Вдвоём (СИ)

Я стою, не в силах сказать хотя бы словно. А Кайл, пользуясь моим замешательством, опускается на колени передо мной и языком касается моего влагалища. Стон блаженства вылетает из моих губ. Я хватаюсь за его плечи, пока он снова и снова целует моё лоно, ласкает его языком и посасывает горошинку моего клитора. Ноги начинают дрожать, я сильней сжимаю его плечи. Дыхание становится сбивчивым. И когда меня снова накрывает оргазм, Кайл до последнего не отпускает меня из своих рук. Лишь когда всё кончается и я наконец обретаю способность твёрдо стоять на ногах, Кайл поднимается и с блаженной улыбкой отходит от меня, принимаясь одеваться. А я медленно отхожу от шока и поворачиваюсь к нему. Кайл быстро одевается, делая это с какой-то мужской грацией. Конечно, всем нравится, когда мужчина раздевается, но смотреть, как он одевается, иногда тоже доставляет какое-то неведомое удовлетворение.
— Ты сводишь меня с ума, Кайл Брикман, ты знаешь это? — спрашиваю я, не отрывая от него взгляда. Он улыбается, приподнимая правый уголок губ, и мгновение просто смотрит на меня. А потом медленно направляется ко мне, берёт меня за руки и говорит то, от чего моё сердце ускоряет свой ритм.
— Ты делаешь со мной тоже самое с нашей первой встречи. Мэдисон — для меня ты подарок свыше. Ты воплощение самой любви. Ты та, кто заставляет моё сердце оживать снова и снова. Ты — причина моей улыбки. Я никогда не думал, что другого человека можно любить так сильно. Но ты показала мне, что это возможно. И знаешь, — Кайл проводит рукой по моей щеке, касается подбородка, и смотрит на меня как-то совсем иначе. Никакой игры в его взгляде, никакого секса, только всепоглощающая нежность и любовь, — я всё сделаю для тебя. И я буду защищать тебя от каждого, кто решит тебя обидеть. Поняла? Тебе не нужно бояться рядом со мной.
Я могу лишь кивать и глупо улыбаться, пока он говорит. А когда Кайл заканчивает и заключает меня в объятия, я медленно таю от его тепла. Этот мужчина действительно невероятный. Каждое его слово проникло мне в самое сердце и застряло там навсегда.
Позже, когда мы спускаемся на завтрак, мне всё кажется, что Ингрид слышала, чем мы занимались наверху. И от этого я чувствую себя немного неловко. Элла садится напротив меня и весь завтрак смотрит то на меня, то на Кайла и всё время ненавязчиво намекает на то, что ей удалось увидеть. Я кое-как справляюсь с едой и облегчённо вздыхаю, когда Элла покидает нас. Я помогаю Ингрид убрать со стола, когда Кайл подходит ко мне и слегка приобнимает за талию.
— Готова ехать? — спрашивает он.
— Конечно, а куда?
— Просто скажи «да» и поехали. Ты же мне доверяешь?
— Да, конечно же да.
— Тогда поехали, — Кайл целует меня в щёку и отходит к Ингрид, — спасибо, что приняла нас.
— В любое время, Кайл, ты же знаешь, это и твой дом, — Ингрид улыбается и в уголках ей лазурных глаз собираются морщинки. Она вытирает руки о полотенце и обнимает Кайла. Он выше неё чуть ли не в два раза, поэтому ему приходится немного наклониться вперёд.
— Я позвоню, хорошо?
— Конечно, — Ингрид переводит взгляд на меня и раскрывает свои руки для объятий. Поэтому я подхожу к ней и обнимаю эту поистине героическую женщину. Она через столько прошла, но до сих пор не утратила задора и позитивного взгляда на жизнь.
— Спасибо вам, Ингрид.
— Береги себя, девочка, — Ингрид целует меня в щёку, и после этого мы с Кайлом покидаем этот уютный особняк.
Мы садимся в машину, и долгое время петляем по дорогам города. В салоне играет какая-то спокойная мелодия. Моя рука неизменно находится в руке Кайла. А в моём кармане снова и снова звонит телефон. Это мой отец уже, который день пытается связаться со мной, но я не могу. Боюсь, что стоит мне услышать его голос, как я впаду в истерику. Я не хочу иметь с ним ничего общего. Столько лет он мне лгал о смерти мамы. Он поставил под угрозу свою семью и ради чего? Ради денег, ради мнимой власти? Какой нормальный человек пойдёт на такое.
— Уверена, что не хочешь с ним говорить? — спрашивает Кайл, бросив встревоженный взгляд на мой звонящий телефон.
 
