Жена для генерала (СИ)
Эн.герр глубоко вдохнул и отошел от девушки. Поправил свое одеяло, слегка откинул плащ, снова подошел к замершей без движения Алие и, глубоко вздохнув, плавно поднял ее на руки вместе с одеялом. Алия возмущенно посмотрела на герра и открыла было рот, чтоб что-то сказать, но Эн.герр укоряющее на нее посмотрел и стрельнул глазами на Алика, мол, не стоит будить помощника. Алия закрыла рот, но заметно напряглась в его объятиях.
Генерал тем временем уселся со своей ношей на расстеленное одеяло и обняв девушку, покрепче завернул ее в одеяло так, чтобы она вся была укутана в нем и еще обернулся своим плащом. Держа очень напряженную девушку в руках и потихоньку покачивая ее на коленях как ребенка, герр чувствовал, как под воздействием его тепла и успокаивающей магии плаща расслабляется Алия. Вдруг девушка резко выдохнула, и герр почувствовал, как она сама прижалась к нему, принимая наконец тепло и ласку.
— Мне снился мой обычный кошмар. Как я отдаю всю магию Палию, а он встает и смеется надо мной и говорит, что такая я никому не нужна. Но, — тут Алия покачала головой, — обычно сон на этом заканчивается, но сегодня… сегодня он продолжился, — и Алия рассказала генералу про серую мглу и черный силуэт.
Эн.герр задумался. Рассказанное Алией очень напоминало то видение, которое он видел еще у Ярвиненнов в медитации Алика. Отличался один нюанс — Алия видела черный силуэт, а Эн.герр, который смотрел глазами Алика, похоже и был тем самым силуэтом, который видел Алию и то, как ускользали они в видении друг от друга было… Было явно истинным видением, только предупреждение это или какое то реальное событие Эн.герр передоложить даже не мог. Да и не слышал он никогда о таком, о том, чтобы два разных человека видели одно и то же, только с разных точек зрения.
— Мы подумаем об этом. Но не сейчас, сейчас тебе стоит уснуть, — и Эн.герр покрепче прижал к себе Алию, укачивая на руках. Девушка попыталась было возмутиться, но Эн.герр спокойно покачал головой. — Сейчас не время для споров. Спи, — герр попробовал сделать Алие легкое ментальное внушение. которое, конечно не подействовало, но она легко выдохнула, покраснела, и снова сама прижавшись к генералу, послушно закрыла глаза.
— Спи, Алия. Спи, звезда моя рассветная, — шептал Эн.герр в серебристую макушку, пахнущую ледяным ветром и холодным зимним морем. — Спи. Я буду охранять твой сон.
Через некоторое время Эн.герр почувствовал, что девушка расслабилась и легко засопела куда то ему в грудь. Устало выдохнув, он аккуратно положил свернувшуюся в клубочек Алию рядом, так что ее согнутые коленки упирались ему куда-то в живот, а макушка касалась груди. Покрепче укрыл ее одеялом и краем плаща и легко погладил по щеке. Улегся рядом, легко поцеловал в макушку замерев на мгновении. И, глубоко вздохнув, сам попытался уснуть.
Под утро Алик, проснувшись оттого, что какая-то птаха начала слишком нахально орать в кустах, потянулся и резко сел, не увидев Алию на ее месте. Легко вскочив на ноги, юноша уж собирался разбудить герра, как вдруг резко замер.
Свернувшаяся клубочком Алия все так ж тихонько сопела, только теперь куда то район подмышки генерала, который даже во сне крепко держал девушку за плечо, прижимая свой подбородок к ее макушке. Растрепанные пряди серебристых волос укрывали спину Алии и руки генерала, и Алик замер от нереальности происходящего. Спящий герр выглядел моложе, его точеный профиль был расслаблен и Алия, так же лежащая в профиль к нему, выглядела как-то по другому, тоже слишком красивой, более идеальной, нежели в реальности. На мгновение Алику показалось, что герр и его невеста похожи, как родные, но это опущение быстро пропало, сменившись каким-то чувством неправильности происходящего. Ощущением того, что длинные серебристые пряди должны лежать не на этих руках, а на других, более… Тут Алик резко встряхнул головой, и отвернулся, вдыхая глубоко свежий воздух летнего утра. Затолкав эти мысли поглубже в дальние углы своего сознания, Алик тихо вернулся к своему одеялу и, усевшись поудобнее, погрузился в такую нелюбимую, но такую спасительную медитацию.
