Жена для генерала (СИ)
Быстро отвязав лошадей, мужчины вскочили по седлам. Через пару минут служителю так же подвел коня парнишка-прислужник и тот не по возрасту ловко вскочил в седло. Махнул, пропуская Эн.герра вперед и предлагая ему вести процессию. Не сомневаясь ни секунды, Эн.герр тут же пришпорил Стара и направился на запад, в сторону дома Ярвиненнов.
За его спиной разгорался первый день этого лета.
Чем ближе генерал подъезжал к имению Ярвиненнов, тем сильнее какое то необъяснимое волнение сдавливало грудь Эн.герра. Внешне он как обычно старался выглядеть невозмутимым, но руки все сильнее сжимали поводья.
— Волнуешься, друг мой? — это были первые слова священнослужителя за это утро. Тот достаточно тихо догнал генерала и сейчас смотрел на него с чуть ли не отцовской улыбкой на губах.
— Никогда не думал, — от долгого молчания Эн.герру казалась,что слова со скрипом выходят у него из горла, — что буду так беспокоиться из-за слов девушки, — герр криво улыбнулся.
— Если ваши чувства искренни, — вдумчиво проговорил служитель, — вы со всем справитесь.
Одобряюще кивнув Эн.герру, служитель немного придержал коня, оставив генерала в одиночестве.
Искренни… Перед глазами генерала тут же встал так тщательно прогоняемый им всю ночь образ и он, с легким рыком, еще сильнее пришпорил коня.
К тому моменту, как небольшая кавалькада подъехала к дому Ярвиненнов, солнце почти полностью поднялось из-за горизонта. Яростно пели птицы, воздух был свеж и Эн.герр вдыхал его полной грудью, набираясь храбрости. Не той храбрости, которая нужна на полях сражений, не той силы, с которой он вел за собой войска и смотрел в глаза Императору.
А той силы и смелости, в которой порой очень нуждался мужчина. В силе поверить, что в этот раз выберут его.
Спешившись с седла, Эн.герр не спеша привязал Стара и помог служителю. Алик уже спрыгнул с коня и стоял рядом. Эн.герр ярко улыбнулся помощнику и, получив в ответ скупую, но искреннюю улыбку горца, поднял руку и постучал в дверь. Громкий стук эхом разнесся над тихим садом.
На третий стук дверь открыл Калеви. Празднично одетый и причесанный глава семьи испытующе поглядел на Эн.герра.
— Кто вы?
— Меня зовут Эн.герр. Я герр Империи и Советник Императора.
— Зачем вы здесь?
— Пришел просить у вас то, что принадлежит вам по праву отца.
— Я даю вам во позволение войти в мой дом, — Калеви торжественно кивнул Эн.герру и сделал приглашающий взмах рукой.
Вслед за главой дома, Эн.герр и его спутники проследовали в гостиную. Там, в центре комнаты, освященные нежными лучами восходящего солнца, стояли девушки Ярвиненн. Заплетенные в легкие косы волосы, простые светлые платья и разные чувства в ярких глазах. Радость. Насмешка. И темно-серая безмятежность.
Рядом с дочерьми стояла Сильвия, слегка взволнованно разглаживающая подол своего темно-синего платья. Глаза женщин так же выдавали ее волнение. И странное беспокойство. Калеви подошел к жене и нежно взял ее за руку.
— Кто вы и зачем вы здесь? — повторила женщина ритуальные слова, глядя на Эн.герра.
— Я — Эн.герр, герр Империи и Советник Императора, — спокойно проговорил генерал, не отводя взгляда от лица Сильвии. — Я пришел просить у вас то, что принадлежи вам по праву матери, — голос Эн.герра звучно разносился в гостиной. Замерший за его плечом Алик поднял глаза и пробежал взглядом по лицам девушек. Не слыша их мысли, но явно ощущая их эмоции. Волнение, радость, тревога, печаль затаенная — чувства девушек сплелись в такой тесный клубок, что Алик не мог разобрать, кому какая принадлежит.
— Я — Сильвия из клана Ярвиненн, дочь побережий, готова выслушать твою просьбу, — голос женщины звучал спокойно.
— Я хочу попросить у вас, — Эн.герр переводил слегка взволнованный взгляд с Калеви на Сильвию, — позволения попросить руку и сердце вашей дочери. За руку я буду вести ее по жизни, защищая и оберегая, как самое ценное, что есть у меня, — Эн.герр слегка менял слова традиционного прошения и Ярвиненны переглянулись. — Сердце ее я буду беречь от невзгод и печалей. И да примите вы ее выбор, — внезапно закончил Эн.герр.
