Некромантика по любви

– Почему же вы им это позволили? – негодующе выпрямилась я, отнимая ладонь из его крепких пальцев. – Можно было им сразу же запретить, и тогда…
– Запретный плод сладок, – лукаво усмехнулся милорд, выводя меня в коридор. – Рано или поздно у нас в доме появилась бы мертвая крыса, ворона, змея. Поднять мертвого зверя, его полностью стабилизировать и держать под контролем сегодня получилось бы только у Криса. У него очень странная сила. Но уже завтра это вполне смогут проделать и Джереми, и Валери. В свое время пытался и я, и, поверьте, ничем хорошим это не закончилось. Нам нужно до них донести всю опасность подобных умений.
Вздохнув, я оглянулась и еще раз взглянула на тот кошмарнейший беспорядок, который творился в комнате мальчика. Вынуждена с Эдвином согласиться. Он знает, о чем говорит, а я … просто совсем не хотела бы снова встретиться с диким умертвием. Даже если оно – просто плюшевый заяц.
– А тот пес, что у жены доктора Ли, – припомнила я. – Он ведь тоже умертвие? Разве Оливия – некромант?
– Умертвие, – согласился Эдвин. – Но стихийное. Его никто не поднимал, оно само… Демон и при жизни, видимо, был той еще тварью. Но собаки – это особенные животные. Они способны быть преданными своим хозяевам даже после смерти. Он признал Лив хозяйкой, он – великолепное оружие, не раз спасшее ей жизнь. Опаснее пистолета, смертоноснее, чем яд. Разящее без промаха. Я мог и должен был его упокоить, но Оливия не позволила. К слову, Демон – единственное в Галлии болотное умертвие, которое имеет официальные документы.
Внимательно слушая его ровный голос, я медленно успокаивалась. Казалось, милорда нимало не взволновало все здесь произошедшее. Подумаешь, маленькое происшествие. Не страшнее разбитой на кухне тарелки. Это спокойствие передавались и мне. И правда: подумаешь…
– И часто такие в этих местах встречаются? – спросила я, вдруг вспоминая ночные туманы в долине – Которые сами?
– Бывает, – легко ответил Эдвин. – Но вам не о чем волноваться, леди Адель. упокоение стихийных умертвий – часть моей работы.
Только малая часть. Я тут же вдруг вспомнила его частые и как правило поспешные отъезды. До того момента, пока Валери не утопила мобиль некроманта, он ездил куда-то едва ли не ежедневно. Тогда мне казалось – он это делал нарочно, чтобы меня избегать. Что он взвалил на мои хрупкие плечи детей, а сам развлекается в Брюсте с друзьями. Что может делать ночами вне дома свободный мужчина? Особо наивные могут спросить у Люси…
Грохот сдвигаемой мебели было слышно даже в гостиной. Люси тихо хихикала, дворецкий ей вторил, и я вдруг поняла, что басистый, раскатистый смех Фрэя, похожий на звук далёкой грозы, я слышала впервые.
– Все готово, милорд! – легкий на помине, Фрэй ввалился в гостиную. Без ливреи, в одной только широкой блузе с закатанными рукавами он выглядел на редкость живым и довольным собой. На квадратной макушке, в седых коротких волосах торчали два белых пера из подушки.
– Давайте взглянем, – милорд подал мне руку и торжественно вывел меня в холл.
Поработали Люси и Фрэй на славу: ковровые дорожки были сбиты в кучу, кресла валялись на боку, из разрезанной обшивки торчали клочья ваты и опасные острые пружины. Массивная вешалка для верхней одежды стояла на месте, но была здорово поцарапана. Клянусь, на ней даже были следы зубов! Уличная обувь разорвана в клочья: к счастью, не моя, а Криса и Джереми. На самом деле она выглядела почти как обычно: туфли на мальчишках просто горели. А у Джереми еще и нога стремительно росла. Так что, несмотря на внушительную разруху, потери были минимальны. И какая же радость, что Миха еще третьего дня вынес мой фикус отсюда в оранжерею!
Очень надеюсь, что все это будет не зря…
И тут в дверь постучали.
Мы молча переглянулась. Детям рано еще возвращаться, к тому же у мэтра есть ключ, он не стал бы стучать. Нерво звякнул дверной колокольчик. Ещё и ещё раз.
Кем бы ни был наш гость, он на редкость не вовремя. Крапива сегодня не принимает визитеров.
– Откройте, Морроуз! – звук знакомого мужского голоса заставил меня вздрогнуть, а Эдвина поморщится. – Я знаю, что вы дома! Я видел мобиль под деревьями! Я требую немедленно мне открыть!
  
