Где я, там смерть (СИ)

— Ни хрена себе! — воскликнул он. — Кэрол, это ты, что ли? Как ты изменилась!
Кэрол в замешательстве взглянула на него и только теперь, присмотревшись, узнала в нем Тома Фокстера.
— Это же я, Том! Фокстер!
— Привет, Том, — она сдержанно улыбнулась ему, чувствуя легкое разочарование. В детстве Том был намного привлекательнее, и ей всегда казалось, что из него должен вырасти настоящий красавец. Но до «настоящего красавца» ему было далеко. Он стал каким-то обычным, не бросался в глаза, как в детстве. Обычный симпатичный парень, и Кэрол, ожидавшей большего, он показался совсем не таким интересным, как раньше. Озорные карие глаза и задорные веснушки, покорившие когда-то ее юное сердце, не притягивали больше, безвозвратно потеряв над ней свое очарование. Зато сердце Кейт, судя по всему, все еще было в его власти.
— Как поживаешь? — наседал он, пожирая Кэрол своими блестящими глазами, которые с дерзостью пользующегося успехом ловеласа оценивающе скользили по ее телу. — Выглядишь потрясающе. Просто красавица.
— Спасибо, Том, — равнодушно отозвалась она.
— Слышал, мамаша твоя, наконец-то откинулась, — он размашисто махнул рукой в сторону отреставрированного мотеля. — Здорово ты все здесь переделала. Говорят, теперь это будет просто мотель. Я имею ввиду… что ты значительно сократила список предоставляемых услуг, — деликатно поинтересовался он. — Это так?
— Так.
— Я всегда знал, что ты не такая, как твоя мамаша. Ты теперь здесь будешь жить?
— Нет.
— А где?
— Я живу в Сан-Франциско.
— Здорово! Потрясающий город. Еще никогда там не был, но всегда хотел посмотреть. А теперь, есть у кого остановиться…
Кэрол удивленно приподняла бровь. Он что, в гости напрашивается? Уж не собрался ли он за ней приударить? Судя по его откровенно игривому взгляду, так и было. Что ж, этого и следовало ожидать, еще в детстве в Томе проявлялись задатки бабника.
Том поднял взгляд на молчаливо наблюдавшего за ним Джека, которого словно только сейчас и заметил.
— О, прощу прощения, я не поздоровался, — он энергично пожал Джеку руку. — Том.
— Джек.
— Понимаете, увидел Кэрол, и просто обалдел. Она была всегда такой невзрачной, тусклой, что ли, а теперь вдруг такая потрясающая женщина! Чудеса, да и только! Вы не находите, Джек?
— Нет.
Том озадаченно посмотрел на него, возмущенный его неприветливостью. Потом его осенило.
— А вы кто? Я имею в виду… вы приятель Кэрол?
— Не совсем. Муж.
Уголки губ у Тома досадливо опустились. А у Кейт глаза на лоб вылезли.
— Вы серьезно? — спросила она у Джека. — Вы — ее муж?
В ее устах это звучало, как что-то невероятное и из ряда вон выходящее. Джек смерил ее недоуменным взглядом.
— Да, муж. А что в этом удивительного?
— Все. Просто вы и… она… — непроизвольно в голосе Кейт прозвучало такое презрение, что Кэрол с трудом удержалась от того, чтобы не врезать ей по морде.
— Не понимаю, что вы имеете ввиду, — пожал плечами Джек, хотя Кэрол не сомневалась в том, что он все прекрасно понял. — Извините, но мы вынуждены вас оставить. Нас ждут другие гости. Приятно было познакомиться.
Обняв Кэрол за талию одной рукой, он увлек ее за собой.
— Эй, а как поживает Даяна? — окликнул Том. — Вы все еще дружите?
Кэрол обернулась и улыбнулась.
— Да, мы дружим. У нее все превосходно. Она делает успешную карьеру в шоу бизнесе. Купи любой престижный журнал, и ты найдешь там ее фотографию, сам увидишь, какой она стала.
— Я не совсем понял… — растерялся Том. — Так кем она работает?
— Она модель, Том. Известная модель.
Том почему-то сник от ее слов.
— Как увидишь ее, передай от меня привет, — подавлено сказал он.
— Обязательно.
Скрывшись в толпе, они с Джеком остановились и сняли с подноса проходящего мимо официанта по бокалу шампанского.
— Это и есть твоя первая любовь? — с улыбкой спросил Джек, не скрывая своего разочарования.
— Мальчиком он был гораздо приятнее, — оправдывающимся тоном ответила Кэрол.
— Самый обыкновенный самец.
— Да уж! Сама не пойму, что я в нем тогда нашла.
 
