположного конца улицы то и дело доносились звуки настраиваемых инструментов: там сколотили самодельную сцену, и местные музыканты как раз готовились начать играть.
Воздух был буквально пропитан ароматом живых цветов, дождя и чего-то теплого и сладкого; Джон мог поклясться, что этот запах доносится из местной пекарни. Относительно чистое небо портила всего парочка темно-синих туч, сквозь которые просвечивали неземной красоты лучи – солнце делало все возможное, чтобы тоже поприсутствовать на выставке.
Словом, открывшийся им вид вдруг оказался настолько изумительно живописным, что Джон едва мог поверить в реальность этой картинки.
Мистер Уотсон незаметно улизнул (вероятнее всего, в ближайший паб), а Джон плелся за мамой и Шерлоком, чувствуя себя третьим лишним. Вскоре миссис Уотсон обнаружила компанию своих подруг и быстренько потащила Шерлока в их сторону.
– … а вот и девочки. Девочки! Девочки! Это, – она чуть повернула голову и указала большим пальцем себе за плечо, – мой сын Джон, прямо за мной, а это, – она подтолкнула Шерлока вперед, – это Шерлок. Шерлок, это Оливия, Эбигейл, Милдред и Маргарет.
Женщины тепло поздоровались с ними, и Джон приложил максимум усилий, чтобы с должной любезностью ответить на приветствия и рукопожатия, в то время как Шерлок окинул каждую внимательным взглядом и быстро заговорил без какой-либо преамбулы:
– Оливия работает с вами, миссис Уотсон, но я бы порекомендовал не доверять ей кассу – у нее есть дурная привычка брать оттуда понемногу. Эбигейл, вы все еще пытаетесь сбросить вес, который набрали два года назад во время беременности. Вам стоит обсудить это с Милдред, ведь она совсем недавно обнаружила, что ждет ребенка, но вот только не от своего нынешнего мужа. Впрочем, Милдред, вы ведь все равно подумываете о разводе, не так ли? А вы, Маргарет… Сейчас у вас страстный роман с местным зеленщиком.
  
Повисла мертвая тишина.
Джон ждал. Ждал криков, обвинений, обид…
Вместо этого миссис Уотсон начала восторженно подпрыгивать на носочках.
– Ой! Ой! Он снова это делает! Он снова это делает! Ты делаешь это, правда? Нет, ну как же это потрясающе! Ты ведь все угадал, верно? Он все угадал? Особенно что касается тебя, Маргарет, старая ты распутница!