Где я, там смерть (СИ)
Кэрол два раза разворачивалась и шла в обратную сторону, но все же, в конце концов, оказалась у дверей Даяны. Не будет ей покоя, если она уедет и так и не узнает правду. Она протянула было руку к звонку, но заметила, что дверь приоткрыта, и оттуда доносятся голоса. Ее обдало жаром. Она узнала голос Джека.
Открыв двери, она бесшумно вошла и замерла на месте с гулко колотящимся сердцем. Даяна и Джек, как вроде не будучи знакомы, ругались в соседней комнате друг с другом совсем не как незнакомые и чужие…
— Джек, милый, я клянусь тебе, я ничего ей не говорила! С чего ты взял, что она что-то знает? Откуда ей знать?
— Откуда? — огрызнулся он грубо. — Только от тебя, больше никак!
— Я ничего не говорила. Тебе просто показалось, что она…
— Мне не показалось! Я хорошо ее знаю! И я хочу знать, какое отношение ко всему этому имеет моя ручка.
— Господи, какая еще ручка?
— Которую она мне подарила на годовщину! Не притворяйся, ты прекрасно знаешь, о чем я говорю. Ни с того ни с сего вдруг спросила, не потерял ли я ручку, а когда узнала, что потерял, отреагировала так, будто горе какое-то на нее обрушилось, сжалась вся, оцепенела, лицо спрятала, чтобы я не заметил. Три дня просидела в спальне, не выходила. Смотрит на меня все время украдкой, так пристально, как зверек раненный. Кажется, говоришь? Почему то, что я потерял какую-то ручку, так сильно ее расстроило? А когда я ей эту ручку принес, она испугалась и совсем не обрадовалась. И пропала на целый день, и заявилась вечером пьяная в стельку! А ручка моя опять пропала. Так что, давай, будь добра, объясни мне все это.
— При чем здесь я? У нее и спроси!
— Послушай, ты дурака из меня не делай. Думаешь, я не понял? Не ты ли стащила у меня эту ручку и сделала так, чтобы Кэрол обнаружила ее ненароком здесь? Когда она была у тебя? Да вот же, совсем не давно, так ведь? И она увидела здесь мою ручку, не так ли? А ты потом подложила ее в папку, дабы, я, дурачок, ни о чем не догадался!
— Джек, это бред! Как бы я положила ее тебе в папку? Ты сам ее туда положил и просто забыл или не заметил.
— Да, конечно, вот такой я идиот! Положил и забыл! А зачем ты вчера приезжала ко мне в офис, а?
— Потому что я соскучилась.
— Нет, для того, чтобы засунуть ручку в папку!
— Да нет же, Джек!
— Я тебе говорил, чтобы ты не смела звонить мне и приходить ко мне в офис, какого хрена ты приперлась? Нервы потрепать мне решила?
— Джек, но никто ничего не понял, к тебе же приходит много людей по работе…
— Заткнись! Я предупреждал тебя, чтобы ты не лезла в мою жизнь, в мою семью!
— Но я и не лезу. Если Кэрол о чем-то и догадывается, то не по моей вине. В конце концов, Джек, не такая уж она и дура…
— Да ей бы в голову такое даже не пришло, если бы не ты!
— Джек, ну почему ты так боишься, что она узнает? Сколько можно ее обманывать?
— Ты права. Больше мы с тобой не увидимся, никогда.
— Нет, я не это имела в виду. Оставь ее, Джек, ну чего ты так в нее вцепился? Пусть узнает о нас, и уйдет. И мы сможем быть вместе.
— Фу, ну что ты несешь? У нас семья, она моя жена и я не хочу, чтобы она уходила! Не начинай опять свое нытье, ты меня уже достала!
— Но разве она единственная женщина, которая может быть тебе женой? Мы создадим свою семью, я рожу тебе детей.
— У меня уже есть и жена, и семья, и ребенок. Я тебе уже говорил, чтобы ты даже не думала лезть в мою жизнь. Если ты мне навредишь, я тебя убью, ясно тебе?
— Но почему ты так жесток со мной? Почему ее жалеешь, а меня нет? Чем я хуже? Ведь я намного красивее ее. Она тебе не ровня. Она ничего собой не представляет, всю жизнь только и делала, что с одной шеи на другую перескакивала. А я… я столько добилась, сама, я сделала карьеру, я популярна, знаменита, как и ты. Тебе не кажется, что я больше подхожу тебе? Почему ты женился на ней, а не на мне?
— Хватит, Даяна, не зли меня своими дурацкими вопросами!
— Ах, Джек, какой же ты упрямый! Только она тебя все равно бросит, вот увидишь, потому что она никогда тебя не любила! Она всегда любила и будет любить только Мэтта, уж я-то, ее лучшая подруга, как никто другой об этом знаю! А я тебя люблю, больше жизни люблю! — рыдала Даяна.