Встретившись взглядами, они неожиданно рассмеялись. Обняв ее, Джек весело чмокнул ее в лоб.
— А с этой девушкой тебе лучше не сталкиваться, — заметил он. — Я уж испугался, что ты ее прямо там и прикончишь. Я тебя такой никогда не видел.
— Она со своей сестрой убила Тимми, натравив своего пса. Она хотела спалить нас заживо, — голос Кэрол задрожал, а на глаза навернулись слезы. — Она убила Эмми! И я ненавижу ее!
— Отомстить хочешь? — невозмутимо поинтересовался Джек.
Кэрол замерла, вскинув на него расширившиеся глаза.
— Отомстить?
— Ну да. Тебе сразу станет легче, если ты накажешь ее за смерть Эмми. И Эмми будет отомщена. Неотмщенным нет покоя на том свете.
— Но как?
— Мы что-нибудь придумаем, — глаза Джека сузились и заблестели, как у хищника, почуявшего очередную жертву. — Только подумаем об этом завтра. Сегодня у нас праздник.
Через неделю после этого разговора Кэрол прочитала заметку в одной из газет о том, что некая Кейт Блейз была подвергнута жестокому нападению собаки, породы ротвейлер. Свидетели утверждают, что хозяином собаки был пожилой мужчина, который сумел отозвать пса до того, как животное успело бы нанести девушке смертельные раны, и скрылся вместе со своей собакой. Хозяин и собака были объявлены в розыск, но пока безрезультатно. Жизнь пострадавшей вне опасности, но девушка безнадежно изуродована.
Отложив газету, Кэрол посмотрела на своего мужа, который держал на коленях маленького Патрика.
Джек улыбнулся ей.
— Ну, что, отметим удачное свершение первой части нашего плана возмездия? — с ухмылкой проговорил он и, передав ей сына, поднялся. Достав из бара два бокала и бутылку шампанского, он вернулся на место.
Кэрол, словно онемев, наблюдала, как он с улыбкой разливает вино в бокалы. Лицо ее было белым, как шапочка на головке копошившегося у нее на коленях малыша. Дрожащей рукой она взяла предложенный Джеком бокал. Его взгляд задержался на ней.
— Что с тобой? — удивился он.
— Джек… то, что мы с ней сделали… это ужасно… чудовищно, — выдавила она.
— Да. Но не настолько, если сравнить с тем, что их собака сделала с Тимми. Я не знал этого мальчика, но когда я представляю, что произошло с этим маленьким ангелочком, даже я содрогаюсь… Не будь размазней, Кэрол. Ничто в этом мире не должно оставаться безнаказанным. Я уверен, что Эмми даже не колебалась бы, чтобы отомстить за него… или за тебя.
— Джек, я думаю, с нее хватит.
— Нет. Это только за Тимми. А еще есть твоя Эмми, ее родители, которых сломала гибель дочери, покалеченная Даяна, и твоя боль. Я уже не говорю о погибшей Мэг и оплакивающих ее родителях. И все это дело рук одной всего лишь Кейт. Погибшие невинные дети, столько горя, которое она принесла всем этим людям и лично тебе.
— Она была ребенком, — попыталась найти оправдание Кэрол.
Джек холодно рассмеялся.
— Что ж, тогда мне даже представить страшно, на что она способна теперь! А ты не боишься, что она может опять захотеть с тобой расправиться? Я заметил, что она жутко ненавидит тебя и, похоже, винит в смерти сестры. К тому же, ей в голову может прийти мысль, что это ты устроила нападение ротвейлера, ведь наверняка она не забыла, как погиб Тимми Спенсер. Нельзя щадить своих врагов, ибо они не пощадят тебя.
— Я понимаю, Джек, я все понимаю. Мне казалось, что ненависть моя к ней не знает границ. Но я не могу, — простонала Кэрол. — В моей жизни и так много смертей… и на моей совести тоже. Эмми уже не вернуть…
— И пусть ее убийца и дальше радуется жизни и губит другие человеческие жизни! Мы сделаем так, как задумали, Кэрол. Сомневаться надо было раньше. Мы начали, и отступать не будем. Я не привык идти на попятную.
 
— Разве мы мало ее наказали, изуродовав ее лицо?
— Мало. Она принесла слишком много зла и горя. Пришло время платить по счетам. Пусть немного насладится своим уродством, пострадает, помучается, а через какое-то время мы заставим ее вспомнить о пожаре… пусть на себе почувствует, какого это — сгореть заживо.