Русалка (СИ)

Одну монетку нашла в трюме, наверное, она просто закатилась и потерялась. Трюм был заполнен какими-то ящиками и огромными глиняными амфорами, но я не стала в них лезть, справедливо полагая, что содержимое может быть испорчено, а мороки с ним много. Нет, я слышала о том, как в затонувших кораблях находили старинное вино или предметы искусства, даже картины умудрялись так запаковывать, что им не вредила вода, но я не была знатоком в этом вопросе, а обследовать вообще все не было времени.
Следующим местом, откуда веяло золотом, оказалась постройка палубе. Не знаю, как она называется правильно, но у меня ассоциировалась с каютой капитана или еще кого-то важного. Там, следуя своему внутреннему компасу, в запертом обитом металлом шкафу (это вроде как сейф что ли?), я обнаружила целый красивый сундучок или даже ларец, украшенный золотыми узорами, открыв который, хищно улыбнулась – россыпь золотых монет, как в фильмах про пиратов. Правда, там обычно фигурирует не маленький сундучок, а целый трюм золота, но и это, я уверена, весьма неплохое состояние. Я попыталась поднять находку, и удивленно охнула. На вид ларчик был маленький, может, сантиметров двадцати в высоту, тридцать-сорок в длину, а весил... ну, да, логично, весил как груда золота. Пришлось задействовать магию, чтобы переставить его с места. Потом я задумалась и все же решила исследовать это прибыльное местечко тщательнее. Если это сейф, то тут может быть что-то еще интересное.
Еще один ларчик поменьше меня разочаровал – кажется, когда-то это были бумаги, но под воздействием воды все склеилось, а чернила были размыты, только кое-где сохранились отчетливо сургучовые печати с красивыми рисунками. Наверное, это было что-то важное, может даже бумаги на владение чем-нибудь большим и дорогим, но теперь они были совершенно бесполезны.
А вот третий ларчик меня вновь порадовал – там вместо монет обнаружились золотые украшения с драгоценными камнями. Гарнитур из колье, браслета, серег и диадемы из золота с рубинами, пара браслетов и изящная подвеска с синими камнями – вроде бы сапфирами, и еще несколько вещиц без комплектов. «Это я удачно зашел», - пронеслась в голове цитата из Ивана Васильевича. И ведь я бы не нашла этот клад, ведь не искала, искала золотые монеты.
Правда, с другой стороны, прежний владелец этого богатства может узнать украшения, они не столь ликвидны, как простое золото. «Но зато весьма красивы,» - отметила, примеряя на руку браслет с сапфирами.
Глава 33
Подумав, свои новоприобретенные богатства решила сложить в Храме, так будет безопаснее. В вещмешок бросила только пару образцов находок, чтобы было легче после настраиваться, и поплыла ужинать.
Этот день у меня был прямо-таки посвящен развитию способности к поиску предметов, и теперь я старалась найти устрицы, содержащие в себе крупный жемчуг. Не всегда выходило удачно, различать большие и маленькие жемчужины надо было еще научиться, но постепенно, пока я насытилась, мне удалось приноровиться. Потом стала собирать только жемчуг, а сами устрицы оставлять на месте – мало ли в них заплывет новая песчинка. Это, конечно, дольше, каждую приходилось уговаривать приоткрыть створки, оберегающие их мягкие нежные тела, но я решила беречь свой стратегический запас устриц, даже если во владениях у меня потенциально весь океан.
После нагребла устриц уже пустых и для своих людей, но от ужина вместе с ними отказалась и поспешила уплыть домой, чтобы избежать расспросов по поводу возвращения их на большую землю.
Утром поднялась рано и принялась дальше готовиться. Для начала решила покормить людей, но подумала, что одной рыбой бесконечно питаться невозможно, вместо этого отыскала еще необитаемый остров и нарвала там кокосовых орехов. Вид их отличался от тех, что росли на моих островах – мои были зеленого цвета после созревания, а эти черно-коричневые и покрытые волосками, больше похожие на то, что мы подразумеваем под кокосовым орехом, только крупнее раза в два.
Люди обрадовались разнообразию в рационе безмерно, в кокосах оказалось мало молока и много мякоти куда более мягкой, чем у обычного ореха. Она отдавала травянистым привкусом, я даже подумала, что плоды просто не выспели, но оказалось, что, если кокос запечь в углях, мякоть становится мягче и слаще, чем-то отдаленно напоминая печеное яблоко. Я тоже не отказалась таким полакомиться.
 
После еды мы с Марусом остались на берегу и продолжили свои уроки, но в этот раз вопросы у меня были куда более практичными.
- А что это? – спросила я, показывая парню золотую монету.
- Ух ты, целый... – я для себя перевела это слово как «золотой».
- А зачем он нужен? – было сложно подвести парня к рассказу о торговле, не имея соответствующих слов в запасе, приходилось задавать наводящие вопросы и тщательно подбирать слова, хорошо, что Марус в целом был довольно болтлив и легко принимался рассказывать разные вещи с подробностями. Только приходилось останавливать его, услышав нужное слово и определив его значение через эмоциональную связь, повторять, просить употреблять в речи, чтобы как-то запомнить.
