Измена за изменой (СИ)

К нам идет женщина. На ней красивое, приталенное платье кофейного цвета, высокая прическа из темных как ночь волос. Она в возрасте, но фигура у нее достойна оваций, и я, кажется, ее знаю.
Точно!
Это лучшая подруга мамы братьев Салмановых - Изольда, кажется?
- Изи.
Голос звучит как-то слишком…подчеркнуто-вежливо, и когда я смотрю на Адама, он сам весь из себя подчеркнуто-вежливый. Снова. Тот Адам…
Женщина останавливается перед нами и сладко улыбается, наклоняя голову набок.
- Давно не виделись. Ты меня избегаешь?
- С чего ты взяла?
- Ну ты ни разу не подошел ко мне сам, только в самом начале.
- Тебе показалось, - деланно усмехается, - Много гостей. Свадьба. Сама понимаешь.
- Ну да…так, может, выпьем? Поболтаем? Сто лет тебя не видела.
- Прости, - откашливается, - Сай приказал не спускать глаз с Лизы.
«Изи» переводит на меня взгляд, от которого я внутренне как-то сразу ежусь, но держу марку.
И не смотри на меня так, ясно! Не смотри!
- …Да и я устал. Хочу спать.
- Я думала, что ты будешь праздновать свадьбу брата еще неделю…
- Женись он года три назад, так бы и сделал, а сейчас…уже староват.
- Староват? - усмехается, - Ну да…
- Да. Прости. Мы пойдем. Лиза тоже устала.
- Как скажешь.
- Маме передай, что я ушел спать. Чтобы не искала.
Больше мы не ждем никакого ответа, а разворачиваемся и заходим в шикарный холл. Но я не могу сдержать любопытства!
- Тоже мечтает выдать за тебя свою дочь?
Адам бросает на меня взгляд и криво усмехается.
- Типа того.
- Ты нарасхват. Не скажу, что этого не ожидала, конечно, но…
- Но?
Мы останавливаемся перед лифтом, и я смотрю, как красивые, длинные пальцы пару раз нажимают на кнопку. Будто он быстрее поедет из-за этого…
Улыбаюсь.
Закусываю губу.
Снова смотрю ему в глаза и тихо спрашиваю.
- Наверно, это выматывает?
- Меня скорее вымотали догонялки, Лиза.
Наступает на меня. Я машинально поворачиваюсь спиной к створкам лифта и отхожу на шаг, но не потому, что боюсь. Я его не боюсь! Я снова играюсь…
От этого взгляда у меня поджимается все внутри. В животе искрит тот самый салют, опускается горячим комом в низ живота.
Твою мать.
Я от одного его взгляда так завожусь, что хоть вешайся!
Так хочу почувствовать его руки…
- Мне за это извиниться? - шепчу.
Дзинь!
Кабина ласково открывает свои владения, а Адам резко шагает на меня, обхватывает за талию и буквально заносит внутрь, прижав к стене.
- Не за это. А за то, что свела меня с ума - можно.
Это последнее, что я слышу. Он впивается в меня страстным поцелуем на грани с грубостью, а сам быстро нажимает на последний этаж.
И я смеюсь. Черт…так как никогда не смеялась. Задыхаясь, покрываясь мурашками и обещанием, что эта ночь станет чуть ли не лучшей! Во всей моей жизни…
  
«Золушка»
 
Лиза; пять лет назад 
Его губы - это доказательство того, что ад существует.
Мягкие, порочные, вкусные. Он целует меня так глубоко, так страстно, так, что дыхание перебивает.
Дрожу. Я чувствую, как все внутри меня вибрирует, а внизу живота собирается плотный ком нервных окончаний.
- Господи… - вырывается из груди, когда эти губы спускаются на шею, - Мамочки…
Адам прикусывает венку совсем слегка, но сразу проводит по ней языком и улыбается.
- Можно просто Адам, малышка.
Можно просто - Дьявол. Так, пожалуй, точнее.
Я себя не помню от всех этих чувств, от стука сердца, от пульсации. Она расходится по всему телу и, наверно, я сейчас все, что он захочет - сделаю.
- Что ты хочешь? - шепчу в полубреду, а он вдруг отстраняется.
Дышит также часто как я. Взгляд такой же рассеянный как мой. Мне льстит, что мы в этой страсти вдвоем, и что не я одна такая безвольная…
Адам вдруг улыбается.
Он кладет руку мне на талию, второй забирает ладонь. Притягивает ближе. Шепчет…
- Потанцуй со мной, Лиза…
Что? Что он сказал? Я не сразу понимаю, хмурюсь, да и смех его хриплый совсем не помогает.
Меня волной мурашки обдают, и я совсем как-то теряюсь. Адам брови поднимает…
 
