Жена для генерала (СИ)
Внимательно прочитав список, Эн.герр утвердился в своем подозрении — все девушки в нем были с равнин империи и только две — с северных плоскогорий. С Нойрат и семей побережья не было никого. Он взял четвёртый список, в котором были девушки, выбранные Аликом, но те, которых не был в списке Императрицы. Он оказался небольшим — две девушки из Нойрат, причем одна из них, как понял Эн.герр — это сегодняшняя кузина, одна семья с побережья и, почему то, одна девушка с плоскогорья. Эн.герр нахмурился — он видел этот клан в «одобренном» списке. Еще раз сверив два списка, он понял, что речь действительно шла об одной и той же семье, просто в рекомендованном списке были две старшие сестры, а Алик вписал еще и младшую. Прочитав краткую характеристику Алика «легкомысленна, ветрена, упряма» и увидев возраст — всего девятнадцать лет, он предположил, что Императрица посчитала девушку слишком молодой, ведь в ее списке не было девушек младше двадцати лет, и выкинул эту мысль из головы.
Еще раз пробежавшись по списку, он подумал, что из Нойрат логичнее всего проехать долиной реки Неовы — там как раз в пути можно было посетить три клана — долины были плодородными и богатыми землями с сильными и многочисленными кланами. Примерно треть девушек из его списка жили там. Потом можно повернуть на север, к Плоскогорьям, там всего две семьи. И вернуться в равнины, к оставшейся половине списка.
Успокоив себя тем, что план у него есть, он начал готовиться ко сну. Ночью ему ничего не снилось.
Глава 7
Утром прощаться с гостями вышел, казалось, почти весь поселок. Крепко пожав руку Беседующему, Эн.герр склонил голову перед подошедшей к нему Велией. Пожилая женщина взяла его за руку и, так же как при встрече, приложила ее к своей щеке. Эн.герр нежно улыбнулся ей, принимая тепло и ласку.
— Береги себя, герр, — тихо сказала ему Велия. — Будь осторожен. Твой путь будет долог, но я верю, что ты обретешь желаемое. И будешь счастлив. Помни: быть правым не так важно как…
— Быть счастливым, — с улыбкой закончил за нее Эн.гер.
Велия ласково погладила Эн.герра по руке и отвязала мешочек, висевший у него на поясе.
— Это тебе. Мой подарок. Я думаю, он идеально будет сочетаться с изделием Стана, — и она передала мешочек в руки Эн.герра.
Эн.герр с любопытством развязал завязки — внутри лежали тоненькие, казалось шелковые наручи, цвета практически такого же, как и кожа Эн.герра. На них не было видно швов — казалось, они были сделаны из цельного куска тонкой, мягкой, но удивительно тянущейся ткани.
Эн.герр надел их на руки — они закрывали их от косточки запястья до середины предплечья и, действительно, идеально подходили под наручи.
— Спасибо, — еще раз тепло улыбнулся Эн.герр, с благодарностью глядя на Велию.
— Носи их. Это ткань из особой нити, такую делили в семье моих родителей. Она удивительно тонкая, но при этом прочная. Легко сохнет, — тут темные глаза Велии подернулись тенью беспокойства, — может тебе мои слова сейчас покажутся бредом старой женщины, но носи их не снимая. Я все-таки Нойрат, некоторые вещи я чувствую.
Эн.герр снова с уважением склонил голову и краем глаза увидел Алика, с нечитаемым выражением лица наблюдающего за ним.
Велия отошла обнять внука, Эн.герр коротко пожал руку Кастору и еще раз кивнув Беседующему, легко вскочил в седло коня, которого привел Алик. Алик черной тенью взмыл следом, и, склонившись перед кланом, Эн.герр пришпорил своего верного Стара и выехал в ворота. Тенью, слишком черной для этого ясного весеннего дня, за ним на своем высоком жеребце мчал Алик.
Первые пару часов пути прошли в молчании, но, когда Эн.герр скомандовал привал, Алик резко спрыгнул с коня и в молчании принялся доставать бутерброды, заботливо завернутые Велией.
— Алик, — юноша мотнул головой, не отрывая взгляда от седельной сумки, притороченной к его коню. — Алик, — голос Эн.герра стал мягче. — Посмотри на меня.
Алик резко вскинул голову, не в силах противится легкому давлению приказа Эн.герра и с вызовом посмотрел в сине-зеленые глаза командира.
