Вдвоём (СИ)

Его слова действуют на меня лучше, чем ведро холодной воды. Я трясу головой, пытаясь прояснить мысли и отталкиваю его от себя.
— А не пошёл бы ты к чёрту… — запинаюсь, вовремя вспомнив, что не знаю его имени.
— Кайл, — услужливо подсказывает он, продолжая ухмыляться.
— Так вот, Кайл, иди к чёрту! — гневно бросаю я ему и разворачиваюсь, размашистыми шагами направляясь в дом.
— С удовольствием, только если ты составишь мне компанию, — кричит он мне вдогонку, но я не оборачиваюсь. — А своё имя ты мне не скажешь?
— Иди в задницу! — ору я, хватаясь за ручку двери.
— Ого, какие предложения, — снова этот смех, — мне нравится. Но не думаешь ли ты, что нам лучше сначала познакомиться? Определиться со стоп-словом?
Открываю дверь и захожу в просторный холл. Только здесь я разворачиваюсь и бросаю на него уничтожающий взгляд, после чего с большим удовольствием показываю ему средний палец. Он продолжает смеяться, качает головой, после чего медленно разворачивается и подходит к спортивному авто. Садится в него, но ещё не скоро отъезжает.
Я всё ещё дышу, так, словно пробежала марафон. Сжимаю и разжимаю кулаки, сожалея, что не ударила его, как хотела с самого начала. Ну, хоть имя его узнала. Не всё зря. Губы предательски покалывает, и я тру их ладошкой. Да, Мэдисон, ты серьёзно влипла.
— Ваша почта, мисс Девенпорт, — Малкольм, наш консьерж предстаёт передо мной слишком неожиданно. И по его выражению лица, я понимаю, что он всё прекрасно видел. Щёки начинают краснеть, от чувства стыда. Поэтому я благодарю его, хватаю стопку писем и спешу к лифту. Лихорадочно жму на кнопку вызова, и когда лифт наконец приезжает, забегаю внутрь и приваливаюсь к зеркальной стене. Сердце в груди всё ещё бешено колотится.
  
глава 4
 
— Вот это тебе больше идёт.
Селеста сидит напротив меня в белом кожаном кресле. В одной руке у неё бокал с шампанским, а в другой сигарета. Я же кручусь перед ней, как фотомодель, меряя один наряд за другим. Вся моя спальня уже завалена платьями, брючными костюмами, юбками и блузками. Одежды столько, что из-под неё уже не видно мебели. Обычно у меня не бывает проблем с тем, что надеть. Но сегодня мне нужно быть на какой-то суперважной встрече отца и выглядеть на ней шикарно.
— Не знаю, оно не кажется тебе слишком открытым? — с сомнением смотрю на своё отражение в овальном зеркале. Это красное платье и правда сидит на мне потрясающе, но совсем не годится для деловой встречи. Не хочу, чтобы его партнёры пялились на моё декольте весь вечер. — Как тебе этот белый брючный костюм?
— Только если ты наденешь пиджак на голое тело, — довольно усмехнувшись, произносит подруга, туша сигарету в пепельнице.
— Ты не забыла, что я иду на встречу, где будет пять мужчин возраста моего отца? — спрашиваю я, стягивая платье и бросая его в кучу отвергнутых нарядов. Иду к своему гардеробному шкафу и вытаскиваю оттуда бледно-розовую шифоновую блузку. Надеваю её и беру белый брючный костюм.
— Именно поэтому тебе и нужно забыть про блузку под пиджаком, — весёлым голосом произносит подруга, и я бросаю на неё негодующий взгляд. — Да, брось, Мэди, я же шучу. Ты мне лучше вот что скажи, когда ты собираешься вернуть своему дружку его куртку. Или ты держишь её для длинных, одиноких ночей? Ты спишь с ней в обнимку, я угадала?
— Селеста! Ты только об одном и думаешь.
— Ну, раз мне приходится воздерживаться от всего, что меня разрушает, то дай мне хоть что-то, чтобы унять мои буйные фантазии.
— Только не говори, что представляешь, как мы с Кайлом занимаемся сексом, — я морщусь, застёгивая последние пуговки на пиджаке, — это жутко, ты не находишь?
— Да я даже не думала о таком, как тебе вообще эта мысль пришла в голову? — она невинно смотрит на меня, всем своим видом показывая, как её обидели мои мысли. Но потом на её губах появляется таинственная улыбка, и она слегка наклоняется вперёд. — Но если говорить честно, то, что касается тебя. Ты уже сорвала с него одежду в своих мыслях.
 
