Кровь на эполетах (СИ)
– Рядовой Пахом Курицын.
– Вот этого Курицына и приведите, – улыбнулся Александр.
Адъютант убежал. Пока он ходил, царь отвел Кутузова к столу, и они о чем-то заговорили вполголоса. Англичанин же подошел ко мне и, в свою очередь, взяв под локоток, отвел дальше.
– Мы с вами не знакомы, господин майор, – начал, ласково улыбнувшись, – поэтому представлюсь. Посол его величества короля Британии при русском дворе первый граф Кэткарт. Хочу спросить вот о чем. Ваше военное министерство любезно передало мне образцы ружейных пуль, которые летят дальше обычных и уверенно поражают противника на дистанции в двести-триста ярдов. Говорят, вы их придумали.
Вот же суки! Слили секретную информацию. Хотя, чему удивляться? С англичанами мы сейчас крепко дружим. Они помогают нам вооружением, материалами и деньгами. На восстановление сгоревшей Москвы выделили двести тысяч фунтов. Получается что-то вроде ленд-лиза периода Второй мировой войны. Ладно, воевать с ними не скоро, к тому времени они на штуцера перейдут.
– Это так, ваше сиятельство.
– А еще говорят, – оживился посол, – что еще придумали пули, которыми можно заряжать штуцера так же быстро, как и обычные ружья.
И это знает? Хотя, чему тут удивляться? При Кутузове обретался британский представитель генерал Вильсон. Следил, чтобы русские выполняли союзнические обязательства, то есть воевали за английские интересы. Лез в управление войсками, писал царю доносы на Михаила Илларионовича, ну, и шпионил, само собой.
– Есть такое, ваше сиятельство. Только у этих пуль большой недостаток: нарезы в стволе скоро забиваются свинцом, после чего стрелять новыми пулями бесполезно – кувыркаются в полете.
– Как скоро начинают? – не отстал нагличанин.
– Где-то после пятого-шестого выстрела. После чего штуцер нужно долго чистить специальным инструментом.
На самом деле, где-то после тридцатого выстрела. Но зачем это знать послу?
– Это плохо, – вздохнул Кэткарт. – Но я все же хотел взглянуть на пули.
– К сожалению, с собой нет. Не на войну ехал.
– Вы можете прислать их мне?
– Как только, так сразу, – пообещал я.
Британец удивленно посмотрел на меня, видимо, не уловив смысла русского выражения в переводе на французский. В этот момент дверь в кабинет распахнулась и вошли адъютант с Пахомом. При виде столь высокого начальства денщик застыл у порога, как соляной столб, забыв поприветствовать царя. Александр нахмурился.
– Простите, ваше императорское величество, – сказал я по-русски. – Мой денщик никогда не видел вас вблизи, потому онемел. Это от почтения. Для него вы вроде живого бога.
Морщины на лбу царя разгладились.
– Подойди ближе, солдат! – сказал ласково.
Пахом деревянной походкой сделал несколько шагов навстречу и, сообразив наконец, выпалил:
– Здравия желаю вашему ампираторскому величеству!
– Прямо оглушил! – засмеялся царь. – Молодец! – сказал, перестав улыбаться. – Мундир новый и отлично сидит, сапоги блестят. Бравый гвардеец, хоть и не строевой. Скажи, Курицын, это ты мертвого Бонапарта от дороги вез?
– Так точно, ваше ампираторское величество!
– А что делал в это время майор Руцкий?
– С нехристями бился. Один его даже саблей по спине приложил. Штуцер порубил, но до тела не достал.
– Вот как? Капитан этого не поведал. Скромный. Говорят, ты и сам с французами сражался?
– Точно так, ваше ампираторское величество, – кивнул Пахом. Похоже, освоился. – Они нас к лесу прижали, наседали крепко. Я схватил пику и стал их колоть.
– Много заколол? – поинтересовался Александр.
– Не считал, ваше ампираторское величество, но с пяток наберется, – ловко соврал Пахом. Надо же! Хотя, чему удивляюсь? С кем поведешься… – А пусть не лезут! – добавил лихо.
Царь захохотал. Кутузов и я его поддержали. Один англичанин смотрел недоуменно. Русский надо учить, первый граф Кэткарт! Отсмеявшись, царь подошел к столу, открыл стоявшую на нем шкатулку и достал из нее знак Военного ордена и банкноту.
