Повседневная суета с опасными леди-монстрами (СИ)

Вот только зря надеется. Я не испытываю к ней никакой жалости. Лишь отвращение и злость. Никто не мешал ей заниматься тем же, чем другие жители. Никто не мешал ей найти нормальную работу, получать зарплату, найти в конце концов мужа, создать семью… Но нет, девушка выбрала преступный путь обмана и легких, но кровавых денег! Ей еще повезло, а если б на моем месте был сынок какого-нибудь бандюгана? Да ее бы просто замочили, а то и еще чего похуже сотворить бы могли, если б поняли, что она не представляет собой никакой угрозы! Обе мои подруги провели тщательное расследование и выяснили, что большая часть обещанного Амели — пустой блеф! Нет, она бы пошла до конца, угрожая мне судебным процессом, но рожать бастарда, договариваться с врачами, делать тесты, а, тем более, делиться информацией и защитой с кем-то ради страховки⁈ Нет! Ее подруга — вот единственный человек, которому она доверилась, уговорив ту участвовать в афере за небольшую часть будущей прибыли. Когда нам стало это известно, то первым делом мы посетили ее дом. Оказалось, что девушка искренне сожалеет о произошедшем и, естественно, не понимает причин происходящего с ней. У нее была своя семья, дети. Так как Амели успела поделиться с ней частью аванса, то они с мужем успели оплатить кредиты и собирались перейти к другим бытовым покупкам, но из-за внезапной «болезни» большую часть отложенных средств потратили на врачей и лекарства. Удостоверившись в том, что подруга Амели больше не будет принимать никакого участия в дальнейшей афере, дриада великодушно прервала действие фермента в ее организме и даже немного откатила назад, частично вернув девушке ее молодость. Денег обратно мы также не стали с них требовать.
Но вот Амели ждала совсем иная участь. Никто не собирался жалеть эту прошмандовку.
И вот она судорожно трясется у наших ног, пока Оешия, изображающая из себя независимого «финансиста», переделывает «контракты». Никакие бумаги тут уже не нужны, ибо никто из нас не будет судиться. Нам нечего трясти с этой аферистки, но и она не рискнет больше связываться с нами. Я бы давно закончил этот спектакль, но меня не поймут подруги. По их меркам я еще слишком мягко обхожусь с ней. На Орионе таких, как она, казнят. В цивилизованных городах. А в полудиких селениях попросту изгоняют, что означает медленную смерть от голода или от зубов монстров.
— Ум-моляю…
— Реш, заканчивай, — морщусь я. — Сил моих уже никаких нет. Выбей из нее все, что хотела, и уходим.
— Хорошо, дорогой! — сверкает улыбкой дриада, протягивая авторучку ползающей по полу человеческой развалине с седыми клочками выпадающих волос. — Не очень уважаемая мадемуазель Амели! Если желаете…
— Желаю! Да-да-да-да!
— … Подпишите здесь, здесь и вот здесь. Да, спасибо. Жаль. Что вы не прочитали полностью эти документы, но я вкратце перескажу вам их содержимое…
— Лекарство! Пожалуйста!
— Сожалею, но лекарство вы получите только и только после того, как полностью осознаете смысл документов, которые только что подписали. Вы готовы принять информацию?
— Д-да, боже… Говорите, ради всего святого!
— Итак, описываю вкратце содержание нового договора. Согласно ему, вы, Амели, сразу после принятия лекарства обязуетесь покинуть княжество Монако. Мы не ограничиваем вас в выборе нового места жительства, но предупреждаем, что в случае неподчинения в силу вступят наказующие правила контракта. Это будет не ваш суд, милочка.
Дриада внезапно меняет сладкоречивую интонацию на угрожающую, одновременно сбрасывая маскировку. Толстые ярко-зеленые лианы медленно выползают из ее спины и рук, с тихим шелестом, подхватывая беспомощную жертву за руки-ноги и приподнимая ее над полом. Комната заполняется сильным смрадом, а из-под испачканного платья попискивающей от ужаса Амели подтекает лужа. Приходится отступить к окну и прикрыть платком нос. Решия и вправду сейчас выглядит очень… неприятно. Особенно для неподготовленного человека: повсюду вылезли острые шипы, а красивое личико искажено злой гримасой. В распахнутое окно внезапно влетает огромная летучая мышка, которая также добавляет перца в обстановку, распахивая огромные крылья.
  
— Свежее мясо! — шипит Драника, строя из себя голодного монстра и показывая угрожающие клыки. — Сестра, оставь мне кровь!
— Как пожелает Хозяин! — парирует та, бросая на меня красноречивый взгляд. Вонь в комнате становится сильнее — похоже, Амели перешла предпоследнюю черту испуга, еще и обосравшись до кучи.
