Жена для генерала (СИ)

— Планы, да, — Эн.герр очаровательно улыбнулся хозяину дома. — Если вы не возражаете, достопочтенный глава Ярвиненн, то день завтрашний я бы еще провел в вашем гостеприимном дома. Однако, — он склонил голову, понимая мотивы, которые движут Калеви, — завтра до заката я планировал выдвинуться в сторону Коуволы. Там ведь есть храм Высшего и Милосердной Матери? — Эн.герр теперь серьезно и прямо смотрел в глаза хозяина дома.
— Да, — на лице Калеви появилась скупая улыбка, — безусловно есть.
— Замечательно, — Эн.герр склонил голову в традиционном жесте уважения отцу приглянувшейся девушки. — Тогда, с вашего позволения, мы с помощником сегодня пораньше отправимся спать. Завтра будет длинный день.
Калеви с улыбкой кивнул головой, Эн.герр же, сохраняя безмятежное выражение лица, повернулся к замершим дамам. Губы Беатриче сложились в очаровательное «О», а вот Ноэль… Старшая сестра выглядела разочарованной, но, заметив внимательный взгляд Эн.герра, натянуто улыбнулась. Сильвия выглядела довольной. Эн.герр еще раз склонил голову, прощаясь с дамами и покинул дом. Алик, так же церемонно кивнул хозяевам дома и поспешил ретироваться вслед за командиром.
Зайдя в гостевой дом, и дождавшись, пока Алик притворит за собой дверь, Эн.герр снова потянулся к магии, обновляя сигнальную сеть вокруг дома и проверяя пространство на предмет присутсвия кого-то живого. К радости Эн.герра, их уединение никто не нарушал и сигнальная сеть была цела. Эн.герр выдохнул, шумно скинул ботинки и снова забрался с ногами на диван, заворачиваясь в свой неизменный плащ. Закрыл глаза, откинул голову на спинку дивана и, шумно выдохнув, снова открыл глаза.
— Спрашивай, — коротко скомандовал он замершему Алику.
— А нечего спрашивать, герр, — голос Алика звучал тихо, — кроме как одно: вы уверены?
— О нет, — слегка безумная улыбка скользнула по губам Эн.герра, — нет, Алик. Я вообще не уверен. Но я сделаю то, что должно быть сделано.
Никак не прокомментировав странное высказывание герра, помощник бросил на командира задумчивый взгляд и, коротко кивнув, отправился спать.
Эн.герр проводил взглядом Алика и, оставшись один, плавным жестом руки погасил весь свет в гостиной и задумчиво поглядел в окно. Лето было близко и вечера на севере были долгие — небо еще хранило отблески ушедшего недалеко за горизонт солнца. Задумчиво покрутил запястьями, вновь убеждаясь, что наручи от Виолы сидят незаметно даже под рубашкой, порой ему казалось, что на них какая-то магия для отвода глаз.
— То, что должно быть сделано, Эн.герр? — хмыкнул генерал себе под нос тихо. — Серьезно?
И герр снова устремил взгляд в постепенно темнеющее небо. Этой ночью он так и не уснул.
  
Глава 17
 
С утра Алик, чертыхаясь и потягиваясь, выйдя в гостиную, застал генерала в том же положении, что и вечером. Встретил его ясный и твердый взгляд и, тихо фыркнув себе под нос о людях, которые не следят за своим здоровьем, уселся на пол, по южному скрестив ноги.
— Молодец, — голос Эн.герра после бессонной ночи звучал глубже обычного. — Свадьба свадьбами, а медитации по расписанию.
Алик фыркнул не открывая глаз. Эн.герр, тоже фыркнув в ответ, с определенной долей изящества сполз с дивана на пол, не выпуская, однако, одеяла из рук. Алик глянул из под темных ресниц на воздушное белое облако с головой герра, снова фыркнул и закрыл глаза. И почувствовал ладонь герра у себя на лбу.
— Выдыхай, — глубокий голос генерала выбивал воздух из легких, — до конца. И снова вдыхай. Тяни магию из воздуха, земли под тобой. Изнутри. Почувствуй свой источник. Яркий, мощный. Почувствуй магию в ладонях, в голове. А теперь снова выталкивай, выдыхай.
Голос герра вгонял Алика в своеобразный транс — он отчетливо чувствовал темноту, бегущую по его венам, наполняющую каждую клетку его тела. Острее чувствовал чуть шершавый пол под ногами, горячую ладонь генерала на лбу, от которой, казалось, расходилась пульсация.
В ладонях запульсировала магия, Алик сделал глубокий вдох и ноздри обжег отголосок какого-то почти выветрившегося, знакомого запаха. Лед, холод — что-то смутно знакомое. Магия откликнулась на странную эмоцию, Алик резко выдохнул и услышал тихий вдох командира.
  