– Держи! – протянул Пахому, подойдя к нему. – Жалую тебя за храбрость Георгиевским крестом и ста рублями.
– Рад стараться, ваше ампираторское величество! – рявкнул Пахом, приняв награды.
– Иди, солдат! Служи престолу и Отечеству.
Пахом повернулся и, неумело печатая шаг, вышел из кабинета.
– Пойдем и мы, – сказал царь по-французски. – Гости ждут. Объяви, что приема сегодня больше не будет, – приказал адъютанту. – Завтра.
Тот поклонился и скрылся за дверью.
– С вашего разрешения, государь, я пойду вперед, – торопливо сказал Кутузов. – Мне надобно распорядиться. А вы погодите чуток.
Он скорым шагом вышел из кабинета. Понятно. Александра ждет торжественная встреча. К его ногам будут метать взятые у французов знамена и орлы. Навалят огромную кучу.
– Что тут было? – поинтересовался англичанин. – Кто этот солдат?
Я объяснил.
– О! – сказал Кэткарт. – Передайте ему это от меня.
Он протянул мне золотую монету. Я взял: тяжелая. Соверен. Ну, будет сегодня радость у Пахома! Напьется в хлам.
– Идемте, граф! – сказал Александр. – Пора. Майор, сопроводите нас!
Мы вышли из кабинета. Через расступившуюся толпу в приемной проследовали в коридор и направились к лестнице.
– А-а-а! – раздался позади крик.
Я оглянулся. Выставив перед собой ружье со штыком на нас мчался гвардеец с безумными глазами. Твою мать! Уже совсем близко… Мысли вылетели из головы, остались только рефлексы. Шаг в сторону, уклониться… Бок обожгла боль. Попал, сука! Удар сжатыми в кулак костяшками пальцев в горло придурка. Хруст ломаемой трахеи…
С громким стуком на паркет упало ружье. Следом повалился на спину гвардеец. Засучил ногами, схватившись за горло. Лицо его посинело, но я узнал скотину – Болхов! Вот же сука! Не унялся…
Князь еще раз дернул ногами и затих. Готов. Мир вокруг закачался и стал сужаться. Откуда-то со стороны, словно через стену, доносились голоса:
– Что тут происходит?!..
– Майор Руцкий только что спас вам жизнь, ваше императорское величество. Негодяй намеревался вас убить…
– Меня?!..
– Разумеется. Солдат просил у вас милости, но не получил ее. Затаил злобу и решил отомстить.
– Арестовать преступника!..
– Не выйдет, ваше императорское величество – майор сломал ему горло. Замечательный удар! Хотя жаль: негодяя следовало четвертовать…
– Что с Руцким, граф? На нем лица нет…
– Солдат угодил в него штыком, ваше императорское величество. Похоже пропорол бок. У майора мундир в крови…
– Эй, кто-нибудь! Найдите Виллие!..
Это было последним, что я слышал. Мир перестал качаться и исчез.
[1] Минск в ту пору был реальным захолустьем, Могилев, Витебск, Полоцк куда больше.
[2] Именно артиллеристам поручили вывозить из Вильно трупы умерших от чумы. При этом заразился каждый третий из них.
[3] Кордегардия – помещение для караула.
[4] К реальным родам Голициных и Толстых отношения не имеют.
[5] Стихи Марины Цветаевой.
[6] Реальный факт. Цены в Вильно на предметы роскоши были такие, что даже такой состоятельный офицер, как аристократ Чичерин, не мог купить золотые галуны для своего мундира.
[7] Разжалованный в рядовые офицер в то время мог запросто проживать под одной крышей с офицерами и питаться с ними за одним столом. Происхождение рулило.
[8] Посланниками в то время называли послов.
[9] Номинально Великобританией в описываемое время правил король Георг III. Однако вследствие тяжелой болезни он сошел с ума и ослеп, из-за чего было установлено регентство старшего сына короля, будущего Георга IV.
[10] Примерно 27500 рублей.
Глава 14
Не было ни тоннеля, ни света в его конце, ни двух ангелов, ожидающих душу новопреставленного раба Божия. Кстати, почему их там двое? Не знаю. Я вообще не умирал – просто потерял сознание. То ли от болевого шока, то ли от потери крови.