— Заканчивайте! — бросаю им, выходя, практически выбегая на свежий воздух. Через пару секунд вслед за мной выходит улыбающаяся до ушей Ника, а еще через десять лом покидает счастливая дриада, небрежно держащая дипломат с бумагами под мышкой.
— Она согласилась на все условия, — кивает мне девушка. — Я остановила процесс, но предупредила ее, что при малейшем отклонении от нашей договоренности, он возобновится. Или же если она появится где-то поблизости. Думаю, сегодня же сдернет куда подальше!
— Да и дьявол с ней! — облегченно вздыхаю я, садясь в машину. — Пусть хоть в Африку тащится. Думаю, тамошние парни даже не посмотрят на ее внешность, главное, чтобы белая была. Будет успехом пользоваться. На билет ей хватит.
— Да, — смеется дриада. — Она немало впустую потратила на врачей и обследования. Того, что у нее осталось, ей хватит на билет хоть до СоСША и на первое время. Чем теперь займемся, дорогой?
— Поедем домой и отпразднуем, — вздыхаю я. — И чем скорее, тем лучше. Мне надо принять ванну и… Да, надо выпить.
— Понимаю, — улыбка исчезает с лица дриады. — Хоть я и радуюсь искренне тому, что смогла доказать тебе и всем вокруг, что способна защитить тех, кто мне дорог, но вид этой женщины даже у меня отбил аппетит. Ника, ты с нами или на своих крыльях?
— С вами, — коротко отвечает вышедшая вслед за альрауной хмурая мышка. — Соглашусь с Риком. Мне бы тоже не помешала ванна и пара бутылок пойла покрепче. Рик, Заедем в какое-нибудь кафе, раз нам через полгорода переться?
Киваю, соглашаясь с девушкой. Мы потратили немало сил, времени и нервов на всю операцию и теперь имеем право немного развеяться. Искать долго не приходится — в развлекательной части города ресторанчики на каждом шагу. Выбрав первый попавшийся, где людей поменьше, садимся за дальний столик и делаем заказ. Когда официантка приносит шампанское, так же тихо и почти без улыбок чокаемся за успешное избавление нас от проблем. Похоже, на девчонок тоже влияет мое настроение — даже дриада, окрыленная успехом, тускло сидит за столом, попивая березовый сок. Ее, кстати, нисколько не волнует тот факт, что на столе находятся продукты, созданные из плодов. Девушка предпочитает обходиться одной водой, но легко может насладиться соком, салатом, а впервые попробовав газированный лимонад, вообще, пришла в священный восторг. Тем не менее, быстро закончив с едой, выезжаем домой, где нас встречает волнующаяся Мурёна.
Пару слов о зайке. Те пару недель, пока мы вовсю готовились к операции, ушастая оказалась практически предоставлена самой себе. Нет, мы общались за едой, перебрасывались словами, болтали… Но каждый из нас был по уши загружен предстоящей аферой, поэтому особенно никто не вникал в дела Мурёны. Впрочем, она ни в чем не просила помощи, самостоятельно со всем справляясь, и почти не лезла в наши дела, видя, как мы заняты. Пикантных ситуаций, какая случилась со мной на второй день после встречи с нею, больше не случалось. Но подруги пару раз делились со мной информацией, что по вечерам слышали приглушенные стоны из ее комнаты. Ника даже подмигнула мне последний раз, ляпнув:
— Оприходовал бы ты ее что ли? Чего деваху мучить?
На что я ответил, что непременно побеседую с ней по-свойски, но как только разберемся с нашей общей бедой. Ушастая же вела себя как ни в чем ни бывало, готовя нам еду, убирая особняк и вообще занимаясь хозяйственной деятельностью. Никто ее не гонял, но девушку всегда можно было увидеть чем-то занятой. То она металась на кухне, то не торопясь протирала пыль с перил и полок, мурлыкая что-то под нос, то занималась стиркой и сушкой, благо современная техника проделывала за нее большую часть работы. Думаю, эти две недели благотворно повлияли на ушастую: постепенно она привыкла к тому, что девчонки шастают везде едва ли не голыми, а из моей спальни почти каждую ночь доносятся вопли и стоны. Она искренне радовалась нашим благодарностям за ее прекрасную готовку и уборку. Девушка излазила почти весь дом, за исключением закрытых на замок дверей подвала и чердака. Как-то раз она пришла ко мне с новостью о том, что в здании полно скрытых ходов и секретных комнат, которые открываются совсем не так, как обычные. Я сделал себе заметку также разобраться с этим, как только будет время и расспросил зайку, что она думает насчет сверхъестественных сил в особняке? Та сразу насторожилась, пересказав мне почти то же самое, что и мои подруги: дескать, присутствует нечто, оставшееся в замке со стародавних времен, но к нам оно равнодушно или благожелательно настроено. По крайней мере до тех пор, пока мы к нему не лезем. Такое отношение нас всех полностью устроило.