Вне пределов (ЛП)

— Хорошее имя.
Мои глаза увеличиваются в размерах вдвое.
— Я знаю. Скажи же? И его внешность полностью соответствует имени.
— Бонус. — Гриффин меня понимает. — Это здорово. Всё это.
— Я назначила ещё один приём.
— Ну что, хороший день? — Он собирает мои волосы и убирает их с моей шеи, прежде чем наклониться и поцеловать. — Разве у тебя не было собеседования?
Ага. Полностью влюбляюсь в этого мужчину. Гриффин, возможно, в некоторые дни и похож на обезьяну, но он умён и внимателен, когда хочет, и он помнит такие вещи, которые большинство двадцатитрёхлетних парней не помнят. Чёрт, да большинство парней любого возраста не запомнят тех мелочей, которые делает Гриффин.
  
— Да. — Я вытягиваю шею в сторону, чтобы дать ему лучший доступ. — Забавно… Я встретила этого парня в приёмной у врача. Я узнала его, но он не узнал меня. Потом я прихожу на собеседование, и это тот же самый парень. Каков шанс?
Его руки лежат на моих ногах и скользят вверх, пока его большие пальцы не задевают то место, которое я больше всего хочу.
— Один на миллион, — пробормотал он мне в шею. — Так откуда ты его знаешь?
— Не знаю.
— Не знаешь?
Он расстегивает мои брюки. Этот парень — бог многозадачности. Его член не потерял концентрации, я чувствую, как он выпирает из джинсов. Он пожирает кожу на моей шее, но всё ещё на сто процентов вовлечен в разговор.
Во время секса мы ведём полноценные разговоры. У меня это плохо получается — мой разум отключается, словно вся кровь приливает в мои женские части, а в мозгу её недостаточно для нормального функционирования. Но Гриффин может трахать меня в самых разнообразных позах, кончая жестко и почти неистово, не упуская ни одной детали или комментария, даже если его слова звучат напряжённо, прерывисто и с трудом вырываются с каждым толчком.
— Я знаю его и многое о нём…
Его рука скользит по передней части моих трусиков.
— Продолжай.
Его палец поглаживает мой клитор.
— М-м… Гриф.
Я часто моргаю.
— Что именно?
Он посасывает мочку моего уха, дразня её языком так же, как его палец дразнит мой клитор.
— Его прошлое. Но не знаю откуда, потому что оно не совпадает с моим прошлым, или, по крайней мере, я не могу найти связь. Это так… боже…
Гриффин вводит в меня средний палец.
— Библейски?
Он смеётся.
И вот он, переломный момент. В моём мозгу больше не осталось крови.
— Просто трахни меня, Грифф.
Я обхватываю ладонями его лицо и притягивая к себе прижимаясь губами к его губам.
∞
— ТЫ ДОЛЖЕН УЙТИ.
Я загораживаю собой дверь в спальню, когда голый, ненасытный Гриффин следует за мной по короткому коридору, соединяющему спальню и ванную.
Его взгляд скользит по моему обнаженному телу, и именно поэтому он должен уйти.
— Ты заходишь в мастерскую, а я продолжаю работать. Почему ты не можешь работать, когда я здесь?
— Потому что уже поздно, а моя кровать и без тебя достаточно привлекательна. А с тобой… у меня нет ни единого шанса. Мне нужно закончить дизайн сайта, чтобы я могла платить за аренду и перестать расплачиваться за продукты своим телом.
Он натягивает мне на голову свою рубашку.
— Тогда перестань смотреть на меня так, будто хочешь большего.
Я смеюсь, видя, как его босые ноги влезают в боксеры и джинсы. Гриффин стаскивает с меня свою рубашку, на его свежевыбритом лице появляется убийственная ухмылка. Он заканчивает одеваться, пока я поворачиваюсь и беру с комода ночную рубашку.
Моя спальня крошечная. Здесь есть полноценная кровать, письменный стол и комод, и едва хватает места, чтобы развернуться.
— Поздравляю с работой, детка.
Он обнимает меня сзади и утыкается носом в шею.
Я закрываю глаза и провожу пальцами по его рукам.
— У меня пока нет работы.
— Ты получишь её. Любой, кто не наймет тебя, будет глупцом.
— Ты, возможно, предвзят.
Я смеюсь