Генерал и Алия продолжали крепко спать, и их сон не тревожило ни одно видение.
Глава 22
Проснувшись поутру, Алия попыталась распрямить затекшие за ночь ноги, но почувствовала, как упирается во что-то теплое и явно живое.
— Добро утро, — сонно проговорил генерал прямо у нее под ухом и Алия резко открыл глаза, вспоминая события прошедшей ночи.
— Доброе, — резко сев и окончательно распустив этим движением итак растрепанную косу, Алия огляделась. На своем одеяле с невозмутимым видом и закрытыми глазами сидел Алик, огонь магии которого бушевал этим утром, как ей казалось, ярче чем в дни прошедшие. Повернувшись, она встретилась с веселым взглядом удивительных, сине-зеленых глаз. И не смогла не улыбнуться в ответ.
— Надеюсь, тебе хорошо спалось, — так же невозмутимо продолжал Эн.герр, — потому что мне кажется, что я совершенно не чувствую правый бок. И в моем возрасте, — тут генерал фыркнул, — это немного страшно.
Алия снова улыбнулась в ответ, но промолчала. Она не могла найти слов, чтобы выразить герру… Что? Благодарность за то, что успокоил? Возмущение на то, что провела половину ночи в его объятиях, не будучи его женой? Опять же благодарность за то, что шутил, смотрел прямым и веселым взглядом и забирал ее смущение своим непринужденным видом? Поэтому просто и тихо пробормотав: «Спасибо», — Алия так плавно, как позволяли затекшие ноги, поднялась и отправилась в сторону дальних кустов, за которыми звенел родничок — умываться и восстанавливать душевное равновесие.
Эн.герр потянулся и, тоже глянув на Алика и поджав губы, потянулся мысленно к помощнику.
— Алик.
Темные вспышки пламени побежали по крепко сжатым рукам юноши, а брови Эн.герра устремились в удивлении вверх.
— Алик! — повелительная интонация, в которую Эн.герр добавил часть своей силы, которая заструилась вокруг помощника возвращая его в реальность. Алик открыл глаза, но темные сполохи пробегали по его рукам.
— Генерал? — голос помощника был хриплым, и юноша с удивление уставился на свои руки. — Вы проснулись?
— Да, — Эн.герр задумчиво глядел на помощника, глаза которого выражали сильную степень неодобрения. — Алие ночью приснился кошмар, и мы с ней разговаривали какое-то время, я пытался ее успокоить, — добавил Эн.герр, видя как неодобрение в глазах помощника постепенно сменяется смущением.
— Ммм, понятно, — легкий румянец окрасил острые скулы, но Алик не опускал взгляда. — Только разговаривали, да?
— Нет, пришлось укачивать как ребенка, — усмехнулся Эн.герр, с любопытством глядя на светлеющие глаза Алика, из которых потихоньку пропадали красные искры. — У тебя, кстати, был огонь в глазах, думал, жечь будешь, — так же спокойно проговорил герр.
— Хм, — Алик окончательно смутился, но глаз не опустил. — Нет, сначала бы выслушал, — тут Алик хмыкнул. — Герр, я знаю что вам смешно, но, — тут парень крепко сжал зубы, но продолжил, — но я воспитан не так, в клане все…
— Строго. Я знаю Алик, поэтому и объясняю тебе, — Эн.герр действительно думал, что понимал недовольство помощника — в Нойрат даже обрученные пары до свадьбы максимум держались за руки и то, в присутствии нескольких свидетелей. То, что мог увидеть Алик утром… В общем в клане мужчину за такое могли и убить, и воспитание боролось в Алике с… В верой в своего командира, судя по тому, как разгладилось лицо помощника и как быстро пропали темные всполохи на коже.
— За это, в том числе я и ценю тебя, Алик из Нойрат, ученик, — тепло улыбнулся герр. — Ты один их тех, к кому я могу прислушаться. Кому я могу доверять. Я надеюсь, — тут взгляд Эн.герра неожиданно потяжелел, — что это так и останется.
Алик молча кивнул. Утреннее наваждение и ощущение неправильности происходящего рассеялось, как туман под жарким утренним солнцем и Алик уже не мог себе даже объяснить сам, почему он так вызверился.