— У него было время, чтобы поговорить со мной, но он этого не сделал. А теперь я не хочу с ним говорить. Это слишком больно, Кайл, слишком.
— Тогда дай мне телефон, — Кайл протягивает руку, и я отдаю ему смартфон. Одним ловким движением он что-то нажимает на экране и звонок обрывается. После этого он открывает бардачок и бросает телефон туда. — Вот и всё. Больше никаких раздражающих звонков. Поговоришь с ним, когда будешь готова.
— Не уверена, что когда-нибудь буду к этому готова.
— Поверь мне, пройдёт время, и ты захочешь поговорить с ним, всё выяснить. Хоть я и не являюсь его фанатом, после того, что он сделал, но он твой отец. Если бы я мог поговорить со своими родителями, то обязательно это сделал. Но, к сожалению, они недоступны. Так что это дохлый номер.
— Ты действительно бы поговорил со своими родителями? Они ведь оставили тебя, променяли на наркотики, — тихо говорю я, потому что мне всё ещё неловко говорить об этом. Это слишком щекотливая тема. Но Кайл не пугается её, не прячется и не таится. Для него это обычная тема, это его жизнь.
— Они не всегда были такими ужасными. Были времена, когда они были обычными мамой и папой. Они любили меня. Отец помогал строить мне огромную трассу во всю гостиную. Мы каждый вечер устраивали гонки. А мама каждые выходные пекла что-нибудь вкусное на завтрак. Всё было в порядке. Просто однажды их жизненный состав сошёл с рельс. Раз, — он щёлкает пальцами в воздухе, — и всему пришёл конец.
— Так вот откуда в тебе эта любовь к машинам?
— Да, это от отца. И эта машина его. Он купил её много лет назад в ужасном состоянии и ремонтировал понемногу. Но так и не закончил. А я довёл её до ума, — Кайл задумчиво смотрит на дорогу, мыслями уносясь далеко в прошлое.
— Поэтому, да. Я бы поговорил с ними, будь такая возможность. И ты подумай над этим.
— Хорошо, — киваю я, а потом смотрю в окно. Автомобиль останавливается, и я заворожено смотрю на то, куда меня привёз Кайл. Я выхожу из машины и смотрю на Бостонскую бухту. У берега в ряд стоят яхты и катера. Солнечные лучи отражаются от воды и слепят глаза. Слышны крики чаек и шум прибоя. Мимо проезжает девушка на велосипеде, а в небольшом отдалении стоят несколько мужчин в белых рубашках поло и бежевых брюках.
— Что мы здесь делаем? — спрашиваю я, поворачиваясь к Кайлу. Он стоит, навалившись спиной на машину, и с довольным видом осматривает причал. А потом подходит ко мне и кладёт свои руки мне на талию.
— Я договорился с одним своим другом и взял у него яхту на этот день. Думаю, тебе не мешает немного отвлечься от всего происходящего. Согласна?
— Я…о…да, конечно да, — я смеюсь, всё ещё не веря в происходящее. Настоящая водная прогулка на яхте, где будем только мы вдвоём. Это же моя заветная мечта.
— Тогда пойдём, — Кайл подмигивает и бежит к машине, откуда достаёт корзинку и с довольным видом возвращается назад.
— А это откуда? — спрашиваю я, кивнув на корзинку.
— Попросил Ингрид собрать нам еду в дорогу.
— Значит, ты всё продумал?
— Конечно, готова?
— Да, с тобой хоть на край света.
— Тогда вперёд, — Кайл обнимает меня за талию, и мы проходим мимо ряда белоснежных яхт.
  
Глава 14
 
В бухте на удивление людно для рабочего дня. Мимо нас то и дело проезжают катера, красивые белые парусники, паромы с туристами. Вдалеке пара мужчин катается на водных мотоциклах, сражаясь с сильными волнами. Сегодня достаточно ветрено, поэтому вода не слишком спокойная. Солнечные лучи отражаются от беспокойных волн и смотреть на них без рези в глазах невозможно.
 
— Вот, надень их, — Кайл протягивает мне свои тёмные очки, и я с благодарностью их принимаю. Мы уже несколько часов находимся на этой яхте. И хоть на дворе уже осень солнце всё ещё сильно припекает. Но скоро это закончится и придёт сырая холодная зима. Поэтому нужно ловить момент, что я и делаю. Стягиваю с себя платье и остаюсь в одном нижнем белье. Кайл удивлённо смотрит на меня, а потом по сторонам. Но рядом никого нет, так что никто меня не увидит. Я расправляю покрывало прямо на палубе и ложусь на него.