Приручитель женщин-монстров. Том 12 (СИ)

Или скелет человека-дракона… Не высший, а именно полукровка. Да уж, если бы такие расплодились, человечеству пришлось бы тяжко.
Они умеют летать, дышать огнём, невероятно сильны и могучи в магии. Жуть. Благо, их истребили. Вроде…
И вот, спустя десять минут блужданий мы пришли к тронному залу.
Это был длинный зал, по обе стороны которого столпились придворные, министры и главы некоторых кланов.
Все нарядные и очень важные на вид. На полу красный ковёр, который вёл к трону. А сам трон походил на клетку. Он был закрыт полупрозрачной вуалью, за которой, если приглядеться, можно было увидеть молодого парня. Регента.
Внешне ему лет двадцать пять, невысокий, где-то метр шестьдесят. На лице жидкая козлиная бородка и чёрные усы.
Рядом с ним стоял худой, высокий китаец в золотом одеянии и длинной, но тонкой чёрной бородой и усами с завитушками. Ну и странной шапочкой на голове.
Там же находились два воина в красно-золотых доспехах и шлеме, изображающем голову китайского дракона.
Мы остановились в сорока метрах от трона, и вперёд пошёл Цесаревич с помощницей. Остановившись в десяти метрах от трона, он слегка кивнул.
Стоит отметить, что на коврах было что-то вроде линий, обозначающих, кому куда можно пройти. Вот на них мы и ориентировались.
— Его Императорское Высочество, Наследник трона Российской империи, Цесаревич и Великий Князь выражает почтение Регенту великой Китайской Империи Мин, — громко и чётко произнесла Анастасия. Говорила она на китайском, а Мия переводила нам сразу в голову.
— Рад наконец-то встретиться, достопочтимый Регент. Хочу выразить пожелание скорейшего выздоровления Бессмертному Императору и возвращения покоя на ваши земли.
Слова Дениса, который неплохо говорил на китайском, вызвали недовольный шёпот среди придворных. Он прямым текстом сказал, что в Китае бардак.
— Благодарю. Даже Небо горюет с тех пор, как мой великий предок слёг. Но уверен, он вскоре поправится. Предки не оставят нас, — отвечал Регент. Голос его был мягок и доброжелателен. — И я тоже рад вашему, Цесаревич, приезду, несмотря на ожесточённую войну, в которой участвует Российская Империя.
— Что вы, я бы не назвал эту войну ожесточённой, — заулыбался Денис. — Просто злые силы хотят стравить нас с соседями. Мы не поддаёмся на провокации, надеясь, что глупцы одумаются. Иначе напавшие на нас страны уже находились бы в огне. Мы ведь даже их города не бомбим.
— К сожалению, я плохо слежу за войной и искренне надеюсь, что у моего дорогого соседа всё будет хорошо. Но желаю предупредить, что излишняя гордыня и недооценка врага могут иметь печальные последствия.
— Благодарю за предупреждение, Регент, но у нас есть повод для гордости. А именно — статистика. Мы, как обороняющаяся сторона, несём куда меньшие потери. И конфидент на данный момент примерно один к двадцати, — уверенно заявил Денис, а придворные недовольно зашептались, и в основном они не верят ему. А Цесаревич добил их. — Но благодаря нашей передовой медицине, многие, даже самые тяжёлый раненые, сохраняют жизнь и даже возвращаются в строй.
— Похвально. Уверен, наши врачи могли бы многому научиться друг у друга.
— Безусловно. Наши фарм-предприятия и алхимики готовы обеспечить Китайскую Империю Мин большим количеством лекарств. К примеру, антибиотиком, эффективным против трупной чумы.
В зале тут же похолодало, люди отчётливо поняли намёк. Принц имел в виду армию генерала Чэня, которая почти полностью слегла от эпидемии.
— Но и наша медицина могла бы многому научиться у вас. Ваши настойки на травах, акупунктура и целебный массаж просто восхитительны, — продолжил Денис. — В наших госпиталях работает немало уроженцев вашей империи.
И вновь придворные зашептались, ведь Цесаревич прямым текстом сказал, мол, ваши граждане уже воюют на нашей стороне.