— Мы разрешаем, — Ярвиненны снова переглянулись, и слово взял Калеви, — мы разрешаем просить у, — тут Калеви немного замялся, ведь в традиционной просьбе здесь должно было звучать имя девушки, которое Эн.герр так и не произнес, поэтом глава клана замешкался, но все таки закончил свою речь, — у нашей дочери ее согласия, ее руки и ее сердца.
— Да будет так, — вступил жрец, до этого тихо стоящий за спиной Эн.герра. — Да будет так, и да исполнится воля здесь присутствующих, — тут жрец кинул непонятный взгляд на Эн.герра, — воля открытая и добрая.
Священнослужитель выступил ближе к девушкам, как по команде опустившим глаза в пол, и сделал знак Эн.герру. В этот момент Алик внезапно почувствовал, как генерал, кажется, бесшумно выдохнул и, набрав полную грудь воздуха, поднял глаза на жреца.
— Своею свободною волей, одобрением твоих родителей и благословением Высшего, я прошу тебя, Алия из клана Ярвиненн — стать моей женой.
Глава 19
— Своею свободною волей, одобрением твоих родителей и благословением Высшего, я прошу тебя, Алия из клана Ярвиненн — стать моей женой.
Слова Эн.герра произвели эффект грома среди ясного неба. Беатриче, которая уже начала нежно улыбаться и поднимать глаза на герра, в недоумении их округлила, как и свой рот, принявший, к слову весьма соблазнительную форму буквы «о». Сильвия покачнулась, а Калеви хотел что-то сказать, но взмах руки жреца его остановил. В голове у Алика не осталось ни одной связанной мысли, Эн.герр же не отрывая глаз смотрел на Алию.
Побледневшая девушка, не скрывая своего изумления, подняла свои темно-серые глаза на Эн.герра.
Молчание Алии затягивалось, но тут Эн.герр протянул свою ладонь вперед, спрашивая еще раз.
— Алия из клана Ярвиненн, — голос генерала звучал поразительно мягко в хрустальной тишине, окутавшей дом, — согласна ли ты стать мой женой?
— Да, — вдруг громко и четко произнесла девушка, делая шаг вперед и смело вкладывая свою маленькую ладошку в руку Эн.гррра. — Согласна.
— Дорогами счастья поведу я тебя, — вновь заговорил Эн.герр и Алик не мог не услышать облегчения в голосе командира, однако слова доносились до слуха Алика, как через толстый слой ваты. — Дорогами радости и заботы.
— Сердце тебе свое вверяю, — Алия положила вторую руку сверху своей ладошки и подошла еще ближе к генералу. — Руки свои отдаю в твои. Перед людьми всеми, здесь присутствующими, — голос Алии становился все громче и четче, спина выпрямлялась приобретая знакомую всем королевскую осанку, — слово тебе даю свое, Эн.герр, герр Императора и Советник Империи.
— И пусть боги благословят наш выбор, — закончили Эн.герр и Алия хором.
Подошедший к паре жрец, поглядывая на родных Алии, которые замерли в удивлении, и тихо усмехаясь себе под нос, обхватил соединенные руки Алии и Эн.герра и громко проговорил:
— Силой, данной мне Высшим, я принимаю ваши обещания. Как я соединяю ваши руки, как соединятся ваши судьбы через одну Луну, так пусть Высший соединит ваши сердца, — на глазах присутствующих на запястьях Алии и Эн.герра стали появляться тонкие штрихи, напоминающие старинное письмо.
— У вас есть подарок для вашей выбранной? — мягко спросил у Эн.герра священнослужитель.
— Да, — Эн.герр, не спуская газ со смущенно глядящей на их все еще соединенные руки Алии, аккуратно вытащил правую руку левой продолжая держать руки девушки и полез в нагрудный карман. Легко опустившись на одно колено, Эн.герр попытался заглянуть Алие в глаза и, судя по разгоревшемуся румянцу девушки, ему это удалось.
— Алия, — выйдя из оцепенения, Алик внезапно услышал в голосе командира сдержанную нежность, так ему несвойственную, — я прошу тебя принять это кольцо, как знак того, что моя жизнь теперь будет вязана с тобой, — и Эн.герр аккуратно надел на палец девушки тонкое кольцо из серебристого металла с ярким белым камнем с синим рисунком. Сдавленный ох пронесся по комнате, когда Ярвиненны разглядели необычный камень, украшающий кольцо. Даже Алик в изумлении поднял брови, разглядев редчайший ХХХ. Металл был немного потускневшим от времени, но камень сиял ярко и серые крапинки в нем удивительно перекликались с глазами Алии. В удивлении глядя на генерала, Алия вдруг широко улыбнулась и, вопреки сем традициям, крепко сжала руки Эн.герра. Кольцо блеснуло в утреннем солнце, и Алик краем глаза заметил причудливую вязь на его ободке, что-то ему напомнившую.