- Прием? Ты здесь?
Козел! Знает…черт, он же все знает! По озорным огонькам в глазах я это сразу понимаю и, благодаря искреннему упрямству, беру себя в подобие рук.
Наклоняю голову набок.
- Потанцевать хочешь?
- Весь день об этом мечтал, но поймать тебя - дело непростое. Сделаем это сейчас.
Не вопрос. Адам притягивает меня еще ближе так, что теперь я грудью прижимаюсь к его. Ежусь. Она сейчас такая чувствительная…
Боже…
Мне еле удается не закатить глаза, а вот всю свою язвительность я как-то теряю. И шепчу…
- Но здесь нет музыки?
- Пусть.
Пусть? Просто пусть? Но да. Просто пусть, блин.
Адам прижимается щекой к моим волосам и тихо мурлычет что-то под нос, медленно двигая меня в темноте своего номера.
Я расслабляюсь.
Так получается само собой, но в его руках я становлюсь мягкой глиной и следую за ним сама, даже не сопротивляюсь. Даже не пытаюсь. Злюсь, но быстро забываю об этом, когда Адам крутит меня вокруг своей оси, легко сжимая пальчики.
Снова подтягивает к своей груди и улыбается.
С улицы в номер проникает рассеянный свет, но ему он так идет. Смотреть бы в эти глаза всю ночь…
Я реагирую сразу, когда они меняются.
Это моментально ощущается.
Темнеют, становятся похожими на огонь, теряют фокус снова.
Сглатываю очередной нервный комок, покрываюсь очередными мурашками - Адам берется за молнию на моем платье и медленно тянет ее вниз.
Романтика заканчивается. Начинается одержимость.
Мы останавливаемся друг напротив друга, а он тянет легкую ткань с плеч, не отводя от меня своего внимания. Будто приковывает им! Не дает пошевелиться… да я и не хочу.
Мне интересно, что будет дальше. И я хочу разгадать эту загадку, ничего сделать с собой не могу.
Платье падает к моим ногам вместе с шумным выдохом. Я зажигаюсь сильнее, когда он осматривает мое тело своим плавным огнем с насыщенным, черным цветом.
Господи…это не мужчина, а порок.
И, кажется, ему эта рубашка совсем не идет! Вдруг…
Я кладу руки на широкую грудь, что часто вздымается. Тело - такой же огонь. Мне даже на миг кажется, что он сгорит сейчас…
Улыбаюсь.
Очень хочется сказать что-то остроумное, но у меня в голове вакуум на самом деле, поэтому я просто расстегиваю пуговицы. Медленно. С каждой нервничаю сильнее, но стараюсь это не показывать. Я хочу добраться до него куда как больше, и так рада, когда ряд кончается.
Развожу ткань в стороны, опускаю ладони на его кожу. Она такая…черт, горячая и мягкая. Провожу ниже к мышцам пресса, Адам вздрагивает. Я резко перевожу на него взгляд и вижу, что он на грани от того, чтобы сорваться - это льстит.
Прикусываю губу, опускаю глаза на то, что делаю, но Адам вдруг подхватывает подбородок и снова заставляет посмотреть на себя.
- На меня смотри.
Низкий, хриплый голос пускает по телу ток, который сразу перебивает дыхание. Сердце так долбит в груди.
Боже мой…как ты это делаешь? Подчиняешь своей воле так просто? Как?…
- Хорошо, - еле слышно отвечаю, он улыбается слегка.
Проводит большим пальцем по линии подбородка, надавливает на него, чтобы я приоткрыла рот, следит. Он так следит! Почти не касается, а я чувствую, как внутри меня все сильнее напрягается и между ног становится так влажно…
Ведомая какой-то запредельной силой, я слегка касаюсь подушечки его пальца языком - это тот самый спусковой крючок. Адам шумно выдыхает, резко подается на меня и впивается в губы поцелуем, от которого у меня подгибаются колени. Наверно, если он не держал меня, я бы рухнула ему в ноги, но крепкие руки обвивают тело и не дают упасть.
Вместо того, он подхватывает меня и несет к постели.