— Ваша похвала греет моё сердце, Цесаревич. Наша медицина развивалась восемь тысяч лет и не раз доказала, что является лучшей в мире, — не скрывая гордости, ответил Регент. Да и придворные одобрительно загалдели. — Однако постижение её тайн — процесс длительный и сложный. Куда проще и дешевле купить таблетку, произведённую машинами, чем получить нормальное лечение.
  
А это уже укол в нашу сторону.
— Мы тоже так считаем. Простые болезни можно вылечить простыми средствами. А для чего-то серьёзного нужны профессионалы. Мы бы платили вашим профессионалам хорошие деньги.
— Я подумаю над вашим предложением, дорогой гость. Но думаю, пора перейти к сути вашего визита.
— Как вам будет угодно, Регент. Российская Империя намерена полностью завоевать Монгольскую Империю, — уверенно заявил принц, вызвав гомон голосов.
— Вы ведь объявили себя как защищающаяся страна. Но теперь желаете поработить целый народ? Немного не вяжется со сказанным вами ранее, — подметил Регент.
— Кому как не вам знать, насколько неуловимы и сильны монгольские всадники. Они оказываются в самых неожиданных местах, вырезают мирных жителей, а порой и забирают в рабство. И повторюсь, кому как не вам знать, что они творят с рабами, — Денис покачал головой и продолжил: — Российская Империя — гордая страна. У нас есть честь и достоинство, поэтому мы не только спасём похищенных людей, но и отомстим за всех невинно убитых. Потому что иначе мы не можем.
Теперь придворные громче зашумели. Китайцы, которые веками терпели набеги монголов, сейчас выглядят как трусы, слабаки, им дали понять, что у них нет чести и гордости.
Красавец, что ещё могу сказать. Вроде ничего такого и не сказал, а сумел унизить всех присутствующих. И часть людей была с ним согласна. Другие нет. Сразу становится понятно, кто есть кто. Кто из фракции Роялистов, а кто из «Поднебесников», как я их прозвал.
Первые топят за национальную гордость и величие. Последним же плевать на простых людей. Для них, если ты слаб, то ты хуже животного. А кому какое дело до судьбы животного?
— Благородные мотивы. Но ради тысяч вы убьёте миллионы? — поинтересовался Регент, пытаясь уколоть.
— Российская Империя не борется с гражданскими, только с воинами.
— Среди ваших спутников я вижу новоявленного князя, чьи растения убили множество пастухов и гражданских людей. Князь, ты можешь подойти, — попросил Регент.
Я и подошёл к принцу, а его помощница приготовилась переводить меня.
— Что же ты ответишь на мои слова? — вновь раздался голос Регента.
— Прошу прощения, но я не понимаю, на что мне отвечать. Каждый пастух — это потенциальный налётчик. Многие из них неоднократно грабили вашу страну. Почти все они имеют китайские копья и ножи, а также элементы одежды, изготовленные в Китайской Империи Мин. Думаю, они их явно не купили у вас.
— В твоих словах есть зёрна истины. Но также есть свидетельства, что твои растения заражали жён пастухов и даже детей.
— И вновь прошу прощения, я хоть и внимательно слежу за ходом войны, тем более за Монголией, но у меня нет таких сведений, — я улыбнулся, а тот поджал губы. Хах, не следит он за войной, ага, конечно. — Мои растения стремятся исцелить эту проклятую землю. Однако они не различают, кто хороший, а кто плохой. Их цель в размножении и создании леса, который из ядовитых пустошей создаст рай на земле.
— Благими намерениями выстроена дорога в ад, — ответил Регент.
— Благими? Не совсем. Корысть и ничего более. Монгольская Империя, как минимум её половина — моя. Из своих земель я сделаю место, в котором захочется жить. Крестьяне будут получать богатый урожай, воины будут сильны, а мой род процветать. Если монголы захотят жить на моей земле, то они могут дать клятву верности.
— Или подчиняетесь, или убираетесь прочь? — хмыкнул Регент.
— Конечно. А как иначе? — искренне удивился я. — Какая может быть жалость к врагу? Или мне напомнить вам про Хайнань? Или Юньнань?
— Мы вернули свои земли. Это другое, — возразил Регент.
Хайнань заселили вьетнамцы много веков назад, но китайцы, когда окрепли, заявили, мол: «Это наши исконные земли!». Ну и вырезали там всех до единого.