— Открывай глаза, — тихо скомандовал Эн.герр. Алик открыл глаза и увидел, как командир с улыбкой смотрит на его ладони — в каждой руке Алика переливалось по ярко-черному шарику. Магия пульсировала, просилась наружу.
— А теперь потихоньку втяни один, — Эн.герр продолжал говорить тихо, как будто боялся испугать маленькие шарики материализовавшейся магии помощника. Один из шариков послушно втянулся в правую ладонь. Алик почувствовал, что в голове начало шуметь так, как будто он выпил пару рюмок крепкого кальвадоса. Эн.герр осторожно убрал ладонь со лба помощника, поднялся на ноги одним движением и, отойдя настолько, насколько позволяла комната, тихо сказал:
— Бей.
Алик недоуменно посмотрел на командира и на пульсирующий шарик в руке.
— Бей! — уже громче повторил герр и поднял руки в приглашающем жесте. — Давай же, бей!
Алик нахмурился и, размахнувшись, запулил шариком в герра. Тот, шипя и потрескивая, полетел в генерала и тот поймал его чуть ли не в ладонь. Поморщился, сжал руку в кулак, и шарик рассыпался с тихим треском.
— Неплохо, — скупо улыбнулся Эн.герр, — для первого раза так вообще. Но слабо. Хотя, — генерал подвигал кистью той руки, на которую он поймал шарик, — довольно показательно.
— Поясните? — Алик не сдвинулся с места, вопросительно глядя на генерала.
— Твой дед был уверен, что ты чистый менталист, — Эн.герр снова подошел к помощнику и сел напротив него. — Я же был уверен, что все с тобой, друг мой, не так просто.
— Потому что я не справляюсь со своей магией? — наклонил голову Алик.
— Потому что есть в твоей магии то, что ты не готов принять, — глаза генерала смотрели твердо. — Ты темный, Алик. Логично, что кроме способностей менталиста безусловно врожденных, должно быть еще что-то боевое. Но ни в тренировочных поединках, ни в реальном бою ты никогда магию не выпускаешь. Ты боишься, — Алик вскинулся было, но Эн.герр одним движением глаз указал помощнику на пол. Поджав губы, Алик сел.
— Ты боишься, что твоя магия вырвется и ты победишь нечестно, — Эн.герр подчеркнул последнее слово. — Боишься, что причинишь вред больший, чем необходимо. Боишься, что твоя магия сильнее тебя. Но Алик, — Эн.герр продолжал твердо смотреть помощнику в глаза, — твоя сила — часть тебя, не наоборот. И я решил, что мы с тобой будем практиковаться теперь не только в медитациях. Но и в бою. Не бойся, — тут Эн.герр криво улыбнулся, — я думаю, у меня получится не дать тебе себя убить. Тем более, что я же скоро стану женатым человеком — это должно прибавить мне ответственности.
Алик усмехнулся, понимая, что герр пытается разрядить обстановку и принимая это. Хотя очень четко понимал, что он не хочет учиться вплетать магию в бой. Алик верил, что только своей силой, как воин, своим владением оружием он может справиться с любым противником. Ну, кроме генерала, конечно. А магия… Это было, как правильно говорил герр, нечестно. А еще Алик боялся. Боялся того, что постоянным обращением к магии он пустит эту темноту в себя, позволит ей изменить себя. Магия всегда шептала Алику где-то в глубине его сознания. Звала. Говорила, что он достоин большего, лучшего. Лучшего. Размышления Алика прервал Эн.герр.
— Кстати, помощник, — Эн.герр улыбнулся, — чем мы обязаны такому прорыву? Что изменилось сегодня в тебе? Или просто так сложилось? — Эн.герр выглядел действительно интересующимся.
— Запах, — Алик задумался, — я почувствовал странный запах. Как холодом повеяло, так смутно знакомо…
Эн.герр нахмурился, но промолчал.
— А это так важно? — Алик заметил легкую перемену настроения генерала.
— Не особо, — голос Эн.герра звучал вполне уверено, — Просто любопытно. А теперь, завтракать. Сегодня нас ждет длинный день.