— Алик, — Эн.герр провалился в черноту глаз помощника, выхватывая некоторые образы: он сам с Беседующим, с Велией, Кастором, Станом… И это чувство бесконечного одиночества — Эн.герр выскользнул из мыслеобразов помощника, до конца не понимаю: вытолкнул его Алик сам или нет.
— Алик, — еще раз повторил герр и, подойдя ближе к помощнику, легко положил руку на его худое плечо, на котором, впрочем, явственно ощущались тугие узлы мышц, — прости. Я понимаю, насколько это трудно для тебя.
— Ничего, — Алик мотнул головой, завеса черных волос упала на глаза и Эн.герру стало немного легче дышать — эмоциональное поле Алика ослабло до приемлимого. Герр понимал, что вряд ли помощник сумел так быстро успокоиться, скорее просто как обычно взял эмоции под жесткий контроль.
— Просто, — Алик вдруг рвано выдохнул и с каким то нечитаемым чувством в глазах посмотрел на Эн.герра, — просто мне порой кажется, что приемный в клане я…
Эн.герр тяжело вздохнул и, ничего не ответив, только сильнее сжал плечо юноши, даря ему ту поддержку, которую мог дать.
— Садись, — Эн.герр подтолкнул Алика к большом, нагретому солнцам камню, а сам уселся напротив него прямо на землю. Его глаза оказались ниже уровня глаз Алика, и Эн.герр так же тихо снова попросил: «Посмотри на меня».
Алик с необычной для него покорностью поднял взгляд и теперь уже он утонул в глазах командира. Сперва мелькнул образ огромного, сине-зеленого моря, Алик непроизвольно напрягся и тут беспокоящий образ сменился другим. Алик видел равнины Империи, горы, долины, как будто с высоты птичьего полета. Легкой птицей летел он навстречу горам и восходящему из-за них солнцу, а его крылья, еще сильно слабые, придерживал кто-то сильный и надежный рядом…
С глубоким вздохом Алик вынырнул из транслируемого Эн.герром и с благодарностью посмотрел на генерала.
— Спасибо, — теперь благодарность из уст юноши звучала искренне. Он знал, как нелегко вести человека, особенно подготовленного менталиста, по картинам сознания, внушая то, что поможет, утешит и придаст сил. Затянуть в кошмары, например, было намного проще, Алик умел это, но так работать с сознанием мог только генерал. Ну и дед. В такие моменты Алик вполне искренне понимал, ЧТО дед нашел в этом пришлом. И так же отчетливо осознавал, что сам пойдет за генералом хоть на обратную сторону земли. Чтобы мочь и уметь что-то такое же. Снова.
— Пожалуйста, — вокруг необычных глаз Эн.герра залегли легкие тени, но он продолжил беседу. — А теперь, помощник, расскажи, что ты чувствовал.
— Крылья, — Алик смело встретил взгляд командира, — я чувствовал, что ты держал их. И я летел, герр, — голос Алика затих.
— Ты запомнил это ощущение, — не спрашивал, а утверждал Эн.герр и продолжил, — теперь во время медитаций ищи в себе это ощущение. Я думаю, именно полет может оказаться ключом к твоей силе.
Алик понятливо кивнул. он понимал, что Эн.герр не меньше его заинтересован в том, чтобы его помощник полностью раскрыл свой потенциал, но и во время давних уроков с дедом, а во время собственных медитаций он не мог нащупать ключ. Ключ к силе, эмоция, которая вытягивала мага на высший уровень владения силой, была у каждого своя. Алик подозревал, что и дед, и Эн.герр уверены, что Алик просто боится найти ключ, боится той темноты, которая заперта в нем. Но, как по крайней мере казалось самому Алику, он не боялся. Эн.герр, проницательный интуит, легко раскрыл свой ключ, так же легко и играючи помог некоторым из клана и паре магов при дворце. Но он тоже не мог нащупать ключа. Либо, как боялся признаться Алик даже себе, это была такая эмоция, которую сам Алик не хотел испытывать. Или же еще не испытывал никогда в жизни. Юноша цеплялся за честь, которая была основой силы клана. Моя честь есть моя жизнь — и ему не хотелось, он сейчас это понял с кристальной ясностью, чтобы его эмоция была темной. А темнота была. Шептала за ухом, манила снами, запахами яблоневого сада…