- А что можно купить на один золотой? – спрашивала я, пытаясь разобраться.
- Не знаю даже...
- А вот кокосовый орех можно обменять на золотой? – продолжила рассуждать, пытаясь определиться с ценами.
- Да, конечно. Много орехов.
- Сколько примерно?
Опять растерянность мне в ответ.
Окей, решила зайти с другого бока, показала серебряную монету:
- А это что? Сколько серебряных монет стоит золотая?
Марус опять растерялся, сунулся в свой карман и показал мне маленькую медную монетку:
- Вот, это медяк. Одна серебряная монета – это пятьдесят медяков. А вот сколько серебряных стоит золотой – я не знаю.
- А сколько стоит один кокос? Или одна рыбина?
- Кокосов у нас на рынке не видел, а рыбу продают, - он прикинул что-то в умен, - ну, один медяк – это где-то две большие рыбины. За месяц на корабле я зарабатываю двадцать медяков, но это пока я еще юнга. Взрослый моряк зарабатывает от тридцати медяков до серебряника, если он первый помощник или лоцман.
Хм, судя по всему, у меня в шкатулке нехилое такое состояние. Но меня интересовал и еще один вопрос. В сундуке с драгоценностями я не видела ни одного украшения с жемчугом, только с драгоценными камнями, что наводило на мысли, что жемчуг у них тут совсем не ценится. Это было бы весьма прискорбно.
Я вытащила из мешка жемчужину, довольно крупную, совершенно круглую нежно-розового цвета.
- А это сколько стоит?
Марус удивленно ахнул, потом взял жемчужину из моих пальцев, поднял над головой, рассматривая, присвистнул. Капитан Гарт, который сидел у костра и вроде бы не особенно прислушивался к нашему разговору, подошел ближе, вопросительно глянул на Маруса.
- Госпожа Арина спрашивает, сколько это может стоить, - парень передал капитану жемчужину, а я удивленно приподняла брови. «Госпожа»? Это его так впечатлили мои богатства?
Капитан Гарт внимательно оглядел мою собственность, а затем опустился на одно колено и со всем почтением передал мне ее обратно:
- Точную цену на жемчуг вам сможет назвать только ювелир, но среди рыбаков говорят, что за жемчужину в два раза меньшего размера можно выручить целый золотой. Если она будет без изъянов, конечно. Если же она будет еще и необычного цвета, да к тому же такая крупная, - он качнул головой. – У нашего побережья не водятся такие крупные жемчужницы, но вот у ... – он произнес название места, которое я пока не могла уловить и перевести, - вода теплее и мельче, там бывает, что находят жемчуг, но из-за его поиска практически извели всех моллюсков. Говорят, на диких островах, где живут маги воды, женщины ходят увешанные жемчугом с ног до головы, купцы ходят туда закупаться, но путь этот очень длинен и опасен, а маги воды, если им что-то не понравится или покажется оскорбительным, легко могут потопить корабль и оставить людей у себя на островах. Например, я слышал, что один купец привез с собой в тот край сына. Пока он договаривался с главой племени, его сын обесчестил местную девушку. По законам племени воды они уже считались мужем и женой, будто бы их браки благословляет сама стихия воды и никакие другие ритуалы им не нужны. Узнав обо всем, купец предложил откупиться, но брак признавать отказался, так как сын его уже был сговорен с дочерью его делового партнера. Жители островов приняли дары, но заявили, что это дары мужа семье жены, как у них принято, а супруги должны остаться вместе, таков закон. И предупредили, что корабль не сможет выйти из бухты. Так и случилось – несколько раз корабль пытался сняться с якоря и тайно уйти, но всякий раз волны гнали его обратно к островам. Купец образумился и согласился, чтобы девушка ехала с ними, собираясь избавиться от нее позже, но старейшины будто почуяли попытку обмана. Они сказали, что парень должен остаться на их земле вместе с женой, а отец сможет приплыть за молодой семьей через год. Как бы купец ни старался, вместе с сыном он не мог покинуть бухту. А время подходило к концу, им предстоял долгий путь, который следовало завершить до начала сезона штормов, иначе им грозила гибель. Чтобы спасти отца и команду, во время очередной попытки уплыть парень спрыгнул с корабля в воду. Купец лишь позже узнал, что выпустили его воды только из-за поступка сына, но возвращаться было поздно. Вернуться купец сумел только через три года, так как из-за разорванной помолвки у него были проблемы, и нашел своего сына любящим супругом островитянки, имеющим уже собственного сына да с беременной женой. Парень наотрез отказался уплывать без семьи и был, казалось, счастлив. Однако жена его согласилась уехать. Она оказалась сильным магом воды и не побоялась родить прямо на корабле в пути. А в приданое за ней островитяне отсыпали целый мешок жемчуга, продав который, купец сумел выправить все свои дела. Да и дети их оказались весьма одарены магически. Некоторые купцы даже пытались повторить этот опыт, но островитянки очень разборчивы, а подарки принимают только жемчугом, чего жители наших краев, разумеется, предоставить не могут.