Господи, если я хоть ещё раз что-то расскажу своей подруге, то лучше убейте меня. Теперь она вряд ли от меня отстанет. Тем более сейчас, когда ей приходится вести домашний образ жизни без секса и сбавить дозу алкоголя. Конечно, было бы лучше, если она обратилась к специалистам. Но она наотрез отказывается говорить с психологом. Так что мы с Мэрион пытаемся по очереди присматривать за ней. Не знаю, сколько мы так продержимся, пока Селеста снова не сорвётся.
— Давай договоримся, не затрагивать тему Кайла и меня, занимающихся сексом. Я тебя прошу.
— Конечно, сразу же после того, как ты мне ответишь, я навсегда забуду о его существовании, — подруга энергично кивает головой, как китайский болванчик.
— Да.
— Что да? Мне нужен нормальный, развёрнутый ответ.
— Вчера мы с ним целовались, и я хотела большего, довольна?
Я начинаю вешать одежду на плечики и складываю их в шкаф. Уборка помогает мне сосредоточиться и не зацикливаться на прекрасных, тёплых губах Кайла, его руках на моём теле, его тихого шёпота. Да что ж это такое. Уборка совсем не помогает, кого я пытаюсь обмануть. Быстро рассовываю костюмы по вешалкам и захлопываю дверцы шкафа.
— А это ты убрать не собираешься? — с насмешливым видом спрашивает подруга, разводя руками. Чёрт, я и половины не убрала. — Так, давай я тебе помогу, а ты сядь и отдохни.
Я плетусь к своей кровати и плюхаюсь на неё. Пока Селеста тихо собирает мои вещи и раскладывает по полкам, я всё думаю о Кайле. Он ворвался в мою жизнь чуть больше суток назад, я уже не могу выкинуть его из головы. Что в этом парне такого? Он же наглый, и похабный, самодовольный кретин. Почему же стоит мне его увидеть, как я тут же превращаюсь в какую-то шлюху, готовую раздеться перед ним и заняться сексом прямо на улице? Это абсолютно точно не нормально.
— Тебе надо с ним переспать, — невозмутимым тоном заявляет подруга. Мне даже сначала кажется, что я неправильно расслышала. Я сажусь и смотрю на неё.
— Что?
— Переспи с ним, и тогда вся твоя озабоченность этим парнем мигом пройдёт. Я тебе говорю, это поможет.
— Ага, клин клином выбивают, да?
Спрыгиваю с кровати и иду в ванную. Нужно привести себя в порядок, пока есть время. Пока я накладываю тени, Селеста наконец заканчивает с уборкой и тоже присоединяется ко мне. Она встаёт, навалившись плечом о дверной проём, и сверлит меня взглядом.
— Ты хотя бы попробуй, а потом критикуй.
— Чёрт, да я этого парня совсем не знаю, а ты предлагаешь мне с ним переспать.
— И что? Тебе же не замуж за него выходить, — Селеста пожимает плечами.
— Я так не могу, — крашу губы красной помадой и убираю её в косметичку.
— Тогда выпей перед этим делом, и всё будет гораздо легче.
— Ты никогда не думала написать книгу со своими советами? — подшучиваю я над ней, возвращаясь в спальню.
— Язва.
— Тебя отвезти домой? Мне всё равно по пути, — предлагаю я ей, хватая сумочку со стола.
— Как бы мне не нравилась твоя компания, но я всё же откажусь.
— У тебя какие-то планы?
— Просто хочу пройтись по магазинам. Не бойся, я не сорвусь и не трахну консультанта, — она улыбается, подхватывает меня под локоть, и вдвоём мы идём к двери. Пока Селеста надевает свои туфли, я беру ключи со стола и открываю дверь.
— Ты ведь знаешь, дело не в том, что я тебе не доверяю. Я просто волнуюсь за тебя. Обещай позвонить мне, если будешь плохо себя чувствовать, хорошо?
— Плохо — это когда я захочу вскрыть себе вены каблуком от лабутенов, или когда захочу осушить отцовский погреб с коллекционным вином?
 
— Просто звони, ладно? — я пристально смотрю на подругу, пытаясь понять её настоящее настроение. Она так хорошо преуспела в ношении масок, что никогда не знаешь, что она испытывает на самом деле.
— Обещаю, — Селеста обнимает меня за плечи, и вдвоём мы выходим из квартиры и направляемся к лифту.
Мы прощаемся с Селестой на улице. Она ловит такси, а я сажусь в свою машину. Я еду в дом отца, в котором и назначена встреча. В этом доме я выросла, но после смерти мамы редко там появляюсь. Слишком много воспоминаний, слишком много невидимых теней в коридорах этого викторианского особняка.