– Какие невежи – мои соседи, – пробормотал Эдвин недовольно, окидывая сумрачным взглядом кавардак в холле. – Даже не поздоровался. Прямо с крыльца уже что-то требует.
– Что вы сделали с леди Адель? Отвечайте, Морроуз! Если вы немедленно не откроете, я еду в Брюст за ловчими!
– Даже так? – милорд выпустил, наконец мою руку и тяжко вздохнул. – Поздравляю, Адель, у нас очень заботливый поклонник. Как же он снова не вовремя… – Морроуз оглянулся на Фрэя и тихо напомнил: – Ты знаешь, что нужно делать. Как и всегда.
– Безусловно, милорд, – дворецкий был сама невозмутимость. Оправил рукава рубашки, размял кисти, залихватски подмигнул встревоженной Люси.
Горничная бережно убрала с его макушки перья и покосилась на меня. Я даже знала, о чем она думала. Шарль не просто так заявился. Скорее всего, ему как-то отправила весточку глупышка Валери. А я дала ей слово… кажется, совершенно напрасно.
Эдвин заложил руки за спину и молча кивнул дворецкому. Тот бесшумно и быстро распахнул дверь. На пороге возник раскрасневшийся и возбужденный Шарль Эрлинг, без пиджака и без шляпы, но зато с тростью, уже занесенной для удара. Этак он нам входную дверь помнет! Что за невежа, в самом деле!
– Чем обязан, милорд? – голосом Эдвина можно было морозить воду в нашем водопроводе.
– Адель, вы в порядке? – успешно справившись с секундным замешательством, Шарль опустил трость и театрально прижал ладонь к груди. – И… что здесь у вас происходит?
Я бросила быстрый взгляд на Эдвина, но он молчал, хмурясь и сжимая губы. Только кивнул мне, явно позволяя вмешаться.
– Вы очень не вовремя, Шарль! – внятно и громко ответила я. – У нас тут… Через трубу в дом пробралась дикая кошка… – Эдвин весьма выразительно кашлянул, и я вздрогнула. – То есть, заяц…
С тоской оглядела лежащий в руинах холл и тяжело вздохнула. Люси тихо хихикнула.
 
Глава 6. Урок
 
Поймав полный недоверия взгляд Шарля, я окончательно растерялась. Да что происходит?
– Кошка, которая по своей воле пролезла в дом к некромантам? – сосед понимающе ухмыльнулся. – Действительно, хорошо, что не заяц. Я-то думал, что рядом с тёмными магами даже крысы и тараканы не уживаются!
– С того момента, как миледи появилась в Крапиве, жизнь у нас бьёт ключом, – поджав неприязненно губы и прищурившись, пробормотал Эдвин. – К этому уже все привыкли. У нас даже лошадь теперь есть.
И, поскольку Шарль озадаченно замолчал и со свежим интересом уставился на меня, пожирая восхищённым взглядом, добавил:
– И всё же, Лорд Эрлинг, вы не ответили на мой главный вопрос: что привело вас в Крапиву без предварительного предупреждения?
– Лошадь, говорите, – совершенно игнорируя Эдвина, Шарль не сводил с меня взгляда. Я начала нервничать уже всерьёз. Что он задумал? – Лошадь, заяц, дикая кошка… Настоящий зоопарк. Леди Аделаида, я взял на себя смелость приехать сюда, чтобы лично напомнить о нашем договоре. Помните, что бы у вас ни случилось, у вас рядом есть друг. В любое время – двери Полыни для вас открыты. Вы точно в порядке? Представляете, как я испугался за вас, услышав ужасный грохот в доме!
Я зажмурилась. Да как Эрлинг посмел! Разве я давала ему повод? И что теперь подумает Эдвин? Теперь всё выглядит так, словно я целуюсь с одним, а ухаживания принимаю от другого! Стыд-то какой…
– Простите, миледи, вы звали гостей? – светским тоном осведомился вдруг Морроуз.
– Нет, милорд! – я боялась на него даже смотреть. – И никаких договоров у нас тоже не было.
– Тогда вон отсюда! – неожиданно рявкнул милорд, и двери Крапивы со свистом распахнулись. Порыв холодного ветра, сорвавшись откуда-то с лестницы, швырнул в лицо Шарлю целый вихрь белых перьев, а потом обильно присыпал фигуру соседа каминной золой. Шквал нещадно трепал широкие штанины его щегольского костюма и парусом раздувал белый шёлк его блузы.