— Пижамная вечеринка у меня дома в эти выходные.
Я поворачиваюсь в его объятиях.
— Пижамная вечеринка?
Этот парень вызывает на моем лице самую широкую улыбку. Когда мы вместе, у меня болят щеки.
— Поговори с мамой. Возможно, ты сможешь поехать со мной домой на автобусе после школы в пятницу.
Он подмигивает мне.
— У тебя слишком много сестер.
Так и есть. Три. И все они младше и ещё учатся в школе.
Он отрывает меня от пола и целует, одной рукой обхватывая мою задницу. Сайт? Какой сайт?
— Спокойной ночи, — шепчет он мне в губы, прежде чем поставить на ноги.
Я поджимаю губы, следуя за ним к двери, и любуюсь его задом, когда он обувает черные кожаные ботинки у двери.
— Будут ли бои подушками?
Гриффин смеётся, все ещё завязывая шнурки.
— Да. — Он встает и поворачивается ко мне. — Надень что-нибудь розовое и кружевное и заплети волосы в косички. — Прикусив нижнюю губу, он медленно кивает. — Боже правый, да… розовое кружево и косички, детка.
Я смеюсь и направляюсь обратно в свою комнату.
— Спокойной ночи, парень из продуктового магазина.
Как только слышу рев его «Харлея» у входа, сажусь за стол и начинаю проектировать.
Но через две секунды я уже в интернете ищу Натаниэля Ханта.
— Почему ты в моей голове? — шепчу я.
ГЛАВА ПЯТАЯ
— КУДА ЭТО ТЫ собралась в такую рань?
На полпути вниз по лестнице я останавливаюсь и смотрю на свою соседку, перегнувшуюся через перила. Её черные кудри собраны в низкий хвост, она внимательно рассматривает меня. Во рту у неё красная зубная щетка.
— Эрика, ты за мной шпионишь?
— Не-а, — бормочет она, сквозь пену. — Просто слежу за обстановкой.
Её взгляд мечется между мной и дверью напротив её квартиры.
— Дагли опять за свое?
Эрика поднимает палец, прежде чем скрыться в своей квартире. Даг Манн, её новый шестидесятилетний сосед-плейбой с оранжевыми волосами, которые вызывают у меня неприязнь каждый раз, когда я вижу его, обладает скрытой сексуальной привлекательностью, которую мы не можем разгадать. А его нос… скажем так, он должен иметь свой собственный почтовый индекс. С тех пор как он переехал месяц назад, через его дверь, словно вертушку, постоянно проходят женщины. Молодые женщины. Красивые женщины. Проститутки? Мы не уверены. Это кажется единственным правдоподобным объяснением того, что старый и уродливый мужчина9 развлекается с таким количеством женщин.
— Две. Когда я вернулась домой вчера около одиннадцати вечера, две женщины добровольно проследовали за ним в его квартиру.
Эрика взваливает рюкзак на плечо, спускаясь по лестнице ко мне.
— Фу… — Я морщусь и сглатываю подступающую к горлу желчь. — Может, он богат.
— Не думаю, что в этом здании живут богатые люди.
Наши шаги звучат в унисон, вторя друг другу, когда мы спускаемся на первый этаж.
— Ты кардиолог и живешь здесь.
— Ординатор на втором курсе. Очень бедная. Погрязла в студенческих кредитах. Я не богата. И у меня нет потрясающе сексуального парня, который ездит на «Харлее».
Мысли о Гриффине и его чрезмерной сексуальности вызывают нечто среднее между улыбкой и мечтательным вздохом.
— На самом деле… — её синий «Сааб», припаркованный за моей машиной, издает звуковой сигнал, когда она отпирает его, — совершенно уверена, что я единственная в здании, кому ничего не перепадает.
— Но ты спасаешь жизни.
Я спрыгиваю с тротуара, подскакивая высоко, как мой Гриффин.
Она закидывает рюкзак в машину и облокачивается на открытую дверцу.
— Когда татуированный бог находится в твоей постели, ты жалеешь, что не спасаешь жизни, а…
Она приподнимает вопросительно брови.
Я открываю дверь своей машины.
— Ты спрашиваешь, что я предпочту — секс с Гриффином или спасение мира?
  
— Да.
— Ничего сложного. Грифф на все сто.
Эрика показывает мне средний палец и садится в свою машину.
— Ты так и не сказала, что заставило тебя выйти из дома в такую рань.