— Мэтт мертв. Она любит меня.
— Но все равно бросит, когда узнает о том, что мы вместе! Она не простит тебя, я знаю! Это она только с виду такая мягкая и покладистая. Размозжит тебе голову, как несчастной Кэт, и поделом тебе, скотине!
— Хватит чушь нести! Голова уже от тебя разболелась. Так, помолчи и послушай теперь меня. Ты исчезаешь из нашей жизни, понятно? Обрываешь вашу нелепую дружбу, и забываешь меня, ясно тебе?
— Ты что, с ума сошел?
— Нет, не сошел. Собирай вещи и улетай куда-нибудь подальше. Я не хочу, чтобы из-за тебя разрушилась моя семья.
— Как же так, Джек? Ведь мы столько лет были вместе, а теперь ты гонишь меня? Почему меня, а не ее?
— Господи, Даяна, мы никогда не были «вместе», не выдумывай! За этот год мы всего-то пару раз виделись…
— Ну и что? Виделись же. Значит, мы нужны друг другу, как бы ты не противился! Ведь ты помнишь обо мне, ты приходишь ко мне и наставляешь рога своей обожаемой и драгоценной жене! Или я не единственная, с кем ты ей изменяешь? Думаешь, я не знаю, что ты напропалую трахаешь почти всех красоток, которые тебе попадаются? Уж я-то не такая дура, как она, мне голову ты не заморочишь!
— Да, только от тебя сцен ревности я терпеть не намерен. Я все сказал. И учти, я тебя предупредил. Сделаешь так, как я велю, или я сам позабочусь о том, чтобы ты исчезла из моей жизни…
— Джек, ну подожди, не уходи! Не обижайся, пожалуйста, ты же знаешь, это я сгоряча все говорю. Прости меня. Хорошо, я сделаю так, как ты хочешь. Ты же знаешь, я всегда делаю то, что хочешь ты, и никогда — того, чего хотелось бы мне. Потому что я тебя люблю. Безумно люблю. Не оставляй меня, пожалуйста, я этого не переживу.
— Даяна, я тебе никогда ничего не обещал, и мы ничем друг другу не обязаны, разве ты забыла? — его голос смягчился. — Ну, не плачь. Мне больно видеть твои слезы. Найди себе мужчину и выходи замуж. Это все, что я могу тебе сказать.
— Но мне никто не нужен, кроме тебя, любимый. Как, как мне это пережить, как с этим справится? Ах, Джек, ну почему все так несправедливо в жизни? Почему я должна отказаться от тебя, почему должна так страдать? Ради любви к тебе я предала Кэрол, а ведь ближе ее у меня никого не было и нет… И что же, получается, я зря принесла такую жертву? Для чего — чтобы потерять тебя? Ты разбиваешь мне сердце, ломаешь мою жизнь ради нее. Почему, почему? Почему ты не хочешь быть со мной?
— Ну, перестань, не начинай опять. Я уже все тебе объяснял тысячу раз.
— Я ненавижу ее.
— Не говори так.
— Она отобрала тебя у меня! Ну зачем мне теперь жить? Джек, умоляю, будь со мной. Я буду любить твоего сына, как родного, мы вместе будем его растить, и у нас будут еще дети! Я буду хорошей матерью и женой, лучше, чем она, потому что в отличие от нее, я тебя люблю! Ты мучаешь нас обеих. Отпусти ее, пусть идет к Рэю. Он сто лет уже по ней сохнет.
— Заткнись! — разозлился Джек.
— Не делай вид, что ты ее ревнуешь. Ведь ты не любишь ее, она тебя просто устраивает, потому ты ее и выбрал в жены. Но тебе с ней скучно и не интересно, как в жизни, так и в постели…
Прижимаясь спиной к двери, Кэрол зажмурилась, чувствуя, как горячие слезы заливают лицо. Это оказалось невыносимым. Хотелось убежать и больше не слышать ни слова. Но она не могла пошевелиться, тело онемело, отказываясь подчиняться. Стало трудно дышать, а к горлу подкатывала противная тошнота.
— Да что ты понимаешь! — услышала она усталый голос Джека.
— А что тут понимать? От нее ты бежишь ко мне, ты сейчас стоишь здесь, со мной, а не с ней у себя дома! И у тебя еще может повернуться язык сказать, что ты ее любишь? Не надо, молчи, я не хочу это слышать.
— Я пришел, чтобы разобраться в том, что ты успела натворить за моей спиной, чтобы просветить Кэрол. И предупредить в последний раз, что если она о чем-нибудь узнает, ты об